Чтение онлайн

— Нет, — разминаю шею с хрустом позвонков. — И ты меня не любишь. Да случилась, небольшая химия, но… Мне надо переключится на семью.

— До вчерашнего вечера ты был готов рисковать.

— Вчера был сельдерей, Анюта.

— Какой сельдерей? — в недоумении охает Аня.

— Моя жена может меня отравить, — глухо посмеиваюсь, — или зарезать.

— Она у тебя маньяка, что ли?

И тут я улыбаюсь. И это не та улыбка, которую я обычно натягиваю на лицо, чтобы казаться живым. Нет. Это одобрительная и похвальная улыбка. Моя психованная жена-маньячка в прозрачной блузке оставила утром меня ни с чем.

— А мне надо опасаться твоей жены, котик?

— Ты спрашиваешь, придет ли она тебе волосы рвать?

— Наверное…

— Нет, я не могу представить картину, где она тебя за волосы таскает, Анют. Так бы было куда проще.

— А я вот готова за тебя биться, — мурлыкает Анюта. — И готова ждать.

Я буду лжецом, если скажу, что не ловил дозу адреналина на встречах с Аней. Она отлично справляется с ролью восторженной девочки, которая в рот смотрит и глазками наивно хлопает, а Ева видит во мне прежде всего равноправного партнера по жизни. Меня это устраивало и устраивает, но потянуло к другому. В какой-то момент я захотел быть для женщины тем, кто определяет правила игры.

Ева отличная хозяйка, хорошая мать и тихая жена, однако это не означает, что она подчиняется мне. Вовсе нет. Например, она согласилась осесть дома, но после двух лет Дениски открыла свое дело, а мне оставалось только недоумевать, какого черта? Как она смогла подвести меня к тому, что я помог ей открыть бизнес, да еще с мыслью, что это была моя идея?

— Котик… — курлыкает милой голубкой Аня. — Я знала, на что шла, когда влюбилась в женатого, но мне все равно очень сложно.

Сбрасываю звонок, блокирую номер Ани и выползаю из машины. День обещает быть трудным, потому что на восьмом этаже в трехкомнатной квартире с желтыми шторами меня ждет жуткая женщина, которая выпотрошит меня, сделает трепанацию и ласково промоет мозги. И эта женщина — мать Евы.

Глава 8. Что вас ждет?

— Ева, — моя помощница Катя, милая и скромная девушка, шуршит оберточной бумагой, — вот вас на днях забирал мужчина на машине… Это ваш муж?

На складе тесновато. Кругом разбросаны пустые коробки и у стен сложены стопки вещей в пакетах. Работы на целый день. Надо проверить товар на брак, часть отпарить, другую разложить по ящикам и стеллажам. Если будет брак, то оформить возврат… В общем, веселья по уши.

— А кто же еще? — недовольно отвечает Инга, заведующая складом, и подкручивает температуру на парогенераторе. — Не любовник же.

— Ясно… — Катя бросает скомканную оберточную бумагу в коробку с остальным мусором.

— А что? — отвлекаюсь от накладной.

— Импозантный мужчина, — Катя подозрительно улыбается, будто хочет что-то сказать, но не при любопытных свидетелях.

Господи, сейчас еще выяснится, что мой муж с моей подчиненной мутки мутит. Импозантный мужчина, етить колотить… Мне тут цифры надо сверять, а я опять скатываюсь в ярость и ревность.

— Вот и смысл такому изменять? — Инга фыркает и подбоченивается. — Он с Евы пылинки сдувает. Изменит, будет дурой. Это же Джек-пот среди мужиков.

Я знаю, что со стороны мы с Сашей выглядим красивой и идеальной парой. Он на людях не сюсюкает со мной, не проявляет открытой и показной нежности, но у него получается создать ореол галантного и заботливого мужчины. Он умеет себя вести на публике и не использует со мной липких прозвищ, как например “зайчик”.

— Вот мне бы такого мужика, — мрачно отзывается Даша, вешая бархатный короткий пиджак благородного цвета бордо на плечики. — Вот бы мне кто помог дело открыть. Мой вон штаны протирает за своими танчиками, — хмурится и забирает у Инги парогенератор, — я уже думаю, бабу бы лучше на стороне нашел, а то сидит за компьютером, как сыч.

— Бабу? — удивленно переспрашиваю я. — Серьезно?

— А что? — Даша пожимает плечами. — Любовницы мужиков в тонусе держат.

Катя хмурится и несогласно поджимает губы.

— Они же вину чувствуют, когда налево бегают, — продолжает Даша и ведет плоской насадкой парогенератора по рукаву пиджака. — Вот перед женой стараются всячески загладить вину… — отходит, разглядывает пиджак. — Себе, что ли, такой взять?

— А если решит уйти к любовнице? — осторожно интересуюсь я.

— Да пусть катится, — Даша со смехом оглядывается. — Уж лучше так, чем то, как он сейчас живет. Без слез не взглянешь и ведь никак его не растормошить.

— А дети?

— А он сейчас много детьми интересуется? — хмыкает Даша. — Я же говорю, как уткнется в свой монитор и все. Старшая недавно эксперимент провела, села рядом и давай ему рассказывать, что забеременела и надо бы ей на аборт. И что?

— Что? — я медленно моргаю.

— В ответ угу, ага, ладно, доча, ты большая молодец, — Даша закатывает глаза. — А потом я у него спрашиваю, о чем с Лёлькой поговорили? А он знаешь что?

— Что? — мне тошно от осознания того, что отцу может быть настолько все равно на родную дочь.

— А он отвечает, что Лёлька ему про школу рассказывала да про пятерки, — Даша кривится, а в глазах застыла черная обида на мужа.

— Так разведитесь, — с ужасом шепчет Катя.

— Жалко его, — Даша возвращается к пиджаку. — Совсем пропадет мужик. Они же дурные.

— Что-то у меня желания выходить замуж резко поубавилось, — Катя медленно моргает и ежится.

— А они же не сразу такие, — Даша проходит парогенератором по полам пиджака. — мой был очень амбициозным молодым человеком. Такие планы строил… Эх, какой пиджачок.

Меня накрывает желание разрыдаться от обиды и сожаления, поэтому я торопливо выхожу в коридор и приваливаюсь к стене. Делаю медленный вдох и выдох. Затем петляю среди лабиринта складских помещений и ныряю в уборную. Это несправедливо, что я не могу позволить себе расслабиться и поплакать.

— Ева, — за мной в уборную заходит Катя и неловко улыбается. — Мне надо тебе кое-что сказать.

— Говори, — подставляю дрожащие руки под холодный напор воды.

— Я долго думала, стоит ли тебе говорить об этом, но… — она хмурится и опускает взгляд, — но решила, что если не скажу, то не смогу больше с тобой работать. Возможно, я лезу не в свое дело и… мне бы лучше смолчать…

— Говори, — сжимаю кулаки под холодным напором воды.

— Я кажется, видела твоего мужа с другой, — она поднимает испуганный взгляд, — но не уверена… Это было пару недель назад…

— Так, — выключаю воду и вырываю несколько салфеток из жестяного ящика на стене, — где?

— Может я ошиблась…

— Вдох-выдох, Катя, и говори, — вытираю руки, спокойно взирая на Катю через отражение в зеркале.

— Ой как мне не нравится это взгляд, — жалобно попискивает она.

— Где?