Чтение онлайн

моего. Раньше я не интересовалась его прошлым, а сейчас хочется разгадать его.

– Сегодня я смотрела картины у тебя в коридоре. Раньше я так сильно не приглядывалась

к ним, но теперь понимаю, что все пейзажи пропитаны холодом, мрачной атмосферой и

одиночеством. Почему твой выбор пал именно на них?

– Я не увлекаюсь живописью, - отстранённым голосом отвечает Денис.

– Не увлекаешься? Тогда почему они.

– Большинство картин купил мой отец. Он находил в них успокоение. Это был чем-то

вроде хобби. Позднее я лишь докупил несколько недостающих, чтобы коллекция

выглядела полной. Вот и всё.

Делаю жадный глоток сока, потому что в горле застревает ком. Слюна во рту собирается

слишком вязкая. Я думала, что эту коллекцию собирал сам мужчина.

Раньше он отнекивался, говорил, что ему нравятся картины, потому и покупает их время

от времени. Сейчас решил открыть мне душу? Или это просто секундное помешательство?

– Ты чувствуешь себя одиноким? — задаю ещё один вопрос.

Денис смотрит на меня несколько секунд. после чего на его губах появляется тёплая

добродушная улыбка.

– С чего ты взяла, Малинка? Рядом с тобой невозможно чувствовать себя одиноким.

Его слова проникают глубоко в сердце, пробирают до глубины души и оставляют

неприятный осадок. Вроде бы Денис начинает открываться передо мной, а я не могу

избавиться от внутренних блоков, ведь всё это время считала мужчину монстром.

Ошибалась? Или всё-таки мне следует остерегаться его и дальше?

Утром я просыпаюсь настолько раздражённая, что даже на саму себя злюсь.

Давненько не считала своё тело настолько немощным. На первых ступенях реабилитации

я постоянно сталкивалась с трудностями, превозмогала их через боль, делала всё, чтобы

поскорее встать на ноги, а теперь я стою на них, но всё равно слаба. Ноющая боль в

позвоночнике становится невыносимой, и я готова волком ВЫТЬ. На глаза

наворачиваются слёзы, когда встаю. Я так сильно привыкла к таблеткам, что сейчас, когда

их нет, чувствую себя никчёмной. Так получается я и не становилась сильной? Всё это

была лишь иллюзия, созданная проклятыми препаратами? Злюсь на себя, готова рвать и

метать. Взбешённая вылетаю в коридор и стучусь в комнату Дениса. Он не отвечает Уже

уехал? Вроде бы рановато. Открываю дверь и вхожу. Забрав у меня таблетки, Денис

пошёл к себе в комнату: я слышала, как открывалась дверь. Оставил их где-то здесь?

Мечусь по чужой совершенно незнакомой мне комнате и ловлю себя на мысли, что

впервые оказалась здесь. Хоть провела в доме мужчины немало времени, я не заходила в

его спальню. И вот теперь смотрю на такую простую просторную обстановку и понимаю, что она разительно отличается от того, что я себе представляла. Логово холостяка со

скверным характером виделось мне иначе. Я думала, что тут всё тёмное, на стенах

чёрные обои, где-нибудь в углу обязательно шкафчик с выпивкой. Ничего подобного.

Удивлена ли я? После того как Денис потихонечку начал открывать мне свою душу, удивить меня крайне непросто. И всё же да — я удивлена.

– Не меня ищешь? — бархатистый голос заставляет обернуться и посмотреть на его

обладателя.

– Где таблетки? — рычу я, скользя взглядом по обнажённому торсу мужчины, по которому

стекают тонкие струйки воды.

Он только что вышел из душа и толком не обтёрся полотенцем, которое сейчас

опоясывает пояс мужчины, скрывая его мужское достоинство. Вспыхиваю, понимая, что

держится полотенце еле-еле, и если оно упадёт…

Так, Алина, возьми себя в руки!

Мужика голого не видела, что ли?

Это же Денис. Просто Денис, и если даже увижу то, что сейчас скрыто, я не должна

смущаться. И всё же румянец становится ещё гуще.

– Какие таблетки, Малинка? — удивляется Денис.

– Которые ты забрал у меня. Прошу тебя, перестань кривляться! Мне нужны эти проклятые

таблетки! Сейчас.

Всхлипываю от отчаяния, чувствуя себя хуже. Меня уже потрясывает, и даже если это

зависимость, в настоящий момент плевать — разберусь с ней позднее, а сейчас мне

нужно избавиться от боли.

– Я ведь сказал тебе, что ты не должна больше принимать их, Малинка. Неужели ты сама

не понимаешь, что травишь свой организм? — спрашивает Денис и запускает пятерню в

волосы.

– мне плевать. Дай мне их прямо сейчас, - говорю уже громче, готовая перейти на крик.

– Тебе так плохо? Может, всё-таки обратимся к врачу? Он осмотрит тебя, чтобы

разобраться в причинах ухудшения состояния. Возможно, ты слишком рано приступила к

работе?

Закатываю глаза и нервно цокаю языком. Мне только нотаций сейчас не хватало!

Он издевается надо мной?

– Я опоздаю в офис к Величаеву. Пожалуйста, перестань мучить меня. Отдай мне их, Денис. Умоляю тебя.

– Ладно.

– Ладно?

Меня удивляет, что он не спорит, не пытается образумить и так быстро сдаётся. Это

непохоже на Дениса. Чего он добивается?

– Ладно.

Мужчина приближается к комоду, открывает верхний ящик, достаёт баночку и

протягивает мне.

– забирай, раз уж ты решила гробить свою жизнь. Кто я такой, чтобы указывать тебе, как

жить правильно. Бери, Малинка и делай то, что подсказывает тебе совесть, раз тебе

наплевать на мои слова и просьбы. В конце концов, это твоя жизнь, а не моя.

А-а-а! Вон оно что! Он рассчитывает, что меня замучают угрызения совести? Вот только

Денис сильно ошибается. С ними я как-нибудь справлюсь. Высыпаю на ладонь две

таблетки и сразу же отправляю их в рот Денис смотрит на меня осуждающе, но больше ни