Чтение онлайн

В груди растекается тепло, а на губах сама собой появляется улыбка. Скоро сядет, богатырь. А уж когда поползет… Тяжело вздыхаю, потому что это там, в моем мире можно было с помощью разных приспособлений типа силиконовых накладок и разных ковриков обеспечить “безопасное пространство” для ребенка. Да и полы там теплые. А тут… Надо хорошо продумать этот момент.

Райта одела малыша в простенькую льняную рубашку, которая не мешала двигаться, но и не давала замерзнуть.

– Лети, да твой мальчонка – золото! – с улыбкой говорит Райта. – Такой спокойный ни разу не всплакнул. Я еще вчера ночью откопала рубашки детские. Ох, даже всплакнула от воспоминаний, когда Бриг был маленький.

У Райты даже сейчас глаза начинают блестеть. Она касается носа, скрывая, что снова расчувствовалась.

– А я пришла за Дэйром, – неуверенно говорю я. – Хватит уж мне утруждать вас.

– Да брось, Лети! Чего удумала? Куда тебе сейчас с малым возиться? Иди своими делами занимайся. Мне с ним даже легче. Для Лиззи не надо занятий придумывать. Ей в радость поиграть с малышом.

– Спасибо, тётя Райта, – говорю с благодарностью. – Вы меня очень выручаете.

– Да чего там, – отмахивается она точь-в-точь как старушка на рынке. – Соседи на то и нужны, чтоб помогать друг дружке. Иди уж. Мы сейчас покушаем, да? – она уже обращается к Дэйру, склоняясь над ним. – Я тебе его часа через три сама принесу.

Я киваю, перебарываю в себе желание потискать Дэйра и выхожу.

Всё хорошо: и с соседями повезло, и пекарня не очень запущена. Вот только тяжёлым грузом лежит на сердце встреча с драконьей стражей. Пытаюсь отогнать от себя пугающие мысли.

Чем думать о том, что не произошло, лучше и вправду делами заняться.

Закрыв за собой дверь пекарни, я сразу же принимаюсь за дело. Первым делом проверяю щёлок в кадушке. Опускаю в жидкость чистую щепку и вижу, что дерево скользит, как намыленное. Значит, готов.

– Ну, будем процеживать, – бормочу себе под нос. – У Маринки получилось, значит, и у меня получится.

Беру приготовленное сито с пожелтевшей льняной тканью и подвешиваю его на специальный крюк над пустой кадкой. Осторожно зачерпываю ковшом настоявшийся щёлок, следя, чтобы не поднялся осадок со дна, и выливаю в сито. Жидкость медленно просачивается сквозь темнеющую ткань, оставляя на ней мельчайшие частички золы.

Процесс не быстрый. Щелок капает медленно. Поглядывая за ним и периодически подливая новую порцию, принимаюсь за другие дела.

Между делом подбрасываю дров, заливаю холодной водой купленный суповой набор и ставлю горшочек с будущим супом в печку. Ту воду, что была в котелке, двигаю чуть ближе к огню, чтобы потом из нее сделать отвар для купания Дэйра.

Затем принимаюсь за овощи. Чищу картошку и морковь, снимаю верхние листья с капусты. Мелко нарезаю луковицу. Это единственный момент, когда я позволяю себе пустить слезу, потому что некогда плакать. Это только поселит еще больший раздрай в душе.

Вода закипает в горшочке быстро. Пену снимаю обычной ложкой. Но не выбрасываю, как в прошлой жизни, а кладу в кошачью мисочку. Думаю, Мурик не откажется от угощения. Главное, чтобы пришел.

Отодвигаю горшок с супом от огня, чтобы мясо подольше поварилось и вода быстро не выкипела. Горсть перловки промываю и засыпаю её в бульон.

К тому моменту мясо почти достигло готовности, успеваю нарезать овощи и обжарить на небольшой чугунной сковороде лук с морковью.

Забросив овощи, накрываю крышкой. Пусть суп томится. Еще закидываю отдельно вариться овощи для Дэйра. Потом придумаю, как их хорошенько протереть.

Проверяю щелок. Процедился. Черпачком добавляю его в замоченное с утра белье, хорошенько размешиваю и простирываю, вынося грязную воду во двор. Там же, во дворе, вешаю простыню с кровати, а пеленки кое-как мощу сохнуть у печки, так они мягче будут.

Устало опускаюсь на скамейку и тру переносицу. Руки даже после стирки все еще пахнут луком (больно уж он злой оказался), а кожа сморщилась и местами начала шелушиться. И это только первый день. Вспомнить бы хоть какой-то народный способ защитить руки. А то если трещины появятся – совсем туго будет.

Но это все лирика. Не мешало бы мне попробовать испечь чего-нибудь. Если до меня стражники не доберутся (а я все еще оптимистично стараюсь надеяться, что они не по мою душу), то открыть пекарню для меня первоочередное дело. Хотя бы с малого начать.

Однако в выпечке опыт у меня уж очень незначительный: хлебопечка не считается. А на память Алтеи вообще не стоит рассчитывать, раз она даже не может помочь мне с магией справиться.

Проблема в том, что Алтея точно, как любая аристократка, училась использовать магию. Но, похоже, вообще не обращалась к ней. Да и, наверное, ей это было не нужно. Зачем герцогине кипятить воду, если за нее все сделает прислуга? В крайнем случае муж-дракон.

Мне срочно нужна какая-то поваренная книга или что-то типа нее. Не могла же Фрида все рецепты только в памяти хранить?

Поднимаюсь и иду в комнатку, чтобы еще раз проверить все ящички и полочки. Ну а вдруг? Но все, что я нахожу – это тот самый пустой блокнот. Разочарованно вздыхаю:

– Ну что за невезуха? Хоть бы кто сказал, где мне искать ответы и подсказки?

Собираюсь отправить блокнот обратно в комод, но он выпадает из рук и шлепается на пол, открываясь. Я, издав раздраженно-разочарованный стон, наклоняюсь, чтобы поднять, но…

“Ищи ответы тут…” – ровным красивым почерком выведено на той странице, где открылся блокнот.

Я снова и снова прокручиваю в голове увиденное в овраге. Так ярко, словно и сейчас воздух обжигает легкие холодом, а в ушах гудит от скорости, с которой я гнал своего коня.

Они успели отъехать достаточно далеко от города за то время, что Алтею искали тут.

Примерно на середине тракта до Бравалена на снегу с редкими проталинами заметны следы кареты, съехавшей на большой скорости в овраг: сломанные молодые березки и глубокие борозды. Карета лежит на боку, одно колесо полностью оторвано, второе погнуто.

Вдоль всего следа и вокруг кареты – чужие вещи, какие-то бумаги, разбитые коробки, из которых вывалилась разнообразная мелочь. Вокруг нет никаких признаков того, что лошади тоже побывали в овраге.

Отсутствие кучера и лошадей настораживает. Так не бывает. И заставляет задуматься.

Побег Алтеи был словно отрепетирован: продумано все – от смены одежды за решеткой до мощного плетения отведения глаз. Охранники клянутся Всеблагим и Праматерью, что никого не видели, но четко помнят стук с обратной стороны двери в подземелье. Мне и не нужны из клятвы, я сам заглянул в их глаза, чтобы убедиться, что они не врут.