Чтение онлайн

Согласно данным филологии, коренные звуки «рс» должны быть связаны с нарицательным словом, общим для арийских языков, означавшим воду или течение воды. Это слово образовало такие слова, как греческое (borj (течение, поток), латинское ruo (теку), rivus (ручей), германское rieseln (струиться), кельтское rus (озеро), русское «река»[389]. К этому можно добавить русское слово руслиться = течь током, стремиться ручьем, и слово русло = поток, ручей, струя[390]. Те же согласные «рс» имеют отношение не только к воде, но и к свету; так, санскритское rue и зендское raos, обозначают сиять = splendere[391].

Двойственное значение коренных звуков «рс» имеет в своей основе помысел о сродстве между огнем и влагой. Та же мысль - живая основа культа природы - отразилась и в языке русской народной поэзии, где огонь и вода (питье) могут указывать символически на одно и то же психическое состояние, на чувство любви[392]. С другой стороны, мы находим в народном языке слово, которое относится и к свету, и к влаге; слово это - «лелеять»; оно имеет двойной смысл: блестеть и разливаться[393]. Применение этого двойного смысла к душевным явлениям дает идею любовности, которая и в литературном языке связана со словом «лелеять».

Очень трудно судить о значении корня «рус» в древнейшем языке, предполагаемом родоначальнике известных нам языков и наречий. Но все же заслуживает внимания мнение одного из современных филологов, устанавливающее исконную связь звуков «р» и «с» с огнем и водою: согласно этому воззрению, знаки-символы древних времен, найденные на скалах и в пещерах, сумерийский и египетский шрифты, древние письмена современных арийских народов и звуки речи, соответствующие этим письменам, - обозначают идеи, связанные с древнейшей религией Света и Солнца как воплощения этого света; в религиозном культе, установленном на почве такой веры, большое значение имел день поворота от зимы к лету; темная гласная «у» (латинское «и») означала самую низкую, глубокую точку солнечного пути в день зимнего солнцестояния; соединение гласной «у» с согласной света «р» (латинское «г»), т.е. «ур» (латинское «иг») обозначало и воды земли, в которые погружалось солнце, и свет (огонь, солнце), погруженный в эти воды, и могло заменяться звуком «су» (латинское «su»); согласная «с» давала отзвук тому шипению, которое слышится при соприкосновении огня с водою[394]. В санскрите звук «су» значит рождение; от этого корня происходит слово «сома» - название жизнетворного напитка, заменявшего мед; им угощали богов во время жертвоприношений, и воспевали его как божество[395].

Имея в виду все эти соображения, возможно установить идейную связь между коренными звуками русского имени и названиями русалии, русалка. Они близки не только по созвучию, но и по своему религиозному смыслу, они указывают на один и тот же помысел веры, на встречу огня и влаги, рождающую жизнь. Происхождение названий, примененных к играм священного года и к весенней полубогине от того же корня «рус», на котором образовано русское имя, получает таким образом идейное обоснование. С другой стороны, звуковая и идейная близость корня «рус» и названий, связанных с мистерией природы, открывает возможность отнести образы и символы этой мистерии - так, как она осуществлялась в годовом круге - к коренным звукам «рс» и к именам, образованных на их основе.

Корень «рус» содержит в себе идею культа природы или языческой мистерии жизни подобно тому, как семя хранит в себе растение, из него вырастающее. Мистерия весны, в образе русалки, расцветает из помысла об огне и влаге в результате работы воображения, отмечающей и творящей цепи уподоблений. Один из гимнов богу Агни в Ведах может послужить указанием на такое развитие мифов: «Подобно лебедю, шипит он (огонь) в воде; сильный умом в прозрении, рано просыпающийся у людей, он властвует, как Сома, возрождаясь в порядке обряда»[396]. В этом смелом уподоблении огня, одаренного разумной силой, лебедю и напитку бессмертия уже таится образ мудрой лебединой девы, хранительницы живой воды.

Древняя святость коренных звуков «рус» и помысел об огне и влаге, в них заключенный, не были забыты нашими далекими предками. Река, этот живой, сверкающий поток воды, испытывалась ими как святыня; поэтому звуки «рус» или «рос» звучат и в названиях славянских вод и в добавлениях, обозначавших их святость. Подобным же именем называются святые источники и колодцы.

Но имя «Рус» или «Рос» возродилось в истории славян не только как имя воды и земли. Оно стало именем народным.

Мы не знаем точно, когда это произошло, несомненно только, что усвоение славянским племенем названия Руси уже было фактом ранее VI века. История славянских племен и существо их веры могут объяснить и смысл, и значение этого события нашей жизни.

Вера и душа древнего славянина были близки природе; от нее многие племена получали и свои названия. В природе жили боги, и то племя, которое называло себя именем великой реки или горного хребта, увенчанного облаками, сознавало свою приобщенность к божеству; имя его получало религиозное освящение. Были и такие племена на Русской равнине, которые находили в природе своего родоначальника: так, приднепровские «скифы» производили себя от небесного огня - Геродот называет это божество Зевсом - и от дочери Днепра[397], т. е. от влаги земли.

Когда мы разумом и сердцем познаем жизнь наших далеких предков, нас поражает власть религиозных идей над человеком древности. При своей простоте и при своих, быть может, грубых формах, его жизнь кипела от творческой энергии, в ней скрытой, и находила опору в видениях веры. Человек того времени, усматривая божественную силу в природе, преклоняясь и трепеща перед ее тайной, хотел этой тайне приобщить свою жизнь. Поэтому нет ничего удивительного в том, что многие явления в истории нашей земли возникали на почве религиозного опыта и могут быть и должны быть поняты из него.

Глубоко проникая в быт и культуру, религиозное переживание восточного славянина объединяло в его душе чувство веры с чувством родины. Не один раз эта особенность душевного уклада предуказывала русскому народу его исторический путь. Та же особенность русского мировосприятия делает понятным и сближение тайны, раскрывающейся в культе священного года, с таинственными основами народной судьбы.

Священное имя Русь или Рось было принято славянским племенем или союзом славянских племен от тайны природы. Языческая мистерия огня и влаги, узренная душою народа, овладела его бытием. Мистерия веры стала мистерией его жизни.

В «Слове о полку Игореве» есть намек на религиозную тайну, скрытую в русском имени: певец называет русичей внуками Дажьбога, т. е. зимнего солнца, возрожденного в водах матери-земли. Другое предание, еще не забытое в XVII веке, называет реку Рось прародительницей русского народа[398].

Когда имя Русь стало собственным именем славянских племен, оно не утратило ни своего религиозного смысла, ни душевно-духовного содержания. Помыслы и чувства, закрепленные коренными звуками «рс», создавшие в опыте веры культ природы и обряды священного года, продолжали жить в народном имени, поддерживая его святость.

Священный год вел человека от тьмы незнания к вещей мудрости, от розни к единству, от смерти к пробуждению, от молчания к песням любви, и эти священные пути слились в русском имени. «Русь» стала духовным ядром народной души, потайным смыслом ее бытия и ее назначения. Понятое как сияющая влага, имя Русь есть символ жизни, озаренной небесным светом, символ чувства, которому даруется разум и мудрость огня. Русь - любовь, прозвучавшая в песнях древних обрядов, та ведающая любовь, которая разумеет души тварей и объединяет их в волшебный час расцветания Перунова цветка.