Чтение онлайн

– В этот раз это было из-за меня, Элвин. И мне очень повезло, что я взял с тобой Софи.
– Он сильнее сжал плечо сына.
– Очень, очень повезло.

– Почему вы были в Изгнании?
– допытывался Фитц.

– Это секретная информация. Даже ты не должен был знать, что мы были там.

– Простите, - пробормотала Софи.

– Тебе не за что извиняться, Софи. Ты оказалась в безвыходной ситуации. Это моя вина. Как и за многие вещи...

Он снова сжал руку на руке Фитца, но на сей раз было похоже, что он цеплялся за него.

– Ну, пошли, - сказал Элвин, закидывая Софи на плечо.

– Я сама могу идти!

– Возможно, но я не буду рисковать.

– Это Олден пострадал... а не я.

– Тоже верно. Но именно ты чуть не исчезла.

– Я не понимаю, - сказала Софи, когда Элвин усадил ее на огромную кровать с балдахином в одной из огромных гостевых комнат, расположенных на верхних этажах Эверглена. Это была та же кровать, в которой Софи проснулась, когда чуть не исчезла.
– Как я могу быть исчезнувшей? Я ведь ношу нексус.

– Это я и пытаюсь выяснить.
– Он взял ее запястье, разглядывая внутреннюю часть в метре от себя.
– Ты делала во время прыжка что-нибудь по-другому?

– Я окутывала часть своего сознания вокруг Олдена, чтобы быть уверенной, что в целости доставлю его домой. Но мой нексус должен был удержать меня и не важно, насколько я концентрировалась, верно?

– Именно для этого он и предназначен.

Она отвернулась, не желая вызывать еще одну головную боль, как только Элвин ярко осветил ее запястье оранжевым светом.

– Нексус работает, - произнес Элвин через секунду.

– Тогда должно быть это какая-то ошибка.

– О, ошибки нет. Посмотри сама.
– Он протянул ей серебряное зеркало с туалетного столика.

Софи широко открыла глаза от удивления.

Все ее цвета были стерты, оставляя губы и щеки таким же бледно-белыми, как и кожу. Даже глаза выглядели скорее серыми, нежели карими.

– Не беспокойся... выглядит хуже, чем есть на самом деле. Когда это серьезно, твоя кожа начинает просвечивать. А когда смертельно, ты почти исчезаешь. Когда Фитц нашел тебя в прошлый раз, были части, которые я едва мог у тебя увидеть.

Софи вздрогнула.

– Ты ведь смог вылечить это?

– Да, только мне пришлось приготовить немного Ослабляющей Подпитки, которую придумал Кеслер, без лимбиума. А тем временем я хочу, чтобы ты выпила это.
– Он протянул ей бутылочку Молодости.
– И постарайся отдохнуть.

Он намазал ее ожоги фиолетовым бальзамом и перевязал руку влажной шелковой тканью.

– Я должен позаботиться об Олдене. Ты в порядке?

Софи кивнула.

– С ним все будет хорошо?

– Конечно, он немного побит, но это ничего, я могу с этим справиться. Просто постарайся расслабиться. Я скоро вернусь.

Она опустила бутылочку Молодости, стараясь не смотреть на свои бледные руки, когда ставила пузырек на столик у кровати.

С ней все было хорошо.

Она даже не чувствовала себя по-другому. Просто уставшая и измученная.

Софи закрыла глаза и легла на подушку, надеясь получить столь необходимый сон. Но ночные кошмары не давали ей отдохнуть.

Огонь и хаос из воспоминаний Финтана. Сумасшествие и неразбериха у Прентиса. Все эти ужасы, которые она видела на протяжении всех исследований, смешались с ее собственными страхами и сложились вместе в величайший кошмар, который показал ее разум.

Но самым ужасным было воспоминание, которое она не помнила, что видела.

Прентис, привязанный к креслу в круглой комнате с проекциями на стенах. Софи была там однажды, когда Олден провожал ее в офис Кинлина в Атлантиде. Но в этот раз все экраны проецировали одно и то же изображение.

Знак лебедя.

Прентис тихо смотрел на свои колени, когда Кинлин кружил вокруг него, выкрикивая вопросы. Наконец, Кинлин сжал свои руки и потянулся к вискам Прентиса. Прентис не отбивался, не сопротивлялся, не делал ничего, только смотрел на человека, чьи глаза Софи видела в воспоминании.

На Олдена.

Софи могла чувствовать злость и печаль Олдена, когда Прентис извивался и кричал, и она, вздрогнув, проснулась, надеясь похоронить пагубное воспоминание так глубоко в своем разуме, чтобы оно никогда не всплывало вновь. Но у нее было чувство, что оно будет преследовать ее так же, как преследует Олдена.

– Прости, не хотел напугать тебя, - сказал Фитц, заставляя ее подскочить.

– Нет, это не ты, - ответила Софи, когда смогла снова нормально дышать.
– Просто был плохой сон.

Он сел рядом с ней на кровать.

– Прости.

Софи пожала плечами.

– Как твой отец?

– Спит под успокоительным. Элвину нужно было сделать какое-то глубокое восстановление тканей в ране на голове, поэтому он усыпил его на время.

– Но с ним все будет хорошо?

– Так говорит Элвин. И Баллхорн не беспокоит, так что думаю, он в порядке.

Банши кричали только тогда, когда кто-то находится в смертельной опасности, хотя было еще хуже, когда они лежали рядом с кем-нибудь. Это значило, что смерть была совсем близко.

– Что там произошло?
– тихо спросил Фитц.

– В общем-то, одно несчастье за другим.

– Ясное дело!
– Он достал маленький синий пузырек с распылителем.
– Элвин приготовил это для тебя. Вдохни.

Он побрызгал у ее носа, и Софи вдохнула лекарство, закашлявшись, как только покалывающая влага ударила ей в нос.

– Как в старые добрые времена, - с грустью сказал Фитц.
– Я обычно сидел тут, давая дозами лекарство, наблюдая, как частички цвета медленно выступали у тебя на лице, надеясь, что ты проснешься.

– Ты?

Он кивнул.

Если бы она могла покраснеть от смущения, то точно бы сделала это.

– Потом, конечно же, ты очнулась в один из тех немногих моментов, когда мама заставила меня пойти отдохнуть.
– Он усмехнулся, но в его глазах по-прежнему была печаль.

– Прости, Фитц.

– Это не твоя вина, хотя ты знаешь, как вызвать у меня сердечный приступ. Когда твои передачи прекратились сегодня, я чуть не бросился в Этерналию и не стал биться в двери Членов Совета, пока они не доставили бы меня к вам.