Чтение онлайн

«Ты прав, Кеша. Не замечала, но теперь вид твоей жопы плотно осел в подкорке моей памяти. И хочется «не заметить» снова, а не могу. Куда ни глянь, везде твой голый зад! Надеюсь, что после развода, когда я подхвачу твой пример и заведу себе двадцатилетнего любовника, станет немного легче».

«Боюсь, это не так работает», - поморщился мой муж.

«Серьезно? Мне нельзя любовника?».

«Заводи Бога ради, может, стоило раньше это сделать. Вот только развода… его пока что не будет».

Я отложила дурацкую лампу обратно на полку. Во-первых, ему она на хрен не нужна. Во-вторых, Тома расстроится, придется покупать ей такую же, а я ужасно не люблю всякое потреблядство. Деньги у нас есть, не бедствуем, но даже это не позволяет мне выкидывать продукты из холодильника, щеголять с сумочкой за пятьсот тысяч и покупать одинаковое, лишнее пластиковое говно, лишь бы насолить Савранскому.

И потом, я не делю имущество, я отправляю его к Жене. А там лампа будет не нужна. А вот презервативы и сыворотка против выпадения волос, чтобы любимка не распознала зачатки инопланетных кругов на полях, это да.

Я принесла из ванной пузырек с немецким лекарством. Савранского нельзя было назвать лысым, но волосы на макушке стали стремительно редеть, отчего он сильно комплексовал. И даже изучал тему пересадки волос в Турции, но пока ограничился втирками и витаминами.

Я отвинтила крышку и с удовольствием вылила сыворотку прямо в чемодан. Римма и Вика молча смотрели, как я вершу правосудие.

Одна с ужасом. Другая - с осуждением. Мелкий Сережа не в счет, он висел на груди и явно не понимал, в чем смысл нашего кордебалета.

– Что?! – я скрутила лезущие в глаза волосы в пучок и, наконец, села к подругам. – там флаконы ужасного качества, вечно проливались у нас в ванной. Кеша не поймет, что это я сделала, а так хоть душу отвела.

– Милая, - Римма положила на меня свою изящную, тонкую руку, - а ты не думала, что все это неправильно?

– А трахаться с моей помощницей правильно? – Тотчас взорвалась я.
– А винить во всем меня, правильно? А заставлять меня играть в его шоу, чтобы ни дай Бог не пострадала репутация нашей семьи – это, по-твоему, правильно?!

Римма виновато опустила лицо в пол. Возможно даже сейчас, ей было что сказать, вот только мне не понравятся ее аргументы и это точно приведет к ссоре. Ситуацию спасла Вика.

– Девочки, я же эклеры принесла! Фисташковые, как любит Настя. Чаю так хочется, Настюш, сделаешь?

– Я эклеры не буду, у меня морковь, орехи и буженина из индейки, - раздосадовано протянула я и двинулась на кухню, пока подруги не задали новые вопросы. К примеру, почему я волочусь и хромаю как капитан Флинт.

Можно отложить диету и начать преображение с понедельника, вот только одно «но». Понедельник как раз сегодня. А я слишком зла на мужа, и ноги слишком болят после первой тренировки, чтобы отступить так сразу.

В работе Тимур оказался таким же мерзким, как и в жизни. Монотонно объяснял, как устроены мои мышцы, что-то рассказывал про осанку, как залог успеха, нашел меня в туалете, когда я пряталась от злого приседа, и вытащил обратно в зал.

«Если тебе нужна помощь, я помогу, - он так и сверлил меня своими черными глазами, - но если ты хочешь побаловаться и что-то кому-то доказать, то иди к Гавру. Тот понторез, каких поикать, вы подружитесь».

Я прикусила от обиды губы и пошла обратно на тренажер. Все занятие Тимур стоял близко, но ни разу не коснулся меня, будто ему было противно трогать взрослую женщину после своих студенток. Ну и пусть, я же не для него стараюсь… я вообще не знаю… для кого стараюсь. Просто подвязалась на лишнюю суету, чтобы пореже бывать дома, чтобы голова была занята подсчетом калорий, а не мыслями, где сейчас Савранский, чтобы болела жопа и пресс, а не сердце. Вот почему. Каждый заполняет эмоциональные дыры тем, что есть под рукой. Кто-то пьет горькую, а кто-то протеин и рыбий жир.

Я встала перед сервантом, чтобы достать праздничные чашки, ленинградского фарфорового завода. Одна со сколом, я так и не смогла ее выбросить. В день, когда бабушка Сара подарила нам чайный сервиз, а родители отдали молодоженам свою двушку, чтобы ничто не мешало нам строить быт, мы пили вино в ванной, единственной комнате с ремонтом. Смеялись, баловались, представляли, какой долгой и счастливой будет наша с Кешей жизнь.

Ошиблись, получается.

Чашка в моей руке дрогнула, потому что дрожали руки. К черту! Я с силой запульнула ее в пустое ведро, комнату наполнил звук разбившейся посуды.

– Насть, все в порядке, - заглянула ко мне Римма. На ее лице все то же беспокойство и гребанное сочувствие.

– Угу. Разбила кое-что… случайно.

– Посуда бьется к счастью. Тебе помочь?

Она протянула руку к фартуку на стуле и повязала его поверх белого кашемирового платья.

В этот момент дверь щелкнула, а на пороге появился румяный, красный от мороза Никита с детским рюкзаком и Тамара со стопкой каких-то журналов. Сегодня сын вызвался сам забрать Тому из школы.

– Привел юную гимназистку в родные пенаты. – Никитка бросил взгляд на застывшую Римму и улыбнулся, - у нас гости? Девчонки, привет! Как Серенький? Щеки наел?

Он как был, не разуваясь, кинулся к комнате, где сидела Вика. С Риммой Никита был знаком последние лет десять, и хоть она самая младшая из нас, с ней почему-то у сына контакт не сложился, он, будто боялся мою спокойную, аристократичную до кончиков ногтей подругу. А вот Вика, которую я привела в дом недавно, легко вписалась в быт нашей семьи.

– Виктория, выглядите божественно! Роды вам к лицу, продолжайте в том же темпе, - веселился мой оболтус.

– А я?
– в тон Никите засмеялась Римма.

– И ты. О, девчонки, у нас чай? А чего-то посерьезнее плюшек у нас нет? Растущие организмы кормить. Мы б поел, и я дальше Тому на каток поведу, чтобы вам не мешать.

Я одними губами прошептала сыну «Спасибо». Сейчас и правда хотелось побыть дома одной, тем более вид собранного чемодана не для Тамариных глаз. Ребенок не поймет, что происходит, и, наверное, пока не должна знать о нашем конфликте.

Так я думала, пока из комнаты не раздался пронзительный детский крик.

– Мама! Мама, что случилось?