Изгои
Шрифт:
– Есть ли у тебя другие увлечения?
Джерри колебался.
– Обещаешь, что не будешь смеяться надо мной?
Бекка кивнула.
– Я криптозоолог-любитель.
– Чего?
– Криптозоология. Это изучение неизвестных животных и существ. Каждый год криптозоологи находят новые виды птиц, рыб и животных, о которых мы раньше не знали или думали, что они вымерли. Например, целакант. Это рыба, которая должна была вымереть вместе с динозаврами, но ее нашли живущей у берегов Африки. А несколько лет назад французские ученые обнаружили вид креветок, который должен был вымереть около шестидесяти миллионов лет назад. Они нашли его в этой части света.
– Доисторическая креветка?
– Я знаю. Звучит глупо.
– Нет, не глупо, - сказала Бекка.
– Это даже круто. Ты учился в колледже на криптозоолога?
– Нет, - Джерри отвел взгляд.
– Но я хотел стать вторым Лореном Коулманом в детстве. Черт, я и до сих пор хочу.
– Кто такой Лорен Коулман?
– Он как крестный отец этого типа исследований - очень великий человек. Он, Айвен Т. Сандерсон и Чарльз Форт - мои герои.
– Так почему же ты не пошел учиться в колледж?
– Это не совсем признанная наука. Но я прочитал много книг и провел много исследований в Интернете.
– Сам когда-нибудь что-нибудь находил?
– Пока нет. Я две недели блуждал по лесам Орегона в поисках гоминидов, но все, что я подхватил - это простуду.
– Гоминиды?
– прыснула Бекка.
– Ты имеешь в виду снежного человека? Или как его там, бигфута?
Уши Джерри покраснели.
– Смейся, если хочешь, но вполне возможно, что в отдаленных районах Северной Америки может бродить еще не идентифицированный вид обезьян. Это же не инопланетяне или что-то в этом роде.
Бекка коснулась его руки.
– Прости. Я не смеюсь над тобой. Честно.
– Ты, наверное, думаешь, что я настоящий гик. Комиксы и охота на снежного человека. Господи...
– Вовсе нет. Я думаю, это круто. Ты очень отличаешься от парней, которых я знаю. Все, что их интересует, это футбол и охота на оленей. Ты уникален. И ты знаешь, чего хочешь добиться. Ты не учишься на врача, юриста или еще кого-нибудь только потому, что этого хотят твои родители. Мне это нравится.
Джерри встретил ее взгляд.
– Да?
– Да.
Ухмыляясь, он нагнулся и поднял кусок валежника. Затем он протянул руки.
– Давай, помоги мне. Я понесу. Ты меня нагрузишь.
Бекка начала собирать сухие ветки и сучья и складывать их в протянутые руки Джерри. Над ними шелестели на ветру листья.
– Ветер усиливается, - заметил Джерри.
– Посмотри, как гнутся деревья.
– Москиты тоже пропали. Ты заметил? Я не прихлопнула ни одного комара за последние десять или пятнадцать минут. Так бывает дома, перед грозой.
Они услышали далекий гул вертолета. Он становился все громче, приближаясь к их месту, а затем они увидели, как он парит над головой, унося последних членов экипажа на судно, чтобы переждать бурю.
– Ну что ж, - сказал Джерри.
– Вот и все. Теперь мы застряли здесь.
– Ты действительно думаешь, что все будет так плохо?
– Я не знаю. То есть, с юридической точки зрения, я думаю, они имели право, чтобы оставить нас здесь. Как сказал Стюарт, мы подписали контракт. И я гарантирую тебе, что такая драма будет хороша для рейтингов. Но если бы все было действительно плохо, я думаю, телеканал поступил бы разумно и эвакуировал бы нас вместе со всеми остальными. К тому же, Стюарт и другие ребята не выглядели слишком обеспокоенными. Они пошли снимать интервью и все такое, как будто это был просто другой день.
Бекка ничего не ответила. Нахмурившись, она набрала еще дров и добавила их в связку Джерри.
– Ты в порядке?
– спросил он.
– Конечно. А что?
– Потому что ты прикусила губу.
– Прости. Я делаю это с тех пор, как была маленькой девочкой. Каждый раз, когда мне становится страшно.
– Тебе не нужно бояться. Серьезно. Я позабочусь о тебе.
– Я просто...
– вздохнув, Бекка села на камень.
– Я не знаю, что я здесь делаю. Я имею в виду, почему я думала, что смогу это сделать? Я не могу. Мне одиноко, страшно и я чертовски устала. Боже, послушай меня. Теперь я говорю, как Полин.
Джерри бросил дрова и сел рядом с ней. Он неуверенно обнял ее за плечи. Бекка напряглась, но потом расслабилась. Она не отбросила его руки, и он обнял ее.
– Xочешь правду?
Вытирая глаза, Бекка кивнула.
– Я тоже устал. Пока что я справлялась с испытаниями, но это тяжело - идти в ногу со Стефаном, Джеффом, Раулем и Райаном. Эти ребята очень сильные. Из-за комаров, звуков джунглей и жары я сплю дерьмово в этом убежище. Не говоря уже о храпе Троя.
Он откинул голову назад и стал подражал ночным звукам, издаваемым механиком, - нечто среднее между храпом свиньи и жужжанием газонокосилки. Бекка хихикнула, потом рассмеялась. Джерри опустил руку, но она не отстранилась.
– Именно так он и звучит, - сказала она.
– Я пыталась свернуть листья и засунуть их в уши, чтобы не слышать его, но они все время выпадали.
– Он будит меня по крайней мере четыре или пять раз за ночь, - согласился Джерри.
– К тому времени, как встает солнце, я уже разбит. И отсутствие еды тоже усугубляет положение. Вот почему я так плохо выступил на соревнованиях сегодня утром. Но будь я проклят, если соберусь бросить. Я имел в виду то, что сказал раньше.
– Хотела бы я иметь твою силу воли, - сказала Бекка.
– Твою решимость.
– У тебя есть. Я вижу, что ты тоже сильная.
– Я не чувствую себя очень сильной.
– Но ты сильная. Я думаю, что до того, как все закончится, ты поймешь, насколько.
– Я надеюсь на это.
Джерри подтолкнул ее.
– Я знаю. И я помогу тебе. Мы теперь вместе, помнишь?
– Ты обещаешь?
– Обещаю.
– А что будет, когда все закончится, мы уедем с острова и вернемся домой. Что тогда?
Джерри встал и снова начал собирать дрова.
– Давай сначала сосредоточимся на победе. О том, что будет потом, будем беспокоиться... потом.
– Думаю, ты прав. Многое может случиться между сейчас и потом.
Джерри кивнул, ворча, когда поднимал особенно большую ветку.
Она наблюдала за его работой и удивлялась тому, как быстро изменилось ее отношение к нему. Еще сегодня днем она относилась к нему с опаской, не доверяя никому из своих товарищей. Теперь же он стал для нее самым близким другом на острове.
Бекка поднялась на ноги и поморщилась. У нее болел копчик. Она потерла его.
– Ты в порядке?
– Конечно, - сказала Бекка.
– У меня болит крестец. Вот и все.