Чтение онлайн

Похоже, все-таки есть в ней стержень и характер. Вон как вцепилась - правду ей подавай.

Ухмыляюсь и отхожу подальше. Слишком уж странно Лида влияет на меня. На хрен. Не надо провоцировать чертей во мне.

– А ты так хочешь узнать мои слабые места? Зачем? Чтобы знать, куда бить?

От моего напора девчонка теряется. Моргает пару раз, мотает головой.

– Нет, я не то имела в виду. Просто… Я хочу знать твои мотивы, Володь.

Мое имя на ее устах звучит… странно. Оно резонирует в груди, пробуждая то, что, казалось бы, давно уже покрыто слоем пепла.

И черная, иррациональная злость поднимается во мне. Какого, спрашивается?! У меня есть цель. И Лида - просто средство для ее достижения. Какие тут могут быть эмоции?

– Мой мотив прост - Гена когда-то предал меня. Так же, как тебя предали твои близкие. Точка. Наши с тобой интересы - совпадают. Это самое главное, - выходит грубее, чем стоило бы. Но пусть лучше так.

Ни к чему эта мягкость.

– Ясно, - Лида недовольно поджимает губы, но вроде больше спорить не собирается.
– И каков у нас план? В чем состоит твоя месть?

– А твоя? Чего ты хочешь добиться?

– Свободы, - сразу же отвечает Ланская.
– Развода.

– Ты не получишь его, пока твоя семья считает, что через тебя они доберутся до контрольного пакета акций.

– Что это значит?

– Дело в том, что, скорее всего, твой отец довольно хитро составил завещание.

– Какое из? Ты же говорил, что их два.

– Думаю, что да. Точнее, завещание одно. Но тебе озвучили не совсем настоящее положение дел.

Лида хмурится, задумчиво закусывает губу.

– Ты присутствовала при оглашении завещания?
– задаю вопрос, который, я уверен, расставит все по местам. Строго говоря, у меня нет уверенности в том, что я правильно состыковал факты. Но если бы я был на месте матери Лиды, то действовал бы именно так с какой-то целью. Сводить ее с моим братом есть смысл, только если выгода от их брака будет ощутимой. Учитывая плачевное положение Гены, это не могут быть прямые финансы. Вероятно, связь Елены и брата тоже держится не на пустом месте. К сожалению, не все мои люди смогли узнать. Так что теперь придется пробивать, как говорится, по ходу дела.

– Нет, - тихо отвечает Лида. И я уже по выражению ее лица понимаю, что пазл в ее голове начинает складываться.

– А почему?

У меня есть пара вариантов, как это случилось, но я хочу узнать ответ от нее самой.

– Я болела тогда. Отец… - Ланская замолкает и отводит взгляд.
– Он был непростым. С ним было сложно. Это не очень хорошо, но когда его не стало, я не испытывала чувства, что потеряла кого-то близкого. Однако вскоре после похорон я заболела. Воспаление легких. Дело даже дошло до больницы. В общем-то, мама сказала, что в это время и было оглашение.

Киваю, делая мысленную пометку - уточнить и эти детали.

– Она сказала, что я все равно несовершеннолетняя и мало что пойму в юридических формулировках, - продолжает Лида. Ее голос звучит блекло, глухо. И каждое слово пропитано несказанной болью.
– Сказала, что папа оставил мне достаточно активов, чтобы я не беспокоилась о достатке. И мне… - она вздыхает.
– Мне этого было достаточно. Я поверила ей на слово.

Сдерживаюсь от едкого комментария. До сих пор не понимаю - как в такой семье выросла такая чистая и наивная девочка? Интересно, а она хотя бы с кем-то спала до Гены, или…

Стоп. Вот просто стоп!

Резко отворачиваюсь, ослабляю узел галстука. Что за дерьмо со мной творится?!

– Она твоя мать. Логично, что ты ей поверила, - с трудом выдавливаю слова поддержки, а сам пытаюсь вспомнить, когда в последний раз я такое делал?

И главное, ради кого? Малознакомой девушки, к которой испытываю нечто нехарактерное!

– Логично, - с обреченностью вздыхает Лида.
– Но теперь я, получается, в ловушке. Гена сказал, что по условиям договора подать на развод может только он.

– Прямо так и заявил?
– оборачиваюсь к ней.

– Да. Еще про ребенка что-то говорил. Наследника. Что-то про какое-то условие завещания моего отца. Прости, я в тот момент была слишком напугана.

На ее лице отражается досада. А я вдруг понимаю, что пусть эта девушка и выглядит, как хрупкий цветок, пусть ее хочется оберегать и защищать, она все-таки не настолько слабая, как мне показалось вначале. Похоже, гены Ланского не пропали даром.

– У меня есть хорошие юристы и нужные связи, - заверяю ее.
– Но для начала, конечно, надо бы посмотреть, что там за договор такой.

Встречаемся взглядами. Ловлю себя на каком-то дежа вю. Будто электричество между нами образуется буквально из ниоткуда. Вот только что обсуждали детали делового сотрудничества, и хоп - уже увязаю в ее глазах.

Лида смотрит недоверчиво, опасливо. Она явно нервничает, словно боится опять ошибиться.

Оно и понятно - с такими-то родственниками.

– Вова, я понимаю, что я для тебя человек посторонний, и у тебя своя цель, но я прошу - если вдруг ты передумаешь или изменишь свое решение, пожалуйста, скажи мне об этом честно.

Ее уязвимость отзывается во мне против воли. Я не хочу это. Мне не нужны эти чувства, эмоции. Я слишком много хлебнул раньше и дал себе слово не подпускать никого близко. Но с Лидой… Черт, с ней все идет совсем не так.

И я чувствую, что начинаю терять границы, которые когда-то выставил, чтобы обезопасить себя, чтобы больше не получить удар в спину.

– Хорошо…

Она улыбается. Едва-едва. Но даже этого хватает, чтобы напряжение ослабло.

В дверях мы сталкиваемся, и эта неловкость вновь провоцирует ненужные мысли. Осаживаю себя, напоминая, что даже если допустить возможность связи между мной и Ланской, пусть и временной, вряд ли после того что выкинул мой брат ей захочется…

– А где мои вещи?

– Дальше по коридору, дверь справа.

– Но это же… - Лида растерянно оглядывается на меня, когда заходит в комнату.
– …спальня.

– И? Ты что-то имеешь против?

В ее глазах мгновенно отражается испуг. Сама Ланская бледнеет и даже делает шаг в сторону.

– А ты… Ты тоже здесь будешь ночевать?

Слышу отчетливую панику в ее словах. Это неприятно задевает - неужели она меня считает таким же, как Гена?

– Конечно, нет. Мне есть, где спать. Просто подумал, тебе будет здесь удобнее, - выдаю какую-то идиотскую версию. А заметив облегчение в глазах Лиды, раздражаюсь еще сильнее.