Чтение онлайн

Углубившись в земли стаи, слышу тихое рычание. Его обладатель еще не набрался сил, чтобы звучать грозно. Это волчонок. Выхожу на поляну и замечаю трех волчат, которые играют в догонялки, а четвертый сидит в сторонке и завистливо смотрит. Странно, обычно в игре принимают участие все.

Подхожу к нему, и он рычит. Значит, вот кого я услышала. Присаживаюсь на корточки возле него и осматриваю. Он бьет хвостом об землю, показывая, что не сильно доволен моим вниманием. А вот я замечаю то, из-за чего он не играет с остальными.

Его задняя лапа неестественно выглядит. Мне могло и показаться, поэтому решаю убедиться в своей догадке тактильно. Но для начала нужно успокоить ребенка.

Глава 10

– Я пара твоего альфы, ты ведь знаешь? – улыбаюсь этому испуганному волчонку, а он тихонько скулит. – Можно я потрогаю твою лапу, а потом покажу тебе кое-что интересное?

Он дергает ушками. Это уже прогресс. Он заинтересовался. Лучше пусть даст добровольно к себе прикоснуться, а то потом придется залечивать рану от укуса его клыков. Хоть они и маленькие, но повозиться придется.

Притрагиваюсь к его лапе и понимаю, что не ошиблась. Она распухла. Возможно, он неудачно приземлился после прыжка, или ее прокусили, и почему-то регенерация не справилась.

Я не целительница, но спокойно могу с помощью трав и настоек помочь в некоторых случаях. Его скулеж режет слух. Волчата подбегают поближе посмотреть, что произошло.

– Он повредил лапу, и она не заживает, – неожиданно раздается детский голос слева.

Дети приняли человеческий образ и с сочувствием смотрят на волчонка.

– А давно это случилось?

Девочка приподнимает плечики и опускает, показывая, что не знает деталей. Почему о нем никто не позаботился? Если даже во второй ипостаси ничего не заживает, то это уже серьезно. Нужно разобраться, почему так происходит. Решаю отвлечь детей представлением, а сама попробую рассмотреть место повреждения повнимательнее.

– Хотите увидеть снежинки осенью? – спрашиваю, и детвора оживляется.

Они снова перекидываются в волчат и ждут. Призываю магию и создаю некое подобие снежинок, они кружатся вокруг детей и растворяются, достигнув земли. Волчата начинают прыгать и пытаются ловить пастью магические снежинки.

А я в это время ощупываю лапу волчонка, который так увлечен представлением, что даже забывает скулить. Волчата воют и стараются сделать это как можно громче. Вначале не понимаю, почему они так расшумелись, а вот когда из-за деревьев начинают появляться все новые волки, поняла их задумку.

Они позвали детвору, а те пришли с родителями. Пока малышня бегает по поляне и ловит снежинки, ко мне подбегает женщина.

– Что здесь происходит? – взволновано произносит и отгораживает от меня ребенка.

Видимо, это его мама, и она настроена враждебно. Замечательно. Значит, и здесь мне не доверяют. А ситуация до боли напоминает прием в обеденном зале минаров. Там также все относились ко мне насторожено.

– Я хотела помочь. Дети играли, а твой сын сидел здесь и скулил, – отвечаю спокойно, встречаясь с ее затравленным взглядом.

В груди все переворачивается.

Неужели она подумала, что это я ему навредила?

– Мы справимся, не нужно помощи, – поспешно отвечает она, сразу отвергая мою помощь.

Сказать, что мне стало обидно и не по себе, – это вообще промолчать. Встаю и иду в сторону дома. Моя магия будет еще некоторое время веселить волчат, а потом сама пропадет. Напрашиваться не собираюсь, хотя искренне переживаю за ребенка.

Погружаюсь в свои мысли и не особо смотрю по сторонам, а потом кто-то хватает меня за локоть. Резко разворачиваюсь и приставляю кинжал к горлу наглеца. И только после этого поднимаю взгляд к его лицу и вижу, что это Морад.

– Ничего себе! С чего такие перемены? – пораженно спрашивает мужчина, а я увожу взгляд и убираю кинжал.

Он привлекает меня к себе и, подцепив подбородок пальцами, вынуждает встретиться с его взглядом. В его глазах обеспокоенность и непонимание, а в моих – полная растерянность и подавленность.

– Что случилось, ведьмочка? На тебе лица нет. Тебя кто-то обидел?

– Все в порядке, не обращай внимания, – произношу на выдохе и пытаюсь выбраться из его объятий.

– Так не пойдет! Говори! – настойчиво требует Морад, и меня внезапно прорывает.

Все то, что копилось на протяжении недели. Что свербило внутри, вырывается наружу.

– Меня боятся в твоей стае. Опасаются минары. Я везде чужая, Морад. Я не могу найти себе места! – выдаю надрывно и замолкаю, переводя дыхание.

– Минары пусть боятся, поменьше соваться сюда будут. А про стаю я тебе говорил, что они уважают силу. Если боятся, значит, уважают.

– Нет! – кричу надрывно. – Я всего лишь хотела помочь волчонку, а его мама сразу подумала на меня. Будто я сломала ему лапу. Они не боятся из-за уважения, а страшатся, потому что я ведьма. Пусти меня, Морад!

Отталкиваю его, а он, вместо того чтобы отпустить, закидывает к себе на плечо и несет в сторону поляны, на которой была только что.

– Отпусти! Я не хочу! – бью по спине в попытках остановить, ведь уже на грани срыва. Но он глух к моим мольбам.

Вися на плече оборотня, размышляю, как вообще дошла до такой жизни. Как мое спокойное состояние превратилось в растерзанное в клочья сердце?

Возвращаясь в стаю, думала, что найду спокойствие. Что смогу понять, где мое место. Но вместо этого опять нарвалась на непринятие. Опять мои поступки подвергаются сомнению.

Внезапно Морад останавливается и ставит меня на ноги, осматриваюсь и понимаю, что он не дошел пару метров до поляны. Мы стоим за деревом, ширины ствола которого достаточно, чтобы скрыть нас от любопытных взглядов.

Неотрывно смотрим друг другу в глаза. Он делится силой и уверенностью, забирая мое отчаяние. Пока внешне он остается спокойным, внутри него бушуют эмоции. Они такие колючие, что даже ощущать их больно.

С каждым днем мы начинаем лучше понимать и чувствовать друг друга. Незримая нить связывает нас и не дает отойти в сторону. Не дает оставаться равнодушным, когда второму плохо. Это хорошо и плохо одновременно.