Чтение онлайн

– Твоя проблема в том, что ты меня списал со счетов, Алехин. И сделал это слишком рано. Я здесь, я живая, я нахожусь в своих правах, – проговорила, глядя в холодные глаза бывшего мужа.

Как давно его взгляд стал подернут льдом? Кажется, это случилось не в одночасье и уж точно не сейчас. Рома перестал испытывать ко мне чувства уже давно. Наверно, еще тогда, когда уговаривал родить второго ребенка.

«Ваня совершенно не интересуется бизнесом! – говорил он с нотками возмущения. – У него в голове свои планы на жизнь. А мне нужен кто-то, кто станет увлекаться семейным делом целиком и полностью».

Тогда я глупила, умалчивая о том, что Ивану не исполнилось даже четырнадцати… Сам же Алехин вбил себе в голову, что бизнесом его наследник должен увлекаться чуть ли не с пеленок. Затем родился Аркаша, и уж в него-то Роман и собирался «вложить все». От Ивана он отстал, что я сочла благом, и как показали последующие события, для меня лучшим вариантом был такой исход, когда Ваня отстранился от отца и остался на моей стороне.

– Ты живая, но после таких травм полноценно давать все ребенку не сможешь! – вынес мне приговор Алехин. – У Аркадия день расписан по минутам. Конный спорт, три языка, развивающие занятия… Марина занимается им так, как иные матери не занимаются своими детьми. Вспомни сама – Аркаша у нас вообще лейтяйничал! – возмутился Рома.

– Но ему было полтора в последний раз, когда я его видела! – не удержалась я от ответного возмущения.

Что они там лепили из моего сына? Супер-человека, который может полететь в космос уже в четыре года?

– А сейчас он вообще взрослый. Обожает Марину и зовет ее мамой, она тоже отвечает ему взаимностью.

Марина была женой Роминого отца. Молоденькая девчонка, которая едва окончила вуз перед тем, как Владимир Алехин на ней женился. У нее были какие-то перспективы в том, чтобы получить ученую степень или что-то подобное, и когда Роман говорил со своим отцом о его будущей жене, у меня не раз возникало чувство, будто они обсуждают породистую лошадь, которую готовили к скачкам.

– Соня, послушай меня… Я погорячился, когда стал выгонять тебя из собственного дома. Каюсь, был уверен в том, что ты останешься овощем до конца своих дней. Если бы нужна была финансовая помощь и я вовремя узнал, что ты пришла в себя – я бы влил кучу денег в твою реабилитацию. Но Ваня решил все делать тайно.

Он скрежетнул зубами, а я уцепилась за эти слова. Неужели и по поводу этого Иван не договаривал и с финансированием моего пребывания в клинике тоже все было не так просто? С этим я разберусь потом, когда мы со старшим сыном наконец увидимся.

– Сейчас ты нуждаешься в покое, отдыхе, в том, чтобы прийти в себя, – продолжил говорить Роман. – В этом доме шумно. Здесь ребенок, здесь Анжела устраивает приемы. Давай мы снимем тебе хорошее жилье, а ты не станешь увлекаться ерундой и будешь восстанавливаться? А лучше – поезжай по какой-нибудь программе в другую страну и там приходи в себя. На лечение последствий таких травм, как у тебя, уйдут годы!

Алехин так искренне и с воодушевлением говорил мне все это, что если бы не то представление со слугами, свидетелем которого стали мы с Арсом, я бы, может, даже прониклась.

– Я уже связалась с адвокатом, буду добиваться через суд, чтобы мне вернули ребенка, – ответила я мужу, проигнорировав его слова.

– Вообще-то у отца и Марины оформлена опека! Они находятся в полном праве по отношению к Аркаше.

– А я нахожусь в еще большем праве! И если мне завтра же не дадут встретиться с сыном – я подам в розыск. Привлеку общественность, специальные службы… Но Аркашу увижу в самом ближайшем времени!

Пообещав это мужу, я поднялась из кресла. Взгляд, которым Алехин меня испепелял, казалось, мог оставить от любого лишь кучку пепла. Но муж ничего не сказал, я лишь только могла поклясться в том, что сейчас шестеренки в его голове крутятся со скоростью света. Ничего, пусть судорожно соображает, что делать дальше.

А я выжду день, раз уже прождала два года. Конечно, буду делать все так, чтобы возвращение Аркаши настоящей матери прошло с максимальным психологическим комфортом для моего малыша. Но если Алехин и его отец доведут меня до ручки – пойду на отчаянные меры.

С этими мыслями я удалилась, заперлась в комнате и, наконец, переодевшись, прилегла отдохнуть. Умение очистить голову от всех мыслей и, приняв снотворное, заснуть, сейчас мне отказывало. И все же я заставила себя не думать о сыне и не погружаться раз за разом в переживания, которые охватили меня, когда переступила порог этого дома.

Через несколько минут мне удалось задремать, и я даже думать не думала, что через пару часов мое пробуждение будет отвратительнее некуда. Впрочем, мне нужно было начинать быть готовой ко всему.

– Вставай немедленно! – верещал противный женский голос прямо у меня над ухом. – Это мой дом! Только мой! Вставай и убирайся!

Я подскочила на постели, не сразу понимая, где нахожусь и что это за истеричка, которая вопила на меня от двери. Ее глаза бешено вращались, лицо искривилось и стало похожим на готическую маску.

«Анжела, жена Алехина», – мелькнула в голове мысль прежде, чем эта дрянь бросилась ко мне, растопырив пальцы с когтями-саблями.

– Это мой дом и мой муж! Пошла вон! – выкрикнула она снова и вцепилась в мое плечо с такой силой, что лишь чудом не распорола его в клочья.

Охнув, я машинально отпихнула ее от себя, вложив в это движение все, на что была сейчас способна. Адреналин щедро разлился по венам, заставил сердце быстро колотиться. Анжела, которая едва устояла на ногах, сделав несколько шагов назад, сейчас смотрела на меня не без удивления в расширившихся глазах с огромными зрачками.

– Что здесь происходит? – рявкнул от двери мужской голос, слышать который было так необходимо и радостно, что я чуть не соскочила с постели и не бросилась на шею Арсению.

Это был именно он – его мощная, широкоплечая фигура застыла в дверном проеме. Глаза метали молнии, и мне бы очень не хотелось сейчас стать причиной той злости, которую Арс источал.

– А! Ты еще и с любовником сюда заселилась! – Запрокинув голову, Анжела начала громко и истерично смеяться.

Актриса из нее была такая себе – мелькнула в голове неуместная мысль, пока Арсений, поставив в кресло сумку, что принес с собой, подошел к жене Ромы и встал так, чтобы у этой дряни не было ни единой возможности броситься на меня снова.

– Половина этого дома принадлежит моей будущей жене, – сообщил он Анжеле. – Юристы уже занимаются тем, чтобы выделить в натуре комнаты, которые закрепят за ней законодательно. Возможно, мы будем продавать их по одной новым жильцам, – продолжил говорить Арс так спокойно, как будто мы собрались за деловым ужином, за которым обсуждали общие планы.

Откуда он все это брал? Сочинял на ходу? Или они с Иваном все это обсуждали и собирались предоставить мне свой план постфактум?

– Что-о-о? – вытаращилась на него Анжела и ее пышная грудь, которая визуально плохо вязалась с худым на грани телом, застыла и больше не вздымалась столь бурно.