Чтение онлайн

— Ну как ты, сынок? — обращается к Давиду свекровь. — Стало легче?

— Нет, — рычит он. — Такое ощущение, что меня кто-то проклял.

Я пытаюсь сделать вдох, но внезапно захожусь в приступе кашля. Это из-за того, что я чуть не рассмеялась. Но вовремя спохватилась и взяла себя в руки.

— Людочка, — кривится свекровь. — Иди, проверь Кира. Если ты простудилась, тебе лучше держаться от нас подальше. Давиду сейчас никак нельзя болеть. У него столько дел.

Ну да. А на Кирилла, значит, дышать бациллами можно? Типа его не жалко? Он ведь всё равно валяется в постели и не может шевелить ничем, кроме глаз. Она точно его мать? Больше похожа на ненормальную кукушку, что готова выбросить из гнезда ребёнка, ставшего обузой.

— Люда, ты слышала мою мать? — раздражённо спрашивает Давид.

Я встаю и молча выхожу из столовой. Пофиг. Выпью кофе в комнате Кирилла. Там точно есть в ящике для медсестёр.

Брат мужа спит. Я тихо присаживаюсь рядом и всматриваюсь в его безмятежное лицо. Никаких изменений я не наблюдаю. Но это и не удивительно. Если Кира действительно травили, он не может так быстро восстановиться.

Встаю и начинаю готовить кофе. Замечаю, что сахар закончился. Приходится вернуться в столовую, которая, к счастью, оказывается пустой. Замечаю сотовый мужа, что всё ещё лежит на столе. Беру его и воровато озираюсь по сторонам. Ввожу пароль и открываю сообщения. Читаю очередную смс от Саши.

“Прости, Давид. Не понимаю, как так вышло. Я всё исправлю. Договорюсь с Игорем и попрошу его о новой встрече. Дай знать, если ты всё ещё считаешь меня другом и готов забыть об этом недоразумении.”

Удаляю смс и быстро возвращаюсь в комнату Кирилла. Хорошо, что у нас в доме нет камер.

На самом деле мне не особо нравится подставлять Сашу. Он хороший парень. Работал вместе с моим мужем. Влачил жалкое существование. Частенько одалживал деньги, чтобы заплатить за ипотеку. Но в то же время он был достаточно сообразительным. Его мозг буквально фонтанировал идеями. Только никто к нему не прислушивался. Никто не верил, что обычный парень из провинции, может предложить что-то стоящее. И даже его лучший друг, мой муж, получив доступ к огромным деньгам не помог своему товарищу. На какое-то время он забыл про Сашу. А вот Александр не мог оставить мысли о том, чтобы начать зарабатывать достойные деньги. И в итоге Давид вспомнил про старого приятеля. Он понял, что без друга он так и останется всего лишь хранителем состояния своего брата. Так и появилась идея с каким-то делом и инвестором Игорем…

Но Саше правда будет лучше без моего мужа. Так что я помогаю, а не врежу…

Иду к постели Кира и на мгновение замираю. Он все еще спит. Выглядит не особо хорошо…

Телефон в кармане начинает беззвучно вибрировать. Смотрю на экран и вижу входящий от дочери.

— Привет, родная, — шепчу я, приложив сотовый к уху.

— Мам, прости, но я не могу вернуться в этот дом, — признается она. — Я поживу у Юльки. Хотя бы неделю. Ты не против?

— Нет, — роняю я. — Побудь у подруги, малыш. Тебе так будет легче. И так будет даже лучше. А я пока разберусь с тем, что здесь творится.

— О чем ты, мам?

— Ни о чем, — шепчу я. — Не обращай внимания.

— Мам, Диана звонила мне сегодня… Она как будто не в себе, будь осторожна. Ты сможешь?

— Смогу.

— Обещай мне.

— Обещаю, — улыбаюсь, сбрасываю звонок и смотрю на спящего Кира. — Вот такие дела, Кирилл. Даже моя дочь не хочет оставаться в этом доме. После того, как главным стал Давид, все у нас катится в пропасть…

Я обхожу постель деверя и замираю у окна. Смотрю сквозь грязное стекло на улицу, покрытую лепестками цветов вишни. Удивительно. В доме целая куча окон. И их старательно отмывают. Постоянно.

Что не так с этой комнатой? Неужели я права? Неужели всем наплевать на этого парня? Он стал обузой? Хотя много лет был тем, кто поддерживал благосостояние этой семьи. И почему я раньше всего этого не замечала?

Как моя любовь к Давиду смогла сделать меня настолько слепой? Да, наш брак разваливался, словно карточный домик. И мне было сложно сосредоточиться хоть на чем-то, кроме мужа. Я пыталась спасти нашу семью. Поэтому меня тоже можно было понять. Мы, женщины, любим зацикливаться на личных драмах, упуская из виду то, что твориться вокруг.

И мне искренне жаль, что я не замечала очевидных вещей, пока мой муж планомерно задвигал нас с Авророй на второй план. Но теперь я словно прозрела. А всего-то и нужно было — один раз увидеть своего драгоценного муженька, в объятиях другой женщины. В моем случае достаточно было похотливой студенточки, которая понятия не имеет, что Давид беден как церковная мышь. Вся эта роскошь, вскружившая голову молодой охотнице за деньгами, принадлежит Киру.

Оборачиваюсь и смотрю на брата Давида. Он проснулся и внимательно следит за мной потухшим взглядом, от которого мне становится не по себе.

— Привет, — улыбаюсь я. — Как ты себя чувствуешь? Извини… Ты ведь не можешь ответить. А меня сослали к тебе, — виновато развожу руками. — Твоя мать решила, что я заболела и попыталась от меня избавиться. И по ее мнению, самым правильным решением — было отправить меня к тебе… У нас здесь что-то вроде лазарета. Или камеры для тех, кто болен.

Лицо Кирилла немного меняется. Дергается. И мне, на секунду, кажется, что он пытается улыбнуться.

— Находишь это смешным? — замечаю я, тихо хмыкнув. — Понимаю. Мне и самой все это кажется какой-то шуткой. Не очень хорошей. Анализы твоих таблеток будут готовы через неделю. Но есть шанс, что мы просто накручиваем себя и с твоими таблетками все нормально. Я не могу пригласить к тебе специалиста. Потому что Давид всем раструбил, что он нашел для тебя лучших врачей. Боюсь, что в дом никого не пустят. И вывести тебя незаметно — у меня вряд ли получится.

Подхожу к постели Кира и присаживаюсь напротив.

— И еще, — я вздыхаю и потираю лицо ладонями. — Если почувствуешь, что можешь двигаться, никому этого не показывай. Кроме меня. Мне ты можешь доверять. Обещаю…

Около часа я провожу в комнате деверя. А потом осторожно выхожу в коридор и осматриваюсь по сторонам. Не хочу нечаянно столкнуться с мужем или со свекровью. Но сидеть в полной тишине у кровати спящего мужчины совсем не весело. Нужно было хоть кроссворд себе купить. Это бы точно помогло скоротать мне время.

Но едва я отхожу от дверей спальни Кира, как сталкиваюсь с Давидом. Выглядит он совсем плохо. Глаза покраснели, нос распух. Он каждую секунду подносит руки к лицу, пытаясь смахивать набегающие слезы и шмыгает носом.

— Люда, мать твою! — практически кричит он. — Почему тебя никогда нельзя найти, когда ты нужна мне!

— Ты же сам сказал мне идти в комнату твоего брата, — раздраженно напоминаю я.

— Но я ведь не говорил, чтобы ты торчала там весь день! — срывается Давид. — Неужели не видишь, насколько мне хреново? Я твой муж! Ты должна заботится о том, чтобы мне было хорошо!

— Ладно, — вздыхаю я и качаю головой. — Чего ты хочешь? Что я должна сделать?

— Я не знаю! — кричит он. — У меня все лицо горит! Раньше ты как-то с этим справлялась! Будь человеком! Избавь меня от этих мучений. Я пошел вздремнуть, но стало только хуже! Ты можешь это прекратить?

— Конечно милый, — широко улыбаюсь я. — Наверное я поняла в чем причина твоей аллергии. Думаю, тебе стоит заменить подушку. Кажется, именно с ней связано твое состояние. Отправлюсь в магазин прямо сейчас.