Чтение онлайн

Подняв глаза, уцепил взглядом уцелевшую лестницу с несущей правой стеной. Мое сердце замерло: я чувствовал, что именно там найду ее. Облегчение наполнило мои легкие, все еще смешанное с холодным безразличием. Смесь этих чувств помогла мне градануть [градануть – использовать velox gradu (лат. «быстрый шаг») – магическое перемещение] на широкий балкон Западной Башни, той самой, где мы часто подолгу смотрели на панораму спящего у подножия Холма города.

–Дея...? – фигура напротив чуть дрогнула.

Она стояла лицом к обрыву, всматриваясь в покрытую мглой бездну, словно искала там ответы на свои вопросы. Я сделал шаг вперед, коснувшись ладонью ее плеча, в ответ девушка резко обернулась. Турмалиновые глаза испуганно забегали, а в мыслях зазвучал страх перед неизвестным. Мои самые худшие опасения оправдались – Дея не помнила меня.

– Дея... это же я... Что с тобой? – непроизвольный порыв опустить руки ей на плечи добавил паники в ее мысли, и я осознал, что она может сделать. Резко поддавшись вперед, притянул девушку к себе, развернув лицом к обрыву. В это мгновение моя жизнь оказалась полностью в ее власти – стоило Дее чуть толкнуть меня, и я сорвался бы с края. Но, чтобы ни случилось, я успею разомкнуть объятья и спасти ей жизнь.

– Он рассыпался в прах на моих глазах, – прошептала она, прижавшись ко мне: только слабый магический барьер сдерживал нас от падения. Осторожно, стараясь не спугнуть, я взял ее на руки и усадил на обломок стены, подальше от края пропасти. Девушка пока не пришла в себя, поэтому не сопротивлялась. Ее затуманенный взор все еще был направлен в неизведанную даль.

– Расскажи мне, – мой голос дрожал, но я старался говорить мягко, опустившись на колени и накрыв дрожащие ладони своей рукой.

– Кто ты? – спросила она, вздрогнув от моего прикосновения.

– А ты не помнишь? – паника топила сознание, а слово, возникшее в моей голове, только усилило хаос, творившейся в ней. Ее беззвучное «нет» эхом отдалось от стенок черепной коробки, причиняя боль. Я чувствовал себя так, словно меня предали.

Не помнит? Как такое возможно? Хотя… нет. Возможно. Мой отец рассказывал, что до того, как он «связался» с мамой, он был страстно влюблен в Айсу Квинтус Аэрэус, чувства к которой угасли, как только его сознание соединилось с сознанием второй дочери из клана Сэкундус Солярис – Эйгл. Может, она забыла меня по этой же... Нет. Это невозможно, ведь я обрел Septimus Sensu и чувствую Дею, слышу ее мысли – значит, мы связаны. Но... странно... такое ощущение, будто Связь почти обрывается на границе с ее душой – напоминало канат, держащийся на тонкой ниточке, которую в спешке не успели обрубить.

– Чтослучилось? – уже потребовал я.

На удивление девушка заговорила:

–Вчера должен был состояться мой винкулум [vinculum (лат.) – связь, узы, цепи], но... я не хотела этого... совсем... – Дея закрыла лицо руками и заплакала. Все ее мысли стали метаться от раскаяния и сожаления к мрачному удовлетворению и обратно. Из всего этого потока я уловил три фразы: «яд не помог», «проклятье настигло» и «он умер из-за меня».

Последняя фраза настораживала. Она думала не о своем отце или близком друге, она думала о своем возлюбленном. Но кто он? Я думал, что ее сердце принадлежит только мне, но теперь... я не был в этом уверен.

Мне нужно знать.

–Кто он? – встряхнул ее за плечи, пытаясь привести в чувство.

«Ответь мне!»–вопило все мое существо.

– Ты – мой Связанный? Я слышу твои мысли...–тихо произнесла девушка, видимо, пока она была в полусознательном состоянии, мои мысли не достигали ее, а сейчас...

Мой мир затрещал по швам – в один миг страстное желание обрести ее обратилось в кошмар, ироничную карикатуру на чистую мечту.

Убрав от Деи руки, я попытался успокоиться и отгородится от нее. Кажется, это сработало: девушка теперь вопросительно смотрела на меня, а не сосредоточенно хмурилась в ответ на мысли, наполненные негодованием.

–Да. Но не бойся, я не причиню тебе вреда,– яслабо улыбнулся, стараясь не думать о своей разрушенной жизни.

Дея рассеянно кивнула в ответ.

Вспоминая то утро на развалинах замка, в тысячный раз задаю себе один и тот же вопрос: «Что же тогда все разрушило?» У меня нет на него ответа. Возможно, его никогда и не будет.

Все равно… Я уже смерился.

Теплый вечер мягким покрывалом накрыл засыпающий город. С балкона Западной Башни открывался восхитительный вид: крохотные огоньки, вспыхивая в одном месте, угасали в другом. Неспешная игра света волной прокатывалась по Лунной Столице, напоминая рой светлячков в летнюю ночь. Легкий ветер трепал волосы, даря ощущение свободы. Но не это будило во мне чувство счастья – мой любимый был рядом.

– Красиво, правда? – спросила я, указывая на вечернюю зарю, очерчивающую вышки гор красками нежного ало-голубого оттенка.

– Да, сегодня прекрасная ночь, – тихо произнес Леофвайн, приобняв меня за плечи, в его светло-голубых глазах отразились угасающие лучи закатного солнца.

– Лео, что мы будем делать, если... – но он прервает меня, коснувшись указательным пальцем моих губ.

– Я ведь уже говорил. Я останусь с тобой, чтобы ни случилось. Я обещал. А как говорит мой отец: тому, кто нарушает обещания, Исток не дарует счастливой судьбы.Завтра тебе исполнится 16 сол [sol (лат.) – солнце]. Я уверен, что мы отмечены Судьбой, – Лео приблизился, и наши лбы соприкоснулись. Прикрыв глаза, изо всех сил пожелала, чтобы переполнявшее меня чувство не развеялось как туман с приходом солнца.

Лео приблизился, медленно, будто я – дикий зверек, но, когда искушающие губы коснулись моих, в его движениях больше не было осторожности. Захватив мою нижнюю губу в плен, он слегка прошелся по ней кончиком языка, а когда я приоткрыла рот, углубил поцелуй, прожигая до кончиков пальцев. Но это волна жара, еще не успевшая осесть в моем теле, быстро рассеялась. Поглощенная ощущениями, не сразу поняла, что мой Лео отстранился.

– Мне пора, – тихо произнес и исчез. А я и забыла, что это была всего лишь морталис-тень [магическая проекция, mortalis (лат.) – смертный]…

Звенит звонок с урока – громкий и дребезжащий – тем самым грубо вырывая меня из страны грез, где я и мой Лео держались за руки и…

–Урок окончен,–говорит Алла Николаевна – учитель литературы и, по совместительству, мой классный руководитель. – Сдаем тетради. И не забудьте, сегодня «пятничная уборка».

С трудом отрываю взгляд от предмета своего обожания – благо, что он сидит передо мной, иначе все это выглядело бы весьма странно, и перевожу взгляд на сухопарую учительницу с квадратным подбородком и большими карими глазами, со слегка опущенными верхними веками.