Чтение онлайн

– Ты правда очень белая, как полотно, – продолжала она, гладя меня по руке, словно утешая ребёнка. – Говорила я Андрею, что ты слишком много на себя берёшь, что всё время работаешь.

Я кивнула, не в силах подобрать слова. Почему она была такой доброй ко мне? Почему именно она, а не он, сидела здесь, пытаясь вернуть мне хоть частичку тепла? Казалось, её доброта только сильнее подчеркивала ту ледяную пустоту, что оставил в моей душе Андрей.

– Всё будет хорошо, – шепнула она. – Но, пожалуйста, пообещай мне, что обратишься к врачу. Хорошо?

Я кивнула, ощущая, как глаза вновь наполняются слезами.

Свекровь посмотрела на меня, нахмурив брови, и осторожно спросила:

– А с Андреем-то что происходит? Он выглядит таким… отстранённым в последнее время. Может, вы поссорились? Или на работе что-то случилось? – в её голосе чувствовалась настоящая тревога, а глаза пытливо вглядывались в моё лицо, ожидая хоть какого-то объяснения.

Сжала чашку сильнее, чувствуя, как внутри всё снова переворачивается. Как бы мне хотелось сейчас всё рассказать, высказать всю боль, что копилась, но я не могла. Это была не моя история для рассказа.

– Я не могу говорить за него, – прошептала я, избегая её взгляда. – Если он захочет, он сам всё объяснит.

Свекровь тяжело вздохнула, опустила глаза и, на мгновение замолчав, будто решалась, стоит ли продолжать, наконец произнесла:

– Знаешь, он совсем перестал нормально общаться, – сказала она тихо, словно боялась, что её сын вдруг услышит. – Словно я больше не его мать. Всё время молчит, ничего не рассказывает. Раньше мы были так близки, а теперь… ничего. Ни о работе, ни о своих мыслях, ни о том, что у него на душе. Я не понимаю, что с ним происходит.

Её слова резанули меня, как ножом. Значит, он не только со мной был таким? Отстранённым, холодным, чужим. Я сглотнула, пытаясь справиться с накатывающей волной эмоций.

– Я тоже не понимаю, – прошептала я наконец, чувствуя, как горечь подступает к горлу. – Я тоже.

Свекровь, на мгновение задумавшись, вдруг осторожно, но всё же решительно спросила:

– А почему вы до сих пор не завели детей, Настя? Может, у вас какие-то проблемы? Чего-то не хватает? – в её голосе слышалась неосознанная надежда, будто ребёнок мог бы решить все эти молчаливые, тягостные недомолвки, которые давно уже поселились в доме.

Я едва удержалась от того, чтобы не горько рассмеяться. Казалось, все вокруг только и спрашивали об этом, будто ребёнок был каким-то обязательным пунктом в браке, который я должна была выполнить.

– Андрей не хочет становиться отцом, – ответила я, стараясь, чтобы голос не задрожал. – Я пыталась поговорить с ним об этом, но он каждый раз отмахивается, меняет тему. Даже просто проверить здоровье, выяснить, всё ли у нас в порядке, он отказывается. Считает, что ещё не время.

– Не время? – удивлённо переспросила она, словно не могла поверить своим ушам. – Да ему уже тридцать два, какой ещё «не время»?

– Я не знаю, – ответила я устало, глядя в чашку с чёрным чаем, будто в её глубине мог скрываться ответ на все мои вопросы. – Но каждый раз, когда я поднимаю эту тему, он просто уходит или молчит. Как будто это неважно. Как будто я прошу о чём-то, чего он никогда не хотел.

Свекровь тяжело вздохнула и покачала головой.

– Никогда не думала, что он станет таким… таким закрытым, – она грустно посмотрела на меня, и в её взгляде мелькнула тень сочувствия. – Но ты, пожалуйста, не сдавайся, Настенька. Может, он ещё одумается. Мужчины иногда просто теряются.

Но в глубине души я знала, что Андрей не просто потерялся. Он ушёл куда-то очень далеко, туда, где меня больше не было.

Свекровь задумчиво посмотрела на меня, и на её лице отразилась печальная улыбка.

– Знаешь, Настенька, – начала она, тщательно подбирая слова. – Иногда ребёнок помогает возродить отношения. Когда появляется маленький человечек, он объединяет, наполняет жизнь новым смыслом. Может быть, это помогло бы вам с Андреем снова найти друг друга?

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как внутри вновь закипает гнев. Но на этот раз не от обиды, а от того, что меня не понимали.

– Ребёнок – это не инструмент, – сказала я, стараясь говорить мягко, но голос всё равно прозвучал твёрдо. – Нельзя заводить ребёнка только ради того, чтобы наладить отношения. Это не решит наших проблем. Дети заслуживают рождаться в семьях, где родители любят друг друга, где есть счастье и тепло. А не там, где они становятся способом «починить» что-то сломанное.

Свекровь замолчала, раздумывая над моими словами, и наконец, кивнула.

– Ты права, милая, – тихо сказала она. – Абсолютно права. Прости, если я сказала что-то не то. Просто мне хочется верить, что всё ещё можно исправить.

Она осторожно коснулась моей руки, и её взгляд был полон искреннего сожаления и тепла.

– Я поддержу любое твоё решение, Настенька, – сказала она. – Что бы ты ни решила. Ты должна быть счастлива, и я хочу, чтобы ты знала, что ты не одна.

Мне так не хотелось обидеть эту женщину, ведь мы с ней уже десять лет бок о бок. Она была мне не просто свекровью, а словно второй матерью, особенно в те моменты, когда я только входила в эту семью. Я вспомнила, как мы вместе с ней и свёкром делали ремонт в нашем с Андреем доме. Это было первое лето после свадьбы, и мы решили, что нужно всё переделать под себя.

Свёкор красил стены, я возилась с обоями, а свекровь готовила нам чай и угощала бутербродами, чтобы поддержать силы. Мы вместе смеялись, обсуждали цвет мебели, спорили, куда лучше поставить диван. Тогда казалось, что именно здесь я нашла свой дом, свою вторую семью.

И я никогда не забуду тот день, когда мы втроём тащили тяжёлый шкаф на второй этаж. Андрей, как обычно, отсутствовал, ссылаясь на «завал на работе». Он звонил и уверял, что очень занят, что без него всё непременно развалится. Но в глубине души я знала, что это просто его способ избежать всего этого хаоса. Ему никогда не нравились эти бытовые хлопоты. Свекровь тогда пожала плечами и тихо сказала мне: «Не волнуйся, дорогая, у мужчин всегда свои отговорки. Мы справимся и без него».

И мы действительно справились, расставили мебель, прикрутили все полки и собрали всё по своим местам, пока он, вероятно, сидел в своём офисе, делая вид, что его работа – самое важное дело на свете.

Свекровь задумчиво помешала чай в своей чашке и, взглянув на меня, тихо спросила:

– Настенька, а если всё действительно настолько плохо… может, вам стоит на время разъехаться? Дать Андрею возможность подумать, разобраться в себе. Может, это поможет ему понять, чего он действительно хочет.