Чтение онлайн

“Нас” оказывается целая компания. Никого из них не знаю, кроме девушки этого самого наглеца в черной рубашке. Мы с ней редко встречались лично, но очень много общались в сети, в том числе и на довольно личные темы. Сейчас удивительно узнать, что она знала столько подробностей о моем муже и даже не планировала мне намекнуть. Как же давно они все знают?

Она смотрит прямо мне в глаза, пряча улыбку за бокалом с мартини. Весело здесь всем, значит. Что же бы ты делала, окажись на моем месте, Ника? Неужели спокойно уселась за стол и тянула коктейли через трубочку, хихикая над рассказами? Что-то сомневаюсь.

– Ай, может, пойдем? Ну его. И так все понятно, зачем себе больнее делать? – Соня стоящая позади пытается меня увести, но напрасно.

Я только молча машу головой. Нет. Как там говорят? Ад нужно пройти до конца? Выдергиваю свою руку из пальцев Сони. Мрачно смотрю на Артура и он поднимая ладони вверх отступает, так же подло смеясь, как и его подружка.

Сколько там шагов оставалось? А, к черту. Это уже совсем неважно.

Сердце колотится, перекрикивая музыку. Дрожь пробирает все тело. Капелька пота стекает по спине. Кажется, каждая мышца скована спазмом. Кажется, я свободна как никогда.

На красной двери треугольный автомобильный знак, на котором изображена стриптизерша на шесте. Очень символично в последний раз найти свою любовь именно в таком месте.

Начинали мы с детских качелей, а закончили пилоном.

Дверная ручка инкрустирована стразами. Так сильно сильно сжимаю ее в руке, что свежие ранки, кажется, открываются снова. Но это все ощущения и чувства меркнут, когда я открываю дверь.

В мыслях яркими картинками промелькнули тысячи вариантов того, что я могу увидеть. От по-дурацки невинных до откровенно страшных. Попадались даже с налетом сумасшествия. Фантазия у меня богатая и представить все это в красках было неожиданно неприятно. Хотелось заливаться смехом и слезами одновременно. Я физически чувствовала, что схожу с ума и эту пытку нужно скорее заканчивать. Рванула тяжелую дверь на себя, сердце ухнуло куда-то вниз, зависло на секунду и вернулось обратно, дальше выстукивать свой бешеный ритм.

Я будто попала в другой мир. По ту сторону опровергая все мои фантазии, неожиданно оказался обычный коридор. Музыка здесь звучала тише, горел ярко-красный свет, из-за чего голые кирпичные стены выглядели еще более мрачными. Вход в комнату был завешан тяжелыми бархатными портьерами, от которых неприятно пахло пылью. Чем ближе я подходила, тем сильнее к горлу подкатывала тошнота и отчетливее был слышен откровенный диалог. От услышанного хотелось бежать быстрее, никак не показывая своего присутствия, но я не смогла и пошевелиться. Замерла и почти не дыша прислушивалась к голосам за плотной тканью.

– Что у нас здесь такое вкусное? – мурчит мой любимый муж как оголодавший кот, которому вдруг сливок жирненьких предложили.

В дополнение к сказанному слышится звонкий шлепок и за ним стон. Подскакиваю и краснею от звука, будто это сделали со мной, но той, другой почему-то нравится. Я не должна, не должна это слушать, но, как заставить тело снова двигаться, если мне невыносимо больно даже дышать. Каждый рваный вдох продирает слизистую до крови.

– И как мне красоту эту распаковать? – раскатистое и низкое рычание разносится эхом перебивая звук музыки доносящийся из общего зала и какой-то ласково обволакивающий лаундж в этой комнатке.

– Спереди замочек, – мурлыкнула вроде смущенно, но так сладко, словно заманивая в свои сети все сильнее. Хотя, куда еще…

– Какие аккуратненькие девочки. Ну пр-р-ривет.

Не могу больше слушать этот бред. Достаточно. Сама не зная за что, уже наказала себя на несколько жизней вперед этим шоу.

Отодвигаю бархатно-пыльное безобразие и выныриваю из тени коридора. Они меня даже не сразу замечают, так сильно поглощены друг другом. Девушка закатила глаза в экстазе, а Олежа, кажется, уже утонул в декольте, облизывая “аккуратненьких девочек”. Ну да это не моя безобразная троечка с плюсом.

Приходится даже покашлять, чтобы меня заметили, а то как-то совсем неловко уже становится слушать их учащенное дыхание.

Девушка в шоке немеет, но даже не пытается прикрыть свою аккуратную единичку, демонстрируя еще больше, чем я планировала увидеть.

– Аверин, ты дома кое-что забыл, – совсем чужим голосом говорю я.

Олег медленно оборачивается, почти лениво. На его лице мелькает тень удивления, но только на секунду. Уверенность в себе перекрывает все эмоции. Он даже не собирается поправить расстегнутые штаны. Просто вальяжно усаживается, перетаскивая к себе на колени длинные ноги девицы.

– А ты чего не дома, – абсолютно спокойно заявляет, умело расстегивая босоножки и поглаживая лодыжки красотки.

– У меня к тебе тот же вопрос. Не познакомишь меня со своим другом? Это с ним ты собирался проветриться? Или может мне представиться? – поворачиваюсь к любовнице своего мужа, которая с интересом наблюдает за нашей беседой, все так же не прикрываясь, – Я жена вот этого козла, меня зовут Ая. А вас как? Дружить будем? Обмениваться рецептами завтраков и ужинов? – сама себя пугаюсь оттого, какую чушь несу, но остановиться сил нет.

Это моя ошибка. Не замечаю, как Олег начинает злиться, резко встает скидывая ноги в сетчатых чулках со своих колен и решительно наступает на меня. Он подходит вплотную, вжимая меня в стену, и шипит сквозь зубы:

– Ты что несешь, потаскуха?

Здесь царит полумрак и в этом дурацком красном свете ничего толком не разглядеть. Тру глаза, присматриваюсь к мужчине напротив. Точно ли это мой муж?

Тот самый, что воровал для меня цветы с клумбы, когда мы были студентами и денег совсем не хватало. Тот самый, что по вечерам, после особенно сложных недель на работе, набирал мне ванну, массировал ноги и обрабатывал все сорванные мозоли на ступнях. Тот самый, что знал все секреты и всегда был на моей стороне.

Это точно он имел запас ключей к каждому моему настроению и как самый настоящий волшебник угадывал все желания? Знал, когда вытащить на улицу проветриться, когда укутать в плед, выдать сушеный манго и усадить меня рядом смотреть кино или смешные сериалы, когда просто вручить ведерко мороженого и оставить наедине с собой.

Оберегал, заботился, любил.

Его фраза настолько меня шокировала, что даже, кажется, полуголая девица развратно раскинувшаяся на диване и наблюдавшая за нами с интересом, меня уже никак не смущает. Бедняжке только попкорна и колы не хватало для полного погружения в шоу.