Чтение онлайн

– Мама позвонила.

Алина Михайловна.

Снова.

Вдыхаю, помечаю галочкой этот момент. Я, наверное, слишком многого ждала от свекрови. Точнее… Она не виновата. Я сама придумала себе невесть что. Конечно, как любящая мать она сделает всё ради ребенка.

Просто я долгое время считала её кем-то вроде второй матери, и это «ты наша дочь» тоже добавляло уверенности. Но, похоже, эта схема работает лучше в момент, когда мы с Димой вместе.

Ещё один урок.

За эту неделю я пыталась на всё смотреть с позиции логики, а не чувств. Разбираться, анализировать. А не просто вариться в своей обиде. Делать выводы лучше, чем просто вязнуть в болоте чувств.

Тем более, что только привыкаю к тому, как жить одной. Всё детство я была под присмотром папы, а только приехав на учебу – почти сразу утонула в отношениях с Димой. Я настолько привыкла, что мы вместе, что теперь просто быть одной уже сложно.

Сложно, но необходимо.

– Мама не говорила, что ты будешь здесь, - Дима тут же оправдывается. – Попросила подбросить, я как раз закончил с делами.

– Так рано? – проверяю время на телефоне, даже короткий рабочий день не закончился. – Ты действительно стараешься поменять график. Это… Хорошо. Надеюсь, у тебя получается больше отдыхать.

– Без тебя – не очень.

– Дим, - интонацией прошу его остановиться. – Ты снова возвращаешь меня к тому, от чего я бежала.

– То есть, ты не отказалась от своей затеи держать дистанцию?

– А должна была? Давай прогуляемся.

Предлагаю, смягчив тон. В конце концов, Дима всегда был таким. Напористым и уверенным. Он действует точно так же, как при нашей первой встречи.

Преследует, давит, обольщает. Изо всех сил старается добиться моей симпатии и ответа «да». В университете это было согласие на свидание, теперь – возобновить отношения. Ничего удивительного, что муж использует проверенный метод.

Когда до меня это доходит, злость и раздражение вдруг угасают. Вместе этого приходит понимание. Я не хочу ругаться, но и терять внутренний баланс тоже. Я только начала разбираться в себе и том, чего мне не хватало в семейной жизни.

Может, Маша была права. Не всякая первая любовь доживает до осознанного возраста. А я была слишком слепа и увлечена, чтобы это заметить. Не знаю точно.

Но зато знаю две других вещи. Первое – как раньше я не хочу. Ни недомолвок, ни ощущения чужого предательства, ни полной зависимости от мужа. Второе – я хочу снова наслаждаться жизнью, а не просто её проживать. Хватит с меня страданий.

Именно это я и пытаюсь объяснить Диме. Мы покупаем кофе в ларьке, муж толкает коляску. В прошлую пятницу я говорила сумбурно, теперь – четко. И, кажется, Дима начинает меня понимать.

И да, я немного боюсь, что после нашего расставания я буду жалеть. Но ещё больше страшит возможность прожит в несчастливом браке всю жизнь.

– Как на счет ограничиться общением только по поводу Руса? – муж идёт на уступку, и я безумно это ценю. – Общаться через посредников не очень удобно. Если начну перегибать, можешь меня заблокировать.

– Хорошо, - я искренне благодарна за это. Дима, наконец, начинает меня слышать. – Договорились. Я на этой неделе всё время была с Русланом, так что если ты хочешь…

– Я бы с радостью забрал его на сегодняшний вечер.

– Но?

– Без «но». Просто я ведь живу в нашей квартире, Тась.

– Я знаю. Я не собираюсь туда приезжать. На самом деле, - добавляю тверже, стараюсь сама в это поверить. – Думаю, ты справишься один вечер, я в тебя верю.

– Вдруг захочешь приехать, то я просто выйду на улицу. Или сам завезу Руса, если он начнёт капризничать и проситься к тебе.

– Договорились.

У меня будто камень с души падает, когда мы говорим вот так – спокойно и рассудительно. Совсем как взрослые. Без лишних обвинений, давления и упреков. Я наконец чувствую себя так, словно могу двигаться вперед.

Выбрасываю стаканчик в урну, мы медленно возвращаемся к салону. Дима поспешно делает комплимент моей прическе, заставляя смеяться. Таких деталей он никогда не замечал.

– Спасибо, - поправляю локоны. Они безумно мягкие после профессиональной укладки. – Маша постаралась.

– Маша?

– Ага. Моя одногруппница, помнишь? Она нас и познакомила.

– Точно. Смутно припоминаю.

Дима отвлекается на телефон, весь напряженный. Прокашливается, будто голосовые связки подводят. Я напрягаюсь, ожидая плохих новостей. Слишком долго муж молчит.

Но, спустя минуту или две, он возвращает контроль над эмоциями. Отмахивается, сетуя, что Волошин все ещё не может найти законный способ избавиться от Ирины.

– Может, обратишься к другому юристу? – спрашиваю с заминкой. – К кому-то, у кого есть подобный опыт?

– Возможно.

Неудобно от того, что Волошин наш общий друг. Ещё с университета. Он, конечно, был жутким балбесом с неуместными шутками, но никогда не лажал на работе. Сомневаться в его профпригодности кажется неправильным, но…

Лучше пусть поскорее всё это закончится.

– Я всё.

Алина Михайловна выпархивает из салона, будто помолодев на десяток лет. Заслуженно получает наши комплименты. А после, совсем не тонко, пытается снова столкнуть нас с Димой.

– Лучше отвези Тасеньку домой, - решает за нас. – Тебе же потом долго возвращаться домой, к чему эти лишние телодвижения? А я…

– Мам, ты же сама не хотела ехать на такси.

– Да? Нет, мне подходит. Или… Вон, Михаил тогда отвезёт, раз ты с Тасей.

– Нет, - твердо отвечает Дима, удивляя меня. – Тасю отвезёт Миша, а тебя – я. Либо вызову тебе такси, если хочешь.

Поддержка мужа лишает меня необходимости искать оправдания, почему это не очень удачная идея. Хорошего понемножку. Лучше не перебарщивать с общением, всё снова может скатиться в ругань.

Я целую спящего сына в щечки, десять раз прошу Диму звонить мне, если что-то случится. Лишь после этого усаживаюсь в машину, чувствуя себя так, словно что-то потеряла.

Руслан ещё никогда не ночевал без меня. Была единственная попытка, когда я хотела сделать мужу сюрприз. И тогда всё плохо закончилось. Сейчас я боюсь повторения такой ситуации.

Специально ставлю звук на телефоне на максимум, проверяю, чтобы Дима не был в блоке. Уверена, муж не станет играть в героя, сразу позвонит, если что-то случится.

В конце концов, скоро таких ночевок станет больше.

Руслан должен проводить время и с отцом.

А мне нужно привыкнуть.

Возле шлагбаума Миша показывает пропуск на территорию, а охранник отдает мне письмо. Кто вообще мог мне написать? Все посылки приходят в почтомат, а мой новый адрес почти никому не известен.