Чтение онлайн

В стартовый капитал мы вложили буквально всё: продали все мои драгоценности, включая обручальное кольцо, бабушкин дом, доставшийся Егору по наследству, а мои родители продали гараж, чтобы ещё хоть как-то нам помочь.

Работали на износ. Я занималась абсолютно всей бумажной работой, параллельно одной рукой нянча Славу, а Егор проводил встречи, заключал договоры, в общем, был лицом и мозгом компании.

Я отошла от дел, лишь когда Слава пошёл в школу, но периодически, если Егору казалось что-то странным, он просил меня перепроверить документы или договоры. Правда, такое случалось всё реже, ведь теперь в нашей компании работало большое количество высокоуровневых специалистов.

Я не залезала в уставные документы и финансы фирмы и нашей семьи очень давно, и поэтому теперь, засев за это дело, пыталась вникнуть, что было к чему.

А заглядывать, как оказалось, стоило.

Неожиданно для себя я обнаружила, что Егор когда-то успел разделить свой пакет акций с Кириллом, даже не предупредив меня. До этого единственными владельцами акций были мы с ним.

Конечно, процент акций у Кирилла был минимальный, но эта новость неприятно кольнула. Будто Егор совсем сбросил меня со счетов в принятии решений относительно бизнеса.

Я даже не претендовала на то, чтобы он со мной советовался, но хотя бы поставить в известность…

Вторая новость ждала меня в финансовых документах.

У нас была настроена понятная, открытая система финансов. Сейчас же здесь явно нужно было быть специалистом в бухгалтерии, чтобы понять, что к чему.

Несколько счетов, почему-то несколько ИП, открытых чуть ли не на всю «верхушку» компании. Было ощущение, что они что-то мухлевали с налогами, но надо было подробнее всё изучать, чтобы вникнуть.

У меня уже давно был открыт свой счёт, куда муж обычно сбрасывал какую-то сумму денег в конце месяца на текущие расходы, но я знала пароль от его учетной записи в онлайн-банкинге.

Немного помучавшись угрызениями совести, я решила, что в ситуации, когда муж не совсем дееспособен, должна взять всё в свои руки. Достала его ноутбук и зашла в банк.

Самое смешное, что ему, из-за разбитого телефона, даже уведомление на телефон не могло прийти, что я туда залезла.

На первый взгляд, с его личными счетами было всё нормально. Подумав пару секунд, я перевела часть средств с его карты на свою. Действовала в основном инстинктивно, особо не задумываясь, зачем я это делаю. Наверное, работал какой-то инстинкт самосохранения, а ещё обида.

Если это действительно Егор оплатил учительнице вип-палату, то от того, что я перевела часть денег себе, точно не сломается.

А потом моя рука зависла над кнопкой «История операций».

У меня был шанс посмотреть, куда Егор тратил деньги с личной карты в последние несколько дней.

Непонятно зачем зажмурившись, я нажала на клавишу и открыла страницу.

Последний платёж был в день аварии. Я ненадолго задумалась, как он оплатил доставку для меня, но быстро решила, что мог попросить кого-то это сделать.

Я прокрутила список покупок на начало дня.

Перевод некому Андрею Олеговичу С. двухсот тысяч. – Это, скорее всего, было по работе.

Оплата покупок в продуктовом магазине. – Точно, я помнила, что просила в тот день Егора купить хлеб и сметану для супа, время как раз совпадало.

Перевод Екатерине Николаевне В. трёхсот тысяч. – Палец замер над этой записью. Он что, платил ей за секс? Или просто содержал? Неплохой такой денежный бонус, а сколько таких было?

И глаза уткнулись на последнюю запись – оплату заправки.

У меня, похоже, включился уже максимальный режим детектива. Я взяла телефон, и загуглила номер заправки, на которой он заправился.

Оказалось, что он почему-то заправлялся за чертой города. И совсем не в том районе, где был наш дом.

Что Егор делал за городом? Неужели, где-то там и было их с учительницей «наше место»?

20 глава

На следующий день я обнаружила, что Слава заболел. Когда я зашла к нему утром, чтобы разