Чтение онлайн

— Хотите долю, — спросил, и тут же понял, что промахнулся. — Не хотите, ясно. Боитесь, что вскроется схема и вам прилетит от рода. Если бы у вас не было какого-то внятного предложения, вы могли просто отправить сегодня письмо в канцелярию рода, сразу после моего визита. И эта встреча не состоялась бы. Я так понимаю, вам эта собственность вообще не нужна?

— Да она и вам не нужна, — ответил он спокойно. — Доходы от неё — слёзы просто. По большинству помещений накопились за два года внушительные долги по коммунальным платежам. Часть недвижимости я продал, чтобы не входить в убытки. Деньги от продажи, естественно, собственность вашего рода. Или семьи. Готов предоставить все финансовые отчёты. Мое предложение совершенно не касается этой собственности. Её я, так или иначе, предоставлю законному владельцу.

— Так и чего же вы хотите?

— Денег, власти, влияния, титулов. И всё это я получу, если мы с вами, Алексей Григорьевич, станем друзьями.

Я прикрыл глаза на секунду. Как же я ненавидел такие разговоры. Не то чтобы прямо вот до состояния «аж кушать не могу». Стараясь ничем не выдать злость, я так же монотонно пробормотал:

— А никак нельзя выражаться яснее? И в более материальном ключе. Дружба — слишком эфемерное понятие. К тому же я очень разборчив в друзьях, знаете ли. Настолько, что у меня их пожалуй что и нет вовсе.

Только близкие родственники знали, что чем тише я говорю, тем в большем бешенстве пребываю.

Он вдруг резко наклонился вперёд, глаза его блеснули зелёным в полумраке комнаты. Фосфоресцирующие глаза — признак не очень сильного физика.

— Я очень рассчитывал на покровительство вашего отца, Алексей. И когда его убили… а его убили! Причём совсем не те, кого потом наказал ваш род. Я словно в трясину провалился. Все планы кувырком пошли. Всё это, — он небрежно кинул на стол распечатки Росреестра, — мелочёвка! Ерунда. Настоящие деньги были связаны с негласной стороной «Чистого мира»! А Григорий Алексеевич был ключевым человеком в этой схеме. Главным проектантом, оценщиком и кассиром. Вы что-то нашли от неё, или он вам оставил — не важно. Я чувствую! Я знаю, ничего не пропало. Вы всё же нашли концы. И я хочу свою долю. Не просто так, конечно. Мои знакомства, связи, финансы на первое время. Если бы ваш отец остался жив, я уже был бы партнёром в его проектах. Он обещал! Я готов поклясться в этом в зоне истины. Я могу рискнуть гневом вашего рода, но только за партнёрство. Вы сейчас в начале пути. Вам любая поддержка будет необходима. А любая подножка этот путь осложнит. Если бы не ваше двусмысленное положение, я бы прибежал к вам сам ещё полгода назад. Но что толку помогать плыть тому, кто сам не гребёт, Алексей Григорьевич?

— Что толку обращаться к человеку, которого настолько явственно отодвинули от семейного пирога? — насмешливо сказал я. — Ведь проект мог быть и родовым, ведь так?

Он так страстно говорил, явно чуть ли не душу обнажал, что моё раздражение куда-то испарилось. Наглый конечно тип, и пронырливый донельзя. Но может быть полезным — это правда.

— Всё так! — он откинулся на спинку кресла. — Вы и сами не стали бы сотрудничать с неудачником, который опустил руки, признайте! А сейчас вы блистаете на поприще магии, у вас откуда-то появились деньги. Вы явно раскопали историю с «Чистым миром» и, надеюсь, восстановили утраченные, крайне важные сведения по проекту. Я могу вам помочь и сейчас, и в дальнейшем. Но я не хочу быть слугой или работником! Я хочу партнёрства. Пусть миноритарного. Я хочу получить право начертать своё имя на табличке, понимаете, Алексей Григорьевич?

— Понимаю, — я кивнул. — Но вы неважно начали для будущего партнёра — с шантажа, Павел Маркович.

