Измена. Испорченная свадьба
Шрифт:
– Ты просто не знаешь, что изменил он с моей мамой!
– возмущаюсь тут же.
– Твоей, между прочим, сестрой!
В это раз паузу значительно короче.
– Я поговорю с Леной, - наконец, выдает он свой вердикт.
– Она не полезет в вашу семью. Но и ты не дури.
– Что?..
– мне кажется, у меня галлюцинации. Не может же и он быть на их стороне?
– Хватит уже ныть, Лида, - строго произносит дядя Олег.
– Собери мозги в кучу, хотя бы те, что есть. Вы подписали брачный контракт, и так просто назад его не отыграть. Так что хочешь не хочешь, а ты теперь - Власова. И штамп у тебя в паспорте не растворится только по твоему желанию. Уяснила?
– Я не стану…
– Ты сейчас на эмоциях. Остынь, Лида. И не делай глупостей. Иначе потом можешь сильно пожалеть, - предупреждающе говорит он.
– Я вернусь, и мы с тобой встретимся. Поняла?
Я не отвечаю ему, сбрасываю звонок и возвращаю телефон владельцу.
– Куда поедем?
– спрашивает тот.
– Не знаю, - обреченно отвечаю, понимая, что, по большому счету, мне не к кому обратиться за помощью сейчас.
Просто не к кому…
– Тогда у меня к тебе есть предложение, Лида… - многозначительно произносит Владимир и впервые смотрит на меня в упор.
Да так, что у меня мороз по коже…
– 4 Лида -
Смотрю на Владимира и понимаю, что вообще-то я его не знаю. Но прыгнула к нему в машину, на эмоциях желая сбежать как можно дальше. Однако что теперь? А что если он какой-то псих? Вдруг я, как говорится, с корабля на бал?
– Чего притихла?
– ухмыляется он.
– Испугалась?
– А надо?
– с вызовом спрашиваю.
– Не надо. Я тебе не враг, Лида.
– Тогда что вам от меня надо?
– Предлагаю перейти на ты, - миролюбиво говорит он.
– Для начала.
– Допустим. А дальше?
– Дальше мы поедем в одном место, где сможем спокойно обсудить мое предложение тебе.
– Куда? Почему не здесь?
– Потому что вопрос серьезный, учитывая твое положение. И за рулем мне это делать не с руки.
И будто в подтверждение его слов позади нас раздается противный сигнал, мол, хорош тормозить. Владимир чертыхается и перестраивается на другую полосу.
Прислушиваюсь к себе, пытаясь понять, стоит ли ехать. Но внутри тишина. Словно и нет ничего - ни эмоций, ни сил. Предательство близких оглушило меня. И хотя понимание предстоящего развода у меня появилось, в остальном я все еще словно заморожена.
Мы приезжаем к жилому дому, хотя я почему-то думала, что речь шла про ресторан. Настороженно смотрю на Власова-старшего, но тот выглядит абсолютно спокойно и невозмутимо.
– Идем, - командует он.
И я подчиняюсь. Выбираюсь из машины, замечаю, во что теперь превратилось мое платье - подол весь грязный, оборка оторвалась - видимо, зацепила, когда бежала. Ощущение грязи, испорченности и поломанности накатывает на меня снова.
А ведь еще утром я так радовалась тому, как выгляжу, предвкушала свадьбу и…
– Лида, идем, - мягко говорит мужчина, оказавшись рядом.
Молча следую за ним. Отстраненно наблюдаю, как с удивлением на нас смотрит семейная пара, проходящая мимо. Еще бы, сбежавшая невеста - то еще зрелище.
В квартире, куда меня приводит Владимир, чисто, но совершенно необжито. Будто это временное жилье. Сложно объяснить, но я считываю это практически сразу.
Опять же - просто как факт подмечаю и иду дальше за мужчиной.
– Почему сюда?
– Потому что нам свидетели ни к чему, - весомо заявляет Власов.
Он открывает шкафчик, достает пару бокалов, а следом и бутылку вина. У меня не спрашивает вообще ничего и молча открывает ту.
А я обессиленно сажусь на ближайший стул. Разглядываю просторную светлую кухню.
Зачем нам вино? Что он собирается сделать?
Я же здесь с ним одна… Пришла сама… И если он решит что-то сделать со мной, узнает ли хоть кто-то? Ведь даже телефона у меня с собой нет.
Понимание ситуации не просто напрягает, а начинает пугать.
– Выпей, - советует Владимир, ставя передо мной бокал.
– Что это?
– Лекарство от разбитого сердца.
– Ты сказал, у тебя есть ко мне предложение.
Он внимательно смотрит на меня, ставит бокал на стол и садится напротив.
– Есть. Ты ведь не собираешься прощать моего братца?
– Какое тебе до этого дело? Или будешь за него заступаться?
– За Гену? Он правда ничего тебе не говорил?
– О чем?
– О том, что у него есть старший брат.
– Нет, не говорил, - отвожу взгляд. Мне очень неуютно сейчас под таким пристальным вниманием. А еще я себя чувствую очень жалкой. И несчастной.
Никогда меня не бросали. Ну, разве что отец в детстве, когда решил проучить и наказать за непослушание. Тот урок я усвоила раз и навсегда.
Однако теперь получается я - та самая жена из анекдотов, у которой за спиной творится всякое, а она как дурочка продолжает любить и верить.
Тупая пульсирующая боль становится все более ощутимой. Как будто заморозка ослабевает, и ты начинаешь чувствовать пораненное место.
– Так вот я предлагаю утереть нос моему брату, - говорит Владимир.
Перевожу на него взгляд. Замечаю, что все-таки браться похожи. Неуловимо, но есть что-то такое, что их объединяет. Только старший более породистый, что ли, хищный. Рядом с ним не будешь чувствовать себя в безопасности - ведь он сожрет тебя и не подавится.
Но пока он - единственный, кто не станет помогать Гене меня вернуть.
– Что это значит?
– осторожно спрашиваю я.
– Это значит ответить ему той же монетой, - предлагает он, а затем медленно поднимается из-за стола и делает шаг ко мне, а затем еще один…
– 5 Лида -
Внутри все холодеет. Он что, получается, предлагает переспать с ним в ответ, так выходит?!
Меня начинает трясти - мысли разбегаются, и остается только желание сбежать. Но в момент, когда я уже готова вскочить и ударить Владимира, он проходит мимо к шкафу, стоящему у меня за спиной, и совершенно спокойно открывает тот. А затем еще и коробку конфет достает оттуда, которую ставит передо мной.
– Так что?
– спрашивает он, вроде как и не заметив мое состояние.
– Как насчет отомстить?