Измена. Как справиться с болью, восстановить доверие и начать жить заново
Шрифт:
Муж Джейн вернулся в семью, но она продолжала мучить себя. «Я смотрю на себя и думаю: “Где была я? Где были мои мозги? Как я могла до такой степени потерять контакт с собой? Как я могла растоптать свои приоритеты?” Я смотрю на себя в зеркало и пытаюсь понять, как все это случилось».
Руфь, бухгалтер, 47 лет, – еще один пример того, как пострадавший партнер жертвует своим достоинством и самоуважением ради сохранения отношений. «Я не могла избавиться от мысли, что соревнуюсь и проигрываю молодой любовнице Джерри, – рассказывала она мне, – и я тратила – тратила понапрасну – время и деньги, примеряя эротическое белье в дорогом магазине, в то время как мне следовало навестить маму, которая лежала в больнице после удаления раковой опухоли. Это так больно, что мне противно даже говорить об этом. Это унизительно – то, что я сделала, то, кем я стала».
Джед, 33-летний редактор в одном из крупнейших издательских домов Нью-Йорка, переживал похожие мучения.
Моя жена Джулия сотни раз обещала мне порвать со своим любовником, и каждый раз я ей верил. Однажды она попросила у меня разрешения провести с ним выходные, чтобы они могли проверить свои чувства, и у меня хватило глупости согласиться. Разумеется, она продолжала встречаться с ним. Потом она попросила меня несколько дней пожить в нашем пляжном коттедже, чтобы они напоследок встретились в нашей квартире в Нью-Йорке. Представьте себе, я согласился! Я чувствовал, будто меня приговорили к изгнанию, как соучастника преступления.
В то время мне казалось, что у меня нет выбора. У меня была мизерная зарплата, и я не мог просто уйти. Но, согласившись на нечто настолько неприемлемое, я изменился изнутри. Я чувствовал, что Джулия поиздевалась надо мной, но, что еще хуже, я чувствовал, что сам над собой издеваюсь. Мы снова вместе, но я изо всех сил пытаюсь вернуть себе самоуважение. Я не ставил ей ультиматумов. Я едва возражал ей. Я был в каком-то ступоре, точно животное в неволе. Я рассчитывал, что она, как всегда, вернется ко мне, и оказался прав. Но я ни разу не спросил себя: «Нужно ли мне это? И какую цену я плачу?»
Всем, кто чувствует себя как Джед, Джейн или Руфь, важно понять, что базовые ценности не изменились, но эмоциональный вихрь временно повредил способность принимать разумные решения в защиту лучшего «я». Со временем вы окинете более ясным и сочувственным взглядом все, через что вы прошли, и поймете, почему вы так поступили. Если вы чувствуете, что потеряли себя, будьте уверены, что вы не одиноки и что ваша реакция точно соответствует травме. Из-за эмоционального шока вам кажется, что почти все ведут себя так, чтобы растравить ваше сожаление и ненависть к себе. Если вы сможете принять то, насколько глубоко неверность вас изменила физиологически и психологически, то, возможно, научитесь не судить себя так строго.
Потеря самоуважения, поскольку вы не смогли признать, что с вами поступили несправедливо: «Почему я не обозначил границы?»
Ваше самоуважение может дать трещину, если вы вспоминаете дни, когда еще ничего не знали о тайне партнера, и осознаете, что отмахивались от подозрений или держали их при себе. «Почему я так безропотно принимал отговорки партнера? – удивляетесь вы. – Как можно было вести себя настолько трусливо и глупо и не поставить партнера перед фактами?»
Очевидно, что не все подозрения оправданны; некоторые люди подвергают сомнению абсолютно все и выдумывают то, чего на самом деле нет. Однако зачастую улики говорят сами за себя.
После измены жены Том с недоумением вспоминал, как на протяжении нескольких месяцев чувствовал, что происходит, но оставлял эти мысли на задворках сознания: «Моя жена продает программное обеспечение и много путешествует. Однажды, когда она вернулась из Лондона, я решил сделать ей сюрприз и встретить в аэропорту. Я видел, как она и ее начальник проходили зону досмотра, и по тому, как он приобнял ее за талию, я сразу понял, что они любовники. Но что я сделал? Я ушел – она так и не узнала, что я был там, – и отправил ей цветы с запиской: “Мне кажется, я тебя теряю”. Она, прочитав это, высмеяла меня за мою тревогу, и знаете что? Я начал сомневаться в том, что видел. Но глубоко внутри я все равно знал».
Бетти, психолог, прожившая в браке 11 лет, не меньше поражалась магии, свершившейся у нее в голове, когда она попыталась отделаться от тревожной информации: «Когда я вернулась с конференции по поведенческой терапии в другом городе, я спросила мужа Джима, как он провел субботний вечер. Он сказал, что очень устал и лег спать сразу после ужина. Но почему-то я спросила и няню, что она делала в тот вечер. Она сказала, что допоздна обсуждала с Джимом его работу на кухне. Я понимала, что их слова не сходятся, но была не в состоянии смириться с выводами. Мне была невыносима мысль о том, что подобное случилось со мной. Я ничего не сказала. Но истина была налицо, и мне так стыдно».
Дэйв, женатый четыре года, рассказал мне, как столкнулся с подобным обманом: «Однажды я нашел у жены в машине нераспечатанный презерватив. Обычно мы не пользуемся этой маркой, так что я задал ей вопрос. Она наспех сочинила какую-то глупую историю, что это пришедший по почте образец, – этому вранью не поверил бы и полнейший идиот. Я вспоминаю об этом и удивляюсь, почему я ничего не предъявил ей, почему решил все замять».
Дэйв, Бетти, Том – все они заглушили свой внутренний голос. Ради сохранения иллюзий они отмели правомерность подозрений. Их неспособность разобраться или возмутиться тем, что происходит, обеспечивала сохранность величайшей ценности – их подлинного «я». «Потеря себя происходит одновременно с потерей голоса в отношениях, – пишет Дана Кроули Джек в книге Silencing the Self («Заставляя себя молчать»). – Голос – это индикатор самости» [9] .
9
Jack (1991), p. 32.
Как только факт измены открылся, вы можете впасть в другую крайность – сверхбдительность. Ваши подозрения, скорее всего, будут настолько стихийными и беспощадными, что вы уже не отличите правду от вымысла, что бы ваш партнер ни говорил и ни делал. Вы будете не в состоянии доверять не только своему партнеру, но и собственному восприятию. «Что мой партнер скрывает от меня, – будете думать вы, – и что я скрываю от себя?»
На определенном уровне этот переход от слепоты к сверхбдительности представляет собой процесс адаптации. Разум не отпускает воспоминания о травме, чтобы защитить вас от боли в дальнейшем. Если вы с партнером разойдетесь, недоверие, скорее всего, последует за вами и в новые отношения. Если вы решите остаться вместе, оно может ослабнуть, если партнер докажет свою верность, но вряд ли когда-либо исчезнет полностью.
Потеря контроля над разумом и телом: «Как мне отключить голову? Как мне остановить себя?»
Вероятно, у вас появятся навязчивые мысли, вы будете прокручивать в голове ложь партнера, подробности измены, события, которые привели к ней. Вы можете с головой уйти в работу или хобби, лихорадочно погружаясь в них в стремлении рассеять тревожность. Однако ни одна из этих реакций не даст вам облегчения, которого вы ищете. Давайте рассмотрим некоторые из них и разберемся, почему они бесполезны.
Навязчивые мысли: «Как мне отвлечься?»
Разум обладает собственной волей, и в подобные тяжелые времена ее трудно подчинить. Одержимость захватывает вас, и порой вы понимаете, что просто смотрите в никуда, в то время как сознание атакуют образы партнера и его любовника, лишая вас сна и концентрации.
С того дня, когда Джейн узнала об измене Марка, она зациклилась на этом. «Я все время думала об одном и том же – это как заевшая запись, только в голове, – говорила она мне. – Мысленно я вела с ним бесконечные разговоры: “Я всегда была рядом с тобой, Марк, – говорила я ему. – Я всегда была с тобой”. Я просыпалась в три утра от того, что Марк снился мне вместе с этой женщиной в постели, и я представляла, как она касалась его, как он возбуждал ее. Я пыталась разобраться во всем, но на самом деле делала себе только хуже».
Другой пострадавший партнер, Стив, каждую свободную минуту сопоставлял улики, подтверждавшие обман жены. Сам с собой или вместе с ней он проигрывал в голове одни и те же мысли: «Получается, когда в прошлом мае ты сказала, что на нашу годовщину поедешь в деловую поездку, на самом деле ты была с ним? Когда я застал тебя говорящей по телефону, ты говорила с ним, в нашей спальне?»
«Как бы меня ни бесило, что меня обманули, – говорил мне Стив, – меня больше беспокоит то, что разум засорился. Прежде я никогда не мыслил подобным образом».