Чтение онлайн

В двадцать четыре пора взрослеть, задвинуть старые разногласия подальше. Бесит ли меня Шварц? Естественно. Как и я его. Но это наше противостояние можно оставить до лучших времен. Или до того момента, как Мирон первым начнёт меня доставать.

– Привет, - выдавливаю улыбку, запуская мужчину внутрь. – Я на секунду, проверю Руса, а ты пока раздевайся.

– Так сразу? Ты замужем за моим другом, а такое предлагаешь…

– Шварц, - вздыхаю, потому что момент наступает слишком быстро. Демонстративно осматриваю мужчину, а после качаю головой. – Прости, ты не в моем вкусе.

– Забавно, учитывая, что мы с Димой похожи.

Я морщусь, проигрывая один – ноль. Это правда, в университете их даже иногда принимали за братьев. Тот же оттенок волос, телосложение. Даже глаза у обоих орехового цвета.

А когда они оба отпускали легкую щетину, то Степан Артёмович, отец Димы, в шутку спрашивал мою свекровь про супружескую верность. Поэтому мой подкол был абсолютно провальным.

– Ты мой хороший.

Я глажу сына по светлым волосикам, укрывая одеялом. Он забавно кривит носик, сжимая в ручке погремушку. Неожиданно заснул, видимо, день с бабушкой его утомил.

– Прости, - я возвращаюсь на кухню, прикрываю дверь. – Руслан спит, поэтому не шуми.

– Как скажешь.

Мирон расстегивает пуговицы на пиджаке, усаживаясь за стол. На нём костюм, галстук чуть ослаблен. Судя по всему, мужчина только с работы, решил закрыть последние вопросы перед тем, как вернуться домой.

– Хочешь кофе или чай? – предлагаю, убирая в мойку грязную кружку. – Есть ещё лимонад.

– Лимонад? Ты серьезно вошла в роль домохозяйки, да?

Я знаю Шварца столько же, сколько и мужа. За эти семь неполных лет я обросла своеобразной броней против его неуместных высказываний. Вначале они задевали, а после стали привычной манерой общения.

Шутка про домохозяйку появилась после того, как Дима сделал мне предложение. Совпала с провальным сложным экзаменом. И Шварц постоянно усмехался, что я так спешу замуж лишь потому, чтобы не было нужды учиться или работать.

«Придурок» – журил его Дима, заставляя молчать. И мысленно я вторила мужу каждый раз.

– Лимонад, - повторяю с королевским спокойствием. – Могу в стиле некоторых домохозяек добавить туда секретный ингредиент.

– Какой же? – Мирон усмехается, поднимая бровь.

– Мышьяк.

– Рискуешь потерять работу, Тая. А потом ещё с полицией разбираться… Оно того стоит?

– Ну, нет тела – нет дела.

– У меня три свидетеля, которые знают, что я отправился к тебе.

– Блин, целых четыре тела?

Ерничаю, а Мирон, к моему удивлению, тихо смеётся вместо того, чтобы продолжить словесную перепалку. Мысленно присуждаю себе балл в нашем состязании.

– Лимонад подойдёт, - в итоге выдает мужчина, стягивая галстук окончательно. – Вряд ли ты хочешь разбудить Руслана чайником.

– А, нет, иногда шум полезен. Ребёнок должен привыкать к тому, что вокруг не тотальная тишина. По крайне мере, мне так Алина Михайловна говорила.

– В любом случае, лимонад. Должен же я проверить твою решительность отравить меня. И перейдём к делу, ладно? У меня ещё планы на вечер.

– Конечно.

Я ставлю стакан перед Мироном, отчего-то начиная нервничать. Может, причина в том, что я загорелась идеей действительно пойти на работу? И не хочется терять такую возможность, вряд ли кто-то предложит условия лучше, чем Шварц.

Я не представляю, как смогу оставлять Руслана свекрови, даже на несколько часов. Как не сойду с ума от мысли, что сын может скучать по мне. Но я вдруг поняла, чего мне так остро не хватало этот год.

Делать что-то, быть занятой и значимой. Расширить свою жизнь обратно, не ограничиваться лишь мужем (с которым всё так сложно) и сыном (который вряд ли это вообще запомнит).

Сегодняшняя поездка в офис меня выжала досуха, добавив головной боли и новых терзаний. Но это было из-за Иры, внезапно свалившихся заданий, а я не была готова к подобному. Только ещё я почувствовала себя… Хорошо. Решая что-то, отдавая распоряжения. Даже тот разговор о моей табличке вернул прежние ощущения, напомнив о моих былых достижениях.

Я даже не подозревала, что заскучала за этим. Легко отказалась от работы, сменила университет на больницы. Делала всё, лишь бы мой сын был в порядке.

Но сейчас… Сейчас я хочу попытаться совместить всё.

Уехать к отцу я могу в любой момент.

– Это временная работа, предупреждаю сразу, - Шварц за секунду переключается. Его голос становится строже, взгляд – серьезным. – Может, на полгода ещё, максимум год. Четыре или пять часов в день, но нестабильно.

– Хорошо, - я присаживаюсь на краюшек стула, собирая мысли воедино. – Но тебе нужно, чтобы я приезжала в офис несколько раз в день? Или просто в разное время?

– Второе. На часа два, не факт, что каждый день. Основная работа – удаленно. Сейчас у меня много проектов, нужно, чтобы ты собирала информацию по всем и передавала мне отчетом.

– А я не могу все эти данные сдавать удаленно?

– Есть информация, которую я не позволяю выносить, она с закрытым доступом. Только из офисной сети. Ты так расписывала в резюме своё умение создавать таблички, что я решил, тебе подойдет эта вакансия.

Я поджимаю губы, стараясь скрыть смущение. Шварц издевается, а я жалею, что добавила эту строчку. Но в университете нам всегда повторяли, что нужно выделяться среди других соискателей, а не писать стандартный перечень умений.

То, что предлагает мне Мирон – подходит идеально. С привычной мне, даже любимой, работой. И почти идеальным графиком, потому что пару часов в неделю выезжать в офис не составит труда.

Свекровь уже согласилась. Я говорила с ней, когда забирала сына. Не рассказывала про работу, лишь намекнула, что мне нужно будет иногда уезжать по делам. Алина Михайловна с радостью согласилась.

– Если тебе всё подходит, то подъезжай завтра в офис к десяти, - я киваю в согласии, и что-то мелькает на лице мужчины. Он не рад, что я согласилась? – Больше ничего не хочешь узнать?

– Нет, кажется.

– И зарплата тебя совсем не интересует? Я люблю бесплатный труд, но боюсь проверка не одобрит такое.

– Ой, точно.

Жмурюсь, потому что об этом нюансе я забыла. Разговор с Димой и его перевод денег успокоили меня. Каким бы Немцов не оказался мужем, но он не собирается просто бросать меня и сына, заставляя справляться со всем в одиночку.

Поэтому сейчас я рассматриваю работу как опыт и возможность войти в ритм. Дома я сойду с ума от сомнений. Готовка, которой я отвлекала себя весь вечер, не спасет надолго.