Чтение онлайн

— Знаете, я просто так переживаю, что он не полюбит меня, так как вас… Он всегда повторял, мол, не рассчитывай на что-то большее, я буду с Альбиной до самой смерти, в здравии и в болезни…

Его любовница говорит эти слова так искренне, так эмоционально… Но мне они словно насмешка, и даже где-то как пощёчина.

Я люблю тебя, Альбинка, но хрен свой пристрою с молодой задорной, безотказной девке!

А ты проглоти, ведь я же выбираю нашу семью!

Странное понятие у моего мужа о любви. Ох, какое странное…

— Да, но я-то больше не хочу быть с ним, ни в здравии, ни в болезни. Так что не переживай и просто делай то, что мы планировали. Он сейчас беспомощен, а моему мужу это совсем не нравится. Помоги ему снова стать на ноги, а потом я скажу ему, что ухожу от него. Меня он, скорее всего, после этого возненавидит. А тебе это только на руку. Плюс, он как раз увидит, как ты о нём заботишься, обязательно переключится на тебя. Это ведь именно то, что ты хотела?

— Да. Но, Альбина Альбертовна, неужели вы правда не боитесь остаться одна? Я думала, что вы на эмоциях мне тогда сказали это…

— Выглядит всё как, правда, — кивает. — Нет, правда не боюсь. Ни одну женщину развод не испортил. Многие, напротив, только после развода начинали по-настоящему жить и дышать полной грудью. Я, как показывает жизнь, из этой категории. Остаться с мужчиной предателем и бояться всегда, что какая профурсетка затмит ему разум снова…

Смотрю на неё не стесняясь, а она опускает стыдливо глаза теперь.

— Нет, неинтересно мне. Не хочу. Всё, завтра я покажу тебе наш дом: где, что, зачем. Потихоньку движемся к завершению этого спектакля. На, кстати, ты хотела гарантии за своё молчание, — протягиваю ей наспех составленный договор, согласно которому якобы фирма Михаила взяла у Анны несколько миллионов рублей в долг и через год вернёт.

— Спасибо, — начинает улыбаться, теперь уже забыв про слёзы и переживания, наспех засовывая бумагу в сумку.

— Хотелось подстраховаться всё-таки? — я не подбираю с ней слов. Нет в этом смысла. — Боишься, что, если или я, или Михаил кинет тебя, ты сможешь на крайний случай предъявить его компании счёт? И где в этом договоре о большой и светлой любви? Не помню такого пункта.

— Ну, меня тоже можно понять! Хоть какая-то подстраховка должна быть и у меня. Согласитесь? — пожимает равнодушно плечами.

— И эта девушка кричала о преданности Курбатову… — Аня отворачивает лицо и молчит.

Она очень часто так делает, я заметила. Очень удобная позиция, кстати!

Человек тебе ничего не сказал, не ответил, просто промолчал, а ты сам додумаешь, как тебе хочется, сам выйдешь из себя, сам взбесишься или напротив, успокоишься.

А человек, повторюсь тебе ведь просто ничего не ответил…

Когда Анна попросила у меня каких-то гарантий, признаюсь, сначала растерялась, но потом решила, что это, наоборот, плюс, ведь её интереса молчать теперь ещё больше.

Я рада, что мой муж выбрал себе в любовницы такую… идиотку, тупую дуру, меркантильную дрянь.

Главное в том, что, когда она захочет предъявить договор к исполнению по возврату долга, там, скорее всего, будут такие суммы, которые не покроют закрытие долга.

Она просто не думает так далеко. Она снова живёт одним днём.

Когда я отвозила её в гостиницу обратно, получила сообщение от дочери.

Лада была у него в больнице после аварии, переступив через себя, но он был в реанимации, и её, естественно, не пустили.

Мы с Ладой не знали, стоит ли им сейчас общаться, но эта смс дала надежду на то, что Михаил пересмотрел свою позицию, и, возможно, именно эта авария изменит из отношения.

Главное, чтобы дочь простила его. О его прощении по отношению к Ладе я не говорю, потому что она перед ним ни в чём не виновата.

Ладно, важно сейчас начать общение, а дальше разберёмся. Только бы Курбатову хватило ума нормально вести с ней разговор…

«Мама, отец хочет видеть меня. Честно, я удивлена» — и несколько удивлённых смайликов от дочери.

— Лада, доченька, может быть, эта авария всё изменит для вас, — сразу же перезваниваю ей.

Она что-то хочет возразить, но я прошу дочь не думать о прошлом.

— Лада, просто навести его, сходи к нему, поговори. Сделай, как он хочет. Прошу! Это ведь на самом деле, не так уж и много, при условии, что он мог погибнуть.

— Хорошо, может быть, и права. Я не буду в разговоре упоминать прошлое. Я просто пожелаю ему побыстрее поправиться.

— Всё правильно, дочка.

Как бы я лично ни относилась к Курбатову, я очень надеюсь, что хотя бы сейчас мой муж поймёт, что в будущем дочь — это единственный человек, возможно, кто будет с ним без условия наличия денег.

Лада никогда от него ничего не требовала, не просила, поэтому я не сомневаюсь, что именно она как раз та, кто примет его таким, какой он есть.

МИХАИЛ

Никогда бы не подумал, что мне придётся идти на поклон к своей дочери.

Это чувство меня бесит!

Ощущение, что во мне бурлит смесь унижения и безысходности, а я этого не люблю!

Постоянно думаю: пока я здесь валяюсь, есть вероятность, что её ухажёр, этот выскочка, угробит мою компанию своими долбанными проверками.

И всё это лишь потому, что в данный момент я беспомощный, как ребёнок!

Я пытался связаться с Ладой несколько раз после того, как меня перевели в эту палату.

Звонил, но телефон был всё время отключён. Отправил СМС, но ответа не было.

Только недавно увидел, что сообщение наконец-то прочитано. Сердце ёкнуло в волнении, что она снова в сети, и я сразу же перезвонил ей.

— Привет, — произношу и неожиданно чувствую, как сердце начинает бешено колотиться в груди.

Руку прикладываю к нему и понимаю, что не обманываюсь в своём ощущении.

— Привет, папа, — её голос тихий, привычный. А потом — молчание. Тяжёлое, и, кажется, неловкое. — Как ты?

— Уже лучше, — отвечаю я, стараясь говорить спокойно, хотя внутри всё клокочет.

Мы не общались очень давно, но нам надо с чего-то начинать.

Попробую с общих фраз, ведь если сразу перейти к делам, к её ухажёру, к этому ублюдку, который, возможно, уже разрушает всё, что я строил годами, она точно откажется встречаться со мной.

А мне эта встреча крайне необходима!