— Да помилуйте, какой шантаж? — он скривился, словно собрался зарыдать. — Я просто обрисовал вам положение дел. Как только вам перейдёт недвижимость отца, СБ вашего рода придёт с вопросами ко мне! И я вполне рискую эти вопросы не пережить. Откройте глаза уже, Алексей, вы больше не в башне!

Уел. Об этой стороне вопроса я действительно не подумал. Какие-нибудь аналитики рода почти наверняка отслеживают передачу недвижимости в полисе. А я, скорее всего, приоритетный объект наблюдения опять. Володину и вправду могли голову открутить, совсем не фигурально. В худшем случае. Церемониться с ним и вправду никто бы не стал.

— Давайте ещё более конкретно, — сказал я. — Какого именно партнёрства вы ждёте и в чём?

— У Алексея Григорьевича и его друзей был весьма серьёзный интерес к технологиям очистки. Насколько мне известно, они не продвинулись в главной своей идее, но попутно были изобретены и запатентованы несколько очень интересных новинок. Я много лет убеждал вашего отца пустить эти технологии в производство. Но он из-за каких-то внутренних разногласий в роду медлил. Он не хотел, чтобы это производилось на мощностях рода Орловых. А когда он дал своё формальное согласие, и мы почти всё уже подготовили, его убили. Если вы получили доступ к патентам, мы можем осуществить эту идею. Совместное предприятие. Я найду нужных специалистов. У меня обширнейшие связи в отрасли. Готов взять на себя организацию, закупки, управление производством. Но как партнёр. А не как наёмный работник. Пусть это будет совсем небольшая доля. В пределах десяти процентов.

— А не боитесь? Отца убили из-за этих исследований. Нам с вами и вовсе шеи посворачивают, как курятам.

— Во-первых, кто я такой, чтобы меня убивать? Меня достаточно будет припугнуть, чтобы я не дергался. Во-вторых, мы не будем трогать основное исследование внутреннего круга «Чистого мира». Для того чтобы создать прибыльное дело, побочных патентов будет более чем достаточно. А что касается недвижимости, мы просто пойдём к вашей сестре — я ведь так понимаю, с ней у вас прекрасные отношения?

— Да, вы правильно понимаете.

— Проведём обмен через неё. Тогда никаких вопросов к нам с вами не возникнет. А для рода там мелочёвка, как я и сказал, ещё и убыточная по большей мере.

— Интересно. Вижу, вы достаточно искренни. Сразу скажу, я очень не люблю, когда ходят вокруг да около. Вы высказали очень чёткое и понятное пожелание. Я посоветуюсь с сестрой — ведь она будет инвестировать в проект. Ваш процент мы оговорим, если будет её предварительное согласие. У вас есть доступ к договорам фонда?

— Да. В том числе и к тем, которые были… закрытыми для общественности.

— Какую роль во всём играет Великая Княгиня?

— О, Алексей. Она по сути идейный вдохновитель «Чистого мира». Честно скажу, общение с ней — это совсем не мой уровень. Но ваш отец отзывался о Ее Высочестве очень тепло.

— То есть вы не можете представить ей меня? — спросил я, подняв бровь.

— Почему? Я написал письмо в её канцелярию, как только вы покинули мой кабинет. Вряд ли даже у вас есть её прямой номер.

— Нет, — я развел руками. — Чего нет, того нет.

— Так мы договорились? — он смотрел на меня с надеждой.

— Знаете, предварительно договорились, — ответил я, подавая ему руку.

Глава 16

Новые вводные

Вечером я получил два важных сообщения.

От Ветра:

«Ну что, нам с ребятами надо решать, отпуск брать или нет? А то сроки поджимают. Решили послушать, что ты предлагаешь. Но нужна отмашка. Да, нет?»

Я сразу набрал ответ:

«Конечно да. Я уже договорился с Фурсовым о преференциях на синице для отряда. Что требуется от меня прямо сейчас?»

«Числа, Боярин. Циферки. Чего, кому, сколько. Снаряжение. Где будет база. Зачем нам это? Ответ на первый вопрос можешь письменно прислать, чтобы ребята могли обдумать и поторговаться. Для остального нужна встреча».

«Ну и для поторговаться встреча».

«Короче, надо встретиться».