Чтение онлайн

Потому что сложно сгладить углы после всего, что я натворил.

Обхватываю голову ладонями и устало потираю виски, прикрыв напряженные веки. В глаза будто песок насыпали.

Мои мысли обрывает телефонный звонок, и я, покачнувшись в офисном кресле, с удивлением наблюдаю на экране мобильника фотку Даши.

— Ром, ну что там у тебя? — резко спрашивает моя супруга.

— Что у меня? — тупо переспрашиваю.

— Ну ты разобрался со своим Игорем?

Тяжело вздыхаю, вспоминая мою встречу с другом. Из него я так ничего и не вытянул, хотя наивно верил, что Игорь где-то да проколется.

Но он только заверял меня, что я должен попробовать построить отношения с Настей. Мол, искра между нами. Раз уж я жене изменил, значит, точно ее не люблю.

Зато бывшую обожаю. Ага.

— Рома? — Даша напоминает о себе требовательным тоном.

— Я ничего не узнал. Пока что выясняю.

— Мне детей везти в школу? Или тоже скажешь, что это опасно? — с насмешкой выдает.

Конечно, теперь я шут гороховый и посмешище. Так подорвался, сгреб в охапку жену и детей, и даже подружку Милану прихватил и притащил в дом моей матери, а в итоге ничего не выяснил.

— Давай я сам детей отвезу, — говорю я.

— Да ладно, Рома, чего уж там! Я вообще то уже машину прогрела. Просто решила спросить шутки ради твое ненужное мнение.

— Вот это у тебя шутки, конечно, — недовольно выдыхаю.

А на шее начинает чесаться взбухшая вена. Недосып, повышенная тревожность и бесконечная тоска по моей женщине — убийственное комбо.

— Все, пока! — дерзко трещит Дашка и сбрасывает звонок.

От отчаяния выть хочется. Даже если сейчас наберу ее номер, она и слушать не станет. Может, вообще трубку не возьмет.

Она же на меня в обиде, и имеет на это право. А я реально переживаю. До дрожи просто.

Вскакиваю с кресла и, заперев кабинет на ключ, вылетаю к лифту. Если даже не хочет со мной ничего общего иметь, детей мы из жизни не вычеркнем.

А я, между прочим, их отец. И я обязан проконтролировать, как они добрались до школы.

Спускаюсь на первый этаж, и уже за закрытыми дверями лифта слышу женский звонкий голос.

— Если вы меня не пропустите, вам же хуже будет!

Сразу узнаю, кому этот голосок принадлежит. Накрывает желанием спрятаться и покинуть офис через запасной выход, лишь бы не пересекаться с Настей.

Но двери лифта предательски распахиваются, и девица замечает меня.

Сразу перестает верещать, а ее рот, секунду назад выдававший скверные ругательства, растягивается в приветливую улыбку. И даже взгляд ее наполняется светом.

— Ромочка, — ласково произносит, рассматривая мою помятую после бессонной ночи физиономию. — А я здесь попрощаться пришла, а меня твои оборотни в костюмах пропускать не хотят!

— Может, уже перестанешь дуться и поговоришь с матерью? — строго смотрю на сына.

Но Максим только голову опускает и опять надувает свои щеки. Разговаривать со мной он явно не собирается.

— Нельзя так себя вести! — прыскаю со злостью. — Ты взрослый парень, Максим, а играешь в молчанку, как пятилетний!

— Да блин, мам, отстань! — фыркает в ответ и распахивает дверцу машины.

Хочет сесть на переднее сидение. А потом, я знаю точно, он накинет на голову капюшон, заткнет уши своей музыкой и сделает вид, что ничего не происходит и меня просто не существует.

Перехватываю дверцу и смотрю на сына диким разъяренным взглядом. Кажется, что я сейчас сорвусь и просто на него наору.

Потому что сил моих нет все это терпеть!

Я почти не спала ночью. Меня не расслабило даже вино. И вместо должного эффекта оно наоборот довело меня до мысли, что и я правда обязана поговорить с мужем.

Даже если мы не придем к какому-то общему знаменателю, то я хотя бы вылью на него все, что во мне черной желчью копится.

Выкажу ему, что он мудак последний, раз без моего разрешения позволил своей шалашовке пользоваться моими личными вещами — тапочками и халатом. Еще бы трусы мои ей одолжил, скотина!

И я верну ему сережку, которую Настя потеряла возле нашей с супругом постели.

Пусть ей передаст. Вещь то дорогая. Настя, наверно, переживает за такую потерю.

— Мам, отстань! — тихо скалится на меня мой сын.

— Как ты со мной вообще разговариваешь? — хмурю брови.

А Максим языком цокает.

— У тебя что, подростковый кризис начался? Записать тебя к психологу? — цежу сквозь зубы.

— Мам!

— Максим, расскажи мне все! — требую я. — С кем ты подрался? Из-за какой девочки?

— Из-за Лерки Луниной! — на повышенных тонах отвечает мне Максим. — Все? Довольна?

Я прикусываю кончик языка и застываю, как вкопанная.

Лера Лунина — его одноклассница. Маленькая девочка из благополучной семьи, с двумя косичками и чудными брекетами. А еще, помнится, Лера носит очки и длинные юбки, потому что у нее папа строгий и не разрешает в школу короткие платья носить.

— И с кем ты из-за нее подрался? — скрещиваю руки под грудью, стараясь сохранить строгий вид.

Хотя на моем лице четко прописано смятение, с кем это мой сын мог не поделить Леру? Неужели, теперь всем нравятся скромные и неброские девочки — отличницы, и пацаны за таких драться готовы? Как такая хорошая девочка могла стать яблоком раздора?

— Мам, давай уже закроем эту тему. Я сам разберусь!

— Я не сомневаюсь, что ты разберешься. Только если меня вызовут сегодня в школу, я же должна как-то тебя защитить перед директором!

— До этого не дойдет, — заверяет меня Максим.

Олеся с Миланой уже идут в сторону машины, и я отвлекаюсь на дочь. Она сегодня нарисовала на глазах яркие синие стрелки и надела мини-юбку.

Распахиваю глаза широко, и даже рот открываю.

— Это что, по твоему, подходящий наряд для школьницы? — лепечу я, замерев от ужаса.

Максим усмехается и пользуется тем, что я переключилась на его сестру.

— Мам, да ладно тебе. Я же не в начальной школе! — выдает Олеська спокойным тоном.

Милана улыбается коварно, наблюдая за моей реакцией.

— Ты к этому безобразию руку приложила? — спрашиваю у подруги.

— Ну Дашуль, девочка то правда взрослая! И я ей только свою подводку для глаз дала, юбку она сама такую выбрала! — Милана плечами пожимает.

— Да что за дурдом такой! — запускаю пальцы в волосы и шумно выдыхаю, стараясь успокоиться. — Вы надо мной издеваетесь все?