Измена. Развод. Смерть
Шрифт:
— А его труп пропал, — я смотрю на Веру. — Так мне следователь сказал.
— Васька, тут что-то не то, трупы из морга просто так не пропадают, — задумчиво говорит Вера.
— И что это может быть?
— А ты уверена, что это был труп твоего мужа? — вдруг спрашивает Вера.
— Ну да! Костюм его, по комплекции подходит, его кольцо на пальце, — но чем дальше я говорю, тем больше у меня сомнения. — Знаешь, ботинки не того цвета. Да и …не знаю…похож вроде…
— Вот-вот, а если труп просто подложили?
— Хочешь сказать, что мой муженек жив и гуляет, а труп мне подкинули другого человека? Да нет, не может быть…
— Все может быть, Васька, он человек бизнеса, через него идут государственные деньги, чем черт не шутит.
— Ой, что-то мне стало страшно, Вер.
И пока мы завтракаем и обдумываем ситуацию, к нашему коттеджу подъезжает авто. Небольшой удобный кроссовер красного цвета. И от туда выбираются Двое деток и мамочка.
— Кажется у нас опять гости, — бормочет Вера.
И я иду встречать. Дамочка модно одетая, в узких брючках, яркой блузочку, ведет за руку мальчика лет шести, сзади плетется девочка.
— Вы жена Стаса? — дамочка оглядывает мою Веру с ног до головы.
— Я жена Стаса, а вы кто у нас будете? — интересуюсь я.
— Я мать его сына, — дамочка поджимает губешки и толкает вперед мальчика. Мальчик ничем моего мужа не над поминает. Темно русые волосы, серые глазенки в обрамлении густых ресниц, очень худенький и невысокий.
— Любовница номер два, — хлопает в ладоши Вера.
— Я не его любовница, — дамочка задирает носик. — Я мать его сына.
— Ой, как пафосно! Здесь уже была мать его сына, — Верка смеется, а у дамочки лицо перекосило.
— У него только один сын, — дама начинает злиться.
— И так, чтобы расставить все точки над Й. Все претензии на раздел имущества только через адвокатов, только через суд и только после генетической экспертизы, — беру я слово. — Так что все свои хотелки будете озвучивать после экспертизы ДНК, если она подтвердит родство сына со Станиславом Олеговичем.
— Какой еще тест ДНК, Стас уже делал тест ДНК! — возмущается дамочка.
— А меня это не волнует! — режу я. — По решению суда все якобы дети танислава будут делать тест.
— Вы совсем уже ополоумели, мой сын от Стасика, я вам не проститутка.
— А откуда я могу знать род ваших занятий, я вас первый раз вижу, — зло кидаю дамочке.
И я ухожу и увожу за собой Веру, но настырная дамочка догоняет меня и дергает за рукав.
— Вы нам денег должны, — орет она, явно играя на публику. — Стас мне в этом месяце денег не перечислил.
— Я вам ничего не должна, — вырываю я руку из ее захвата. — У Стаса и спрашивайте.
— Так он умер, а я с ребенком должна на что-то жить, — орет дамочка.
— Так идите и работайте, мне-то какое дело, — удивленно смотрю на странную дамочку.
— Вы обязаны дать нам денег, — не может та угомониться.
— Я сейчас полицию вызову, — ору я на даму. — Это вымогательство.
— Вызывайте, а я скажу, а я…
На площадке стоят детки и смотрят на весь этот цирк, в детских глазах ужас. Вера быстрее меня поняла весь ужас положения, залетела домой и вышла с конфетами и яблоками. Она подошла к этим бедным деткам и угостила их, отвлекая от нашей перепалки с их мамашей.
Потом Вера решительным шагом подошла к даме и дернула ее за руку.
— Так, тебе пять минут на все, забрала детей, села за руль, уехала.
— Мне детей кормить нечем, — топнула ногой маман, и вдруг, резко развернувшись, побежала к машине, запрыгнула на водительское место, резко стартуя. А мы остались с детьми.
Дети даже не заплакали, только скорбно посмотрели горе мамаше вслед и принялись грызть яблоки. Видимо такие скандалы случались и в прошлом.
— Что будем делать? — испуганно смотрю на Веру.
— Что, что? Вызывать службу по делам несовершеннолетних…
Пока я решала вопросы со службой опеки. Вера договорилась с мужем о переезде.
И тут пришла тетя Даша. События закрутились. Надо было готовить комнаты для гостей. Варить обед на множество гостей. Успевать развлекать маленьких детей.
К тому времени, как приехала опека забирать детей, у меня уже кругом шла голова. И я мечтала хоть о получасе спокойствия. Но в двери позвонили…
На моем пороге стоял следователь.
— Следователь Савельев Игорь Григорьевич, — представился невзрачный мужчина, я отошла в сторону, давая пройти ему.
— Проходите в кабинет, поговорим там, — провожаю его через весь дом.
У меня в зале орет телевизор, детки включили мультики. Из кухни валит пар, там тетя Даша варит десятилитровую кастрюлю борща, печет пироги, а на столе раскатывает тесто для пельменей. Ее муж — дядя Петя проворачивает в электрической мясорубке фарш.
По дому носится Вера с пылесосом.
Дверь в кабинет закрывается, отрезая нас от шума. Мы проходим к столу и присаживаемся.
— Я тут вам принес не совсем хорошую новость, — бурчит следователь. — Мы действительно не знаем, куда делось тело вашего мужа, поэтому приносим свои извинения за столь неприятное происшествие. Конечно, в ближайшее время мы его постараемся найти.
— Игорь Григорьевич, а если это было тело не моего мужа? — вдруг спрашиваю его я.
— Но вы же его опознали? — взгляд следователя становится жестким, внимательным, он словно вгрызается в меня.
— Я не видела его лица. Со спины да, похож, его костюм и даже кольцо, — мнусь я.
— Лица нет, — прерывает мои размышления следователь. — Ему стреляли в затылок, пуля на выходе разнесла кости черепа. Можно опознать только по снимкам зубов. Но теперь у нас нет трупа, поэтому его снимки сличить не с чем.
— А что если это не он был?
— У меня встречный вопрос. Были ли у него в бизнесе проблемы?
— Мы с ним разводились, перед разводом он говорил о проблемах, но не конкретизировал, поэтому подсказать не могу, вам лучше съездить к его заместителю, он ныне и.о., Эдуарду Квашнину.