Чтение онлайн

— Нет.

— Тогда давай попробуем еще раз. Ты ревнуешь меня к Юле?

Признаться сейчас ему в том, что я не просто ревную, а ненавижу её только за то, что он прикасался к ней так же как ко мне, всё равно что признаться в любви. Но девушки не должны признаваться первыми, так учила меня бабушка, так принято в обществе.

Я смотрела ему в глаза и думала почему еще не изобрели такую штуку, которую можно было бы подключать к человеку, к его эмоциям и мыслям, чтобы он на себе ощутил насколько я переживаю из-за его бывшей.

— Да, — единственное, что я смогла выдавить из себя, из всех своих мыслей.

— Хорошо. Хорошо в смысле, что ты поделилась. Но ты зря ревнуешь. Юли для меня больше не существует. Я когда-нибудь тебе говорил, что не даю второй шанс людям? Так вот она была единственным человеком, кому я дал его. Она опять предала, когда сделала аборт. Я не знаю был ли ребенок моим, но в тот момент, когда она призналась…она исчезла для меня. Её просто не существует. Но зато существуешь ты. Но мне порой кажется, что ты со мной только потому, что я держу тебя.

— Нет, не поэтому. Ты говоришь, что она для тебя не существует. Но для меня то существует, особенно, когда пакостит. Мне просто не понятна твоя позиция. Я должна сама разбираться с ней? Я не чувствую себя в безопасности. Её имя всплывает постоянно, в каждом разговоре. Твоя мама любит её и хочет, чтобы вы сошлись. Моя подруга говорит, что бывшая девушка Димы шикарная и если я хочу соответствовать тебе, то должна работать над собой. С Асланом вы обсуждаете Юлю и он прям писает кипятком и просит разрешения быть с твоей бывшей девушкой. Знаешь Дима, это похоже на театр абсурда и я не вижу себя в нем. Поэтому я просто наблюдаю.

— Таак.

Дима несколько секунд переваривал сказанные слова и видимо не знал, что ответить.

— Ты сам просил на чистоту.

— Знаю. Во-первых когда Настя умудрилась тебе такое ляпнуть, а во-вторых, ты что шпионишь за мной?

На последней фразе Дима улыбнулся, а глаза приобрели желтоватый оттенок. Я заметила, что они светлели, когда у него было хорошее настроение и я немного расслабилась.

— Когда Настя приехала и узнала тебя, она мне рассказала про вас: о вашей любви, о том что вы пять или шесть лет вместе были. Ну и показала её фотку. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять насколько она красивее. А насчет разговора с Асланом, так это вы сами подошли ко мне, встали рядом и начали разговор. Видимо я такая неприметная. И да я ревную. Сильно.

— Прости. Я не хотел, чтобы ты это слышала.

— Ничего, уже пережила.

Дима потянулся ко мне обнял своим руками за талию и подтянул к себе.

— Мне так неудобно, — заерзала я на его коленях, чем вызвала ответную реакцию Диминого тела. — Ой.

Дима откинулся на спинку сиденья и откровенно нагло ухмылялся.

— И для чего я тебе это всё сказала? Чтобы ты почувствовал превосходство надо мной?

— Ни о каком превосходстве речь не идёт, просто я рад, что наконец ты начала говорить. Настя твоя дура — поверь. Ты намного круче всех остальных. Он просунул руку под мою рубашку и обхватил грудь.

— Как с тобой вообще можно что-то серьёзно обсуждать, если стоит мне заговорить ты распускаешь руки.

— Ничего не могу с собой поделать, — уже вторая рука залезла под рубашку.

— Дима!

— Я кажется начинаю ценить твой стиль оверсайз, никто ничего не видит, а я могу делать что хочу.

— Да что ж за бедствие то такое, — я попытался перехватить его руки. — У нас с тобой серьезный разговор, надо его закончить. Ты же сам говорил.

Сдержать его руки мне было совсем не под силу. И он продолжал ласкать мою грудь.

Мозг как всегда предал, отдавая инициативу сердцу и чувствам, но я хотела закончить этот разговор сегодня. Именно сейчас.

— Отпусти, — я стукнула ему кулаком в грудь. Улыбка исчезла с Диминого лица.

— Что случилось?

— Пипец какой ты непоследовательный. Пытаешься вызвать меня на откровенный разговор, и как только я открываюсь, ты игнорируешь это.

Я оттолкнула его и попыталась слезть с колен, случайно оперевшись на Диму. Приглушенный вздох подсказал мне, что я угодила в болевую точку. Ну что ж не повезло. Я дернула ручку двери и выскочила на улицу.

— Я не игрушка., чтобы меня применять каждый раз, когда у тебя чешется причинное место.

Дима опустил ноги на землю и остался сидеть в кресле автомобиля.

— Иди сюда.

— Нет. Ты сказал я могу высказать то, что мне не нравится. Либо ты решаешь что-то с Юлей, чтобы она навсегда исчезла из нашей жизни, либо …

Я замолчала, мне было страшно произнести эту фразу.

— Либо что?

Дима встал, его фигура показалась мне угрожающе опасной. Я отшатнулась назад, но он в два шага настиг меня, я оказалась в капкане его рук. Одной рукой он придерживал меня за талию, так что мне пришлось встать на цыпочки. Другой рукой зафиксировал мою голову, чтобы не могла отвернуться.

— Либо что, Саша?

— Нам придется расстаться, — едва слышно пробормотала я.

— Серьезно? Ты уверена, что сможешь это сделать?

— Если ты будешь держать меня, то, конечно, нет.

— А я и не отпущу. Я уже сказал, что ты моя.

— Я не вещь.

— Ты моя женщина. Разве тебе плохо со мной?

— Нет, но…

— Твои пожелания я выслушал и учёл. Или тебе нужно прилюдное извинение от Юли?

— Я просто хочу, чтобы она исчезла из моего поля зрения и я больше никогда не слышала про неё.

— А волшебное слово?

— Абра-кадабра.

— Мне кажется, ты нарываешься.

— На что? Ударить меня хочешь?

— Зачем же. Наказывать можно по-разному.

— Я надеюсь ты не здесь собрался это делать?

— Наказывать? А почему бы и нет.

— Мы на трассе, машины проезжают.

Я смотрела на него с удивлением и даже страхом. Зная Диму, от него можно было ждать чего угодно.

Он наклонился чтобы поцеловать меня, но я закрыла губы рукой. Ему пришлось отпустить мой подбородок, чтобы перехватить руку, но я не собиралась сдаваться.

— Я запрещаю тебе трогать меня, пока мы наконец не выясним отношения. А если ты это сделаешь против моей воли, это будет уже насилием.

Дима посмотрел мне в глаза, пытаясь понять шучу я или нет. Но я не шутила. До него наконец дошёл смысл моих слов. Ему пришлось отпустить меня.

— Маленькая девочка научилась показывать клыки?

— С вас пример беру.

— Садись в машину, — его голос прозвучал глухо. Кажется я добилась своего, почему же на душе так гадко.

— Итак, давай продолжим, — Дима сложил руки на груди и пристально уставился на меня.