Чтение онлайн

Эдуарду стоило огромного труда держать себя в руках. Он сжал зубы и окинул ледяным взглядом всех собравшихся. Помимо графа де Брионна, на переговоры прибыли граф де Авен и барон де Годар. С этими двумя герцог тоже был знаком. А со здоровяком де Годаром в молодости даже сражались спина к спине на крепостной стене во время штурма.

— Я дал клятву верности моему королю, — твердо произнес Эдуард. — Его воля для меня закон. Если он прикажет подавить бунт предателей, я это сделаю или умру пытаясь.

Граф де Брионн опасно сузил глаза, граф де Авен что-то рыкнул себе под нос, а барон де Годар, внешне напоминавший дикого медведя, хищно улыбнулся.

— А кишка не тонка? — весело пробасил барон. — Или ты плохо посчитал наших бойцов?

Здоровяк перешел на «ты», как когда-то в молодости. Сказать по правде, барон всегда имел славу неотесанного мужлана и дикаря. Изысканные манеры, танцы на балах и приемах, утонченные беседы об искусстве — это не про барона де Годара. Война, охота, эль и женщины — вот главные интересы этого человека.

— Их много, — спокойно кивнул Эдуард. — Но, увы, этого недостаточно. Нужно намного больше.

Лица всех троих слегка вытянулись от удивления.

— Тебе и этого хватит, — широко улыбаясь, произнес барон де Годар.

— Чтобы прикончить меня и моих людей — может быть, — пожал плечами Эдуард. — А вот чтобы остановить Золотого льва или легионы Оттона — вряд ли. Грядет самая затяжная и кровопролитная война за последние два столетия. Она коснется всех. Нам понадобится каждый, кто сможет держать оружие в руках.

Барон де Годар громко расхохотался, а граф де Брионн, продолжая щуриться, сказал, тоже переходя на «ты»:

— Так вот для чего ты сюда явился. Карл действительно уверен, что после того, что он сделал, мы все покорно бросимся умирать за него? Похоже, слухи не врут, рассудок короля помутился.

— Насколько я помню, вы все, как и я, давали ему клятву верности, — произнес Эдуард. — Запад всегда был верен своему слову. На присяге двоих из вас я присутствовал лично.

— Разве Англанд и те, кто последовали за ним, не доказали обратное? — подал голос граф де Леваль.

Барон де Годар перестал улыбаться.

— Англанд выбрал род, как и те, кто примкнул к нему, — ответил де Брионн. — Их сыновья по воле Карла отправились на войну в Бергонию. Наших людей, словно наемничий сброд, принц Генрих гнал на штурм крепостей. Многие из наших близких погибли, а некоторые попали в плен к аталийцам. Где, по нашим сведениям, их содержали хуже скота. А многих пытали до смерти проклятые жрецы из Алого храма. И пока наши родичи томились в оковах, весь королевский двор праздновал «великие победы» принца Генриха. Уверен, ты уже знаешь истинное положение дел и как именно отличился героический сынок Карла.

Нервно дернув подбородком, граф де Брионн продолжил говорить:

— Но это еще не всё. Пока Эрувиль праздновал, Запад собирал выкуп, чтобы вызволить своих детей из плена. И когда сумма была собрана, граф де Англанд и другие наши друзья отправились с этим золотом в Бергонию. Сказать тебе, что произошло дальше? Думаешь, их сразу пропустили? О нет! Люди короля продержали караван с выкупом на границе несколько месяцев. Они, словно стервятники, кружили над этим золотом, пытаясь оторвать себе самый лакомый кусок. Ожидая разрешения на выезд, многие из отправившихся в путь получили весточки из Бергонии о смерти их сыновей, братьев и отцов. Они не дождались, понимаешь? Мой племянник тоже умер в плену, как и сын графа де Авена, и младший брат барона де Годара. Их смерти на совести короля. Так что не говори мне о предательстве! Англанд сделал то, что посчитал нужным. Между королем, наплевавшим на своих подданных и спасением своего собственного рода, Англанд выбрал род.

— Только вот, благодаря действиям Англанда и тех, кто последовал за ним, многие вестонские семьи потеряли своих близких, — сквозь зубы ответил Эдуард. — Я в том числе. Мой племянник, которого я готовил в наследники, умер на моих глазах.

Граф де Брионн лишь покачал головой и холодно произнес:

— Вам здесь не место. В память о прежней дружбе мы позволим вам уйти живыми. Уходите. Нам больше не о чем говорить.

В тот момент герцог де Клермон отчетливо осознал, что Карл, скорее всего, потеряет почти весь запад Вестонии. И вряд ли при его жизни эти земли вернутся под его руку. На глазах Эдуарда рушилось все, что они так долго строили вместе с Карлом.

Но в следующее мгновение произошло странное — когда Брионн и другие уже собирались развернуть своих лошадей, неожиданно подал голос Андре де Шатильон.

— Господа, — произнес виконт, и его конь слегка выдвинулся вперед.

Барон де Годар среагировал первым. Он угрожающе рыкнул и схватился за эфес своего меча. За ним последовали и остальные.

Виконт, хладнокровно проигнорировав действия дворян, продолжил:

— Прежде чем мы расстанемся, позвольте мне выполнить поручение моего господина.

Граф де Брионн непонимающе переглянулся со своими спутниками и посмотрел на герцога. Эдуард был изумлен не меньше остальных. Поэтому граф обратился к виконту.

— Ваше имя, молодой человек.

— Виконт де Шатильон, к вашим услугам, — галантно сняв шляпу, Андре поклонился в седле.

— И кто же ваш господин? — впервые подал голос граф де Авен.

— Маркграф де Валье, — ответил виконт и лихо водрузил шляпу на голову.

— Тот самый маркграф? — улыбаясь, рыкнул барон де Годар. — Знатно потрепавший фанатиков из Алого храма, от которого сбежал, поджав хвост, сам Золотой лев? Ты тоже был там?

— Совершенно верно, — улыбнулся виконт и добавил: — Мне посчастливилось сражаться в нескольких битвах под его командованием, как и всем воинам, которые прибыли сегодня сюда.

Барон одобрительно кивнул и уже по-новому оглядел войско герцога.

— И что же вам поручил ваш господин? — спросил граф де Брионн.

— Он поручил передать вам это, — произнес виконт де Шатильон и начал доставать свитки из своей перемётной сумы.

Свитков было больше дюжины. На одном из них озадаченный происходящим герцог де Клермон заметил знакомую печать маркграфа.

Но это было еще не все, виконт продолжил удивлять.

— Ваше сиятельство, — произнес он, обращаясь к графу де Авену. — Это вам. А это вам, барон.

Это уже Годару.

Приняв из рук виконта свитки, мужчины напряженно переглянулись. Мгновение — и радостный возглас графа де Авена привлек их внимание.

— Это печать моего сына! — широко раскрыв глаза, воскликнул граф.

Дрожащими руками развернув свиток, он начал быстро читать его содержимое. С каждым прочитанным словом на сером лице графа появлялся румянец, а по щекам обильно текли слезы радости.