Чтение онлайн

Приходится сделать шаг к двери первой. Это требует огромных усилий…

Глава 39

Оля моет на кухне посуду, когда вхожу, включаю электрический чайник.

– Ой, я же хотела заварить чай с мятой, как ты любишь! – качает головой. – Из головы вылетело.

– Ничего страшного. Я сейчас сделаю.

– Такое странное появление твоего мужа, – произносит осторожно Оля. – В себя не могу прийти. Как ты? Я так переживала, Виктор меня чуть ли не силой держал, чтобы не вмешивалась. Хотела высказать этому Оболенскому все что думаю о его дебильном поведении. Зачем он приехал? Что ему надо? Снова будет издеваться… Ладно, прости, – перебивает сама себя. – Это не мое дело.

– Я тоже ничего не понимаю, – вздыхаю. – Такое ощущение, что все это сон.

– Тогда у нас он один на всех. Виктор настойчиво предлагает «проводить» этого типа подальше из города. Но я же вижу, как ты реагируешь. У вас еще не все перегорело. Это очевидно.

– Я не знаю, что у нас. Все слишком сложно.

– Меня бесят до трясучки такие как Оболенский, хотя, когда стоял сегодня под дождем, такой смиренный, врать не буду, даже у меня ёкнуло, – признается подруга.

За окном уже совсем темно. Дождь прекратился, ему на смену пришел порывистый ветер. Смотрю как треплет ветви деревьев во дворе перед домом. Сидим на уютной кухне, на диванчике возле окна. Ловлю себя на мысли, насколько полюбила этот дом. Он стал для меня родным, как и его хозяева. Я почти смирилась с разбитым сердцем, нашла силы жить дальше, и вот, снова все с ног на голову. Эмоциональные качели, тревога.

Поглаживая животик, который немного подрос, опять вздыхаю.

Неспешно пьем чай с Олей, продолжая непростую тему моего брака.

– Что ты будешь делать? Не представляешь, как мне хочется закричать, «не верь ему». Но я держусь, потому что этот мужчина – отец твоих детей. Сегодня выглядел таким потерянным. Словно и правда раскаялся. С другой стороны, как же грустно будет с тобой снова прощаться.

– Я никуда не уеду, – уверяю подругу. – Мне впервые за долгое время здесь хорошо. Спокойно. Я не променяю это на призрачный шанс.

– То есть, отправишь Оболенского восвояси?

– Я не стану выгонять его из города, – мотаю головой. – Думаю, он и сам уедет, когда поймет, что так как он пожелает, не будет. Я изменилась. Главное устоять, не дать забрать сына. Надеюсь, он сдержит слово и не станет настаивать, пугать меня этим. Единственное, чего я боюсь.

– Виктор знает хорошего юриста. Оболенский не сможет ничего сделать. Ты под защитой в этом доме.

– Спасибо.

На самом деле ситуация серьезная и такого врага как Оболенский я бы никому не пожелала, тем более близким друзьям.

– Он понял, что ты беременна? – спрашивает Оля.

– Мне кажется догадался, но мы не говорили об этом.

– Как, интересно, он отреагирует.

– Понятия не имею.

– Я уже нафантазировала себе, как ты сходишься с Кириллом. Ты ему очень симпатична. И вот, снова этот невыносимый тип, – сокрушается Оля, меняя тему.

– Кирилл чудесный.

– Мария по нему страдает, как мне кажется, – понижает голос подруга.

– Она ему подойдет куда лучше, – улыбаюсь.

39/2

Как ни странно, я быстро и крепко засыпаю, без сновидений и тревоги, которые случались со мной довольно часто в последнее время. Встаю утром, полная сил. На телефоне, который вручил мне Оболенский, уже несколько сообщений.

Доброе утро!

Как ты спала?

Приглашаю на завтрак

С удовольствием заеду за тобой

Это все в духе бывшего. Немногословность. Даже то, что любой другой просто спросил бы у меня новый номер телефона. Алекс же купил новый аппарат и вручил мне, не спрашивая мнения на этот счет.

Прислал локацию кафе, в котором ждет меня, потому что я ответила, что доберусь сама, без его помощи. Не хочу, чтобы лишний раз мелькал возле дома, нервировал моих друзей. Виктор как раз собирается в центр, рад подвезти меня.

Не стоит откладывать встречу. Хочу узнать, чего добивается Оболенский. Почти не нервничаю.

Из одежды выбираю свободное платье, чтобы не был заметен животик, хоть он и небольшой. Подумав, наношу легкий макияж, румяна, тушь на ресницы.

Хочется быть красивой. Глупо? Наверное. Есть куда более серьезные вещи, я понимаю.

***

– Спасибо большое, что подвез, – благодарю Виктора.

– Уверена, что тебе стоит идти одной на эту встречу? – интересуется с сомнением.

– Все будет нормально. Мой муж не похититель, ничего мне не сделает.

– Хорошо, но все равно, если что – сразу звони. Ты под защитой в этом городе. Никто не посмеет обидеть.

– Спасибо за заботу, – обнимаю друга.

Виктор такой замечательный! Оле очень сильно повезло с мужем.

До кафе остается несколько метров, когда вижу Оболенского. Он стоит, облокотившись на перила набережной, смотрит на реку. Поворачивается, словно почувствовав мое приближение. Столько эмоций в этот момент испытываю! Вспоминаю наш чудесный отпуск на море. Скорее всего, именно там мы зачали нашу девочку. Глаза становятся влажными от слез… почему-то посещает острое желание перенестись в тот самый момент, когда была абсолютно счастлива.

– Все в порядке? Как ты себя чувствуешь? – Алекс подходит ко мне, спрашивает с тревогой.

– Все отлично. Знаешь, я пока не голодна, мы можем немного прогуляться? Хочу подышать свежим воздухом. Тут неподалеку есть чудесный парк.

– Конечно, как скажешь, – кивает Оболенский.

Погода сегодня замечательная. Мне очень нравятся эти места, всегда с удовольствием выбираюсь сюда на прогулку. С Олей, или вдвоем с Артуром, тут много гуляющих мамочек с колясками.

– Здесь на самом деле очень красиво, – говорит Оболенский.

– Да, я полюбила эти места. Так о чем ты хотел поговорить? – добавляю, слегка нервничая.

Несколько секунд Алекс молчит, и наконец произносит:

– Я очень многое испортил между нами. Пытался отпустить, потому что объективно тебя не заслуживаю.

– Пытался?

– Ничего не вышло. Не смог без тебя, без Артура.

– Не смог, – повторяю задумчиво. – Мне посочувствовать? Ты вышвырнул меня, как падшую женщину. Оставил без средств к существованию. Ладно, я ничего от тебя не хочу. Сама смогу обеспечить своего сына.

– Доступ к картам был закрыт по просьбе моей матери. Я никогда бы не оставил тебя в таком сложном положении.

– А еще она хотела купить у меня Артура! – почти кричу.

Прихожу в ярость. Все благие намерения поговорить спокойно летят в тартарары. Понимаю, что мне нельзя психовать, это опасно для малышки, но все обиды разом вспыхивают внутри.

– Вы с матерью одного поля ягоды! Умеете только угрожать и требовать. Запугивать. Я бы не выстояла без друзей. Только они мне помогли… И я никуда отсюда не уеду. Если ты вдруг рассчитываешь, что я поверю твоим словам и вернусь – так не будет.