Чтение онлайн

Мария приобняла меня, благодарно смотря, и с улыбкой ответила:

— Ты, как всегда, чувствуешь ситуацию. Я тебе очень благодарна, очень. И ты присылай варианты, я посмотрю и сразу отпишусь. Я у тебя на страничке уже глянула кое-что, я тебе отправлю те, что подойдут больше всего, ладно?

Подруга говорила ласково, но свою линию гнула.

Я понимала, что Марии нужно провести эту выставку. И её напряжение мне было понятно. Месяц — это просто смешно для пяти картин. Ладно, у меня было готовы две. Ещё одну готовую я среди тех, выбранных подругой, точно найду. Оставалось ещё две. Вспомнила один момент, а тут и Мария сама сказала, неуверенно на меня смотря:

— Ань, мне бы на подтверждение на этой неделе отправить в галерею все твои картины, фото будет достаточно. И за две недели до начала нужно привести все картины, всего до неё осталось пять недель. На этой выставке позже никак, её же проверять будут. У нас делегация международная планируется, к нам официального искусствоведа-восточника направят.

Я и сама уже поняла, на что подписывалась. Вздохнула, посмотрела в умоляющие глаза подруги и кивнула:

— Ладно, я сделаю. Две картины за две недели, ещё и маслом? Слушай, неделю на первичное застывание краски… Не знаю, Маш…

Подруга не любила это имя, она всегда просила называть её Марией, но сейчас ей было не до манерностей. Она умоляюще посмотрела на меня и зашептала:

— Я знаю, это всё Манкин чёртов, художник, который отказался. Владелец в этом году выбирает, кто займёт место арт-директора, и я подала заявку. Костелёв более опытный, но он не решился предложить такую выставку, а я да. И когда Манкин внезапно отказался, мне Варлам Германович ясно сказал: если выставка пройдёт успешно, место моё, если нет, Костелёва. Он ему первому так сказал.

— Неужели он не понимает, что это подстава, Мария? Художник с Костелёвым, похоже, сговорились!

Подруга усмехнулась и пожала плечами:

— Да всё он понимает. Ему, видите ли, сильная личность нужна: достигатор и делец. Он хочет отдать этот проект под успешное руководство. И, кстати, Варлан Германович сказал, что я смогу, даже сейчас, и тем самым докажу, что я лидер. А я могу, я знаю. Я и больше могу, у меня в планах и не такие проекты. Но Костелёв рисковать не любит, он скучен и владелец это прекрасно знает. А меня подставить — это пожалуйста.

— Ох, Мария-Мария, не знаю, нужна ли тебе такая битва… Но со своей стороны я сделаю всё, что обещала.

Я хотела попить с подругой кофе, перекусить, тем более знакомый и уютный ресторанчик как раз находился недалеко.

Мария попросила прощения, времени у неё не было совершенно. И мы попрощались. Я шла к ректорану и вспоминала.

Офис мужа как раз находился недалеко от галереи. Я так и познакомилась с Марией, когда зашла в галерею, находящуюся за несколько домов от здания бизнес-центра, где и располагались офисные помещения нашей компании.

Нашей…

Оказалось, что это компания мужа, а у меня там не было никаких юридических прав. Я многие годы считала, что вкладываю в общее дело, а теперь, оказывается, я никто и ничего за моей душой не было, кроме сына, и половины квартиры. А ещё, и кое-какие средства на счету.

Я шла одна к ресторану, кутаясь в пальто. Шарф я взяла с собой как аксессуар, но на Синопской набережной сегодня гулял жутко пронизывающий ветер, что я не выдержала, повязала его на голову.

Хорошо, что я остановилась поправить его, когда подходила к самому ресторану. Не хотелось заходить с веником на голове вместо нормальной причёски.

Пока поправляла волосы, кинула взгляд на панорамные окна ресторана, желая приглядеть уютный столик. А лучше тот самый, наш с мужем любимый. В дневное время мест было достаточно, но хотелось уюта и приватности.

Замерла, думая, что глаза меня обманывали. Я смотрела на пару, сидящую за таким знакомым столиком, и сердце у меня разрывалось.

Вот молодая женщина рассмеялась, запрокидывая голову, открываю красивую, длинную шею, вот мужчина подхватил. Радость и счастье в его глазах прямо угадывалось, а меня резануло осколком стекла по сердцу.

Мой муж и Лера. Они смотрелись органично, были так счастливы, будто весь мир сейчас был там, для них.

Так и мы с Димой ещё недавно. Ещё совсем недавно мир был повёрнут для меня счастливой стороной.

Глава 10

Почему было так больно? Всё ещё больно.

Я же знала, всё знала и, казалось, не должна была так реагировать. Но ведь это был не просто обед, нет. У них словно один мир был на двоих, как у нас с мужем совсем ещё недавно.

Да, наши чувства с Димой стали более ровными, но я была уверена, что он мой. Как маленький ребёнок я хотела, чтобы самая любимая игрушка была только моя, и никто не смел её трогать. А то ведь испачкать или сломать могут. Как и мои чувства сейчас.

Эта девушка сидела на моём месте, она жила моей жизнью, ещё и Катю настроила против меня. И всё это ради обеспеченного будущего. Её не волновало чужое горе. Хищница.

А муж-то повёлся. Вон, как смотрит на неё. А когда он так на меня в последний раз смотрел?

Всё это бытовуха, всё это жизнь, которая растворяет сильные чувства, оставляя ровные эмоции. А Диме всегда был нужен драйв.

Я была искренне уверена, что даю его ему. Мы и на лыжах с ним вместе катались, и детей пристрастили. Я и на растяжку ходила два раза в неделю, чтобы не застаиваться, беречь фигуру и здоровье.

Очнулась, поняв, что муж неприятным взглядом смотрел на меня. Словно это я лезла в его жизнь без спросу, а не он сам разрушил нашу.

Ещё и эта Лера приподняла бровь, а сама еле сдерживалась от довольной улыбки. Торжество в её глазах так явно читалось. Стерва!

Я отвернулась, не желая дальше смотреть на это. Направилась дальше, думая, вызвать ли такси к следующему перекрёстку, или найти уютную кофейню и согреться чашкой любимого капучино с корицей.

Меня грубо развернули за плечо, да так быстро, что я и пикнуть не успела. На меня смотрели злые глаза мужа.

— Дима? — Я сделала шаг назад, не желая сейчас ни видеть, ни слышать его. — Я не желаю сейчас ничего обсуждать. Тем более говорить с тобой. Оставь меня сейчас…

— Что?! Издеваешься?! — Муж был зол, очень зол. Он навис надо мной, сократив расстояние, челюсть его сжалась, глаза зло смотрели на меня. Обвиняюще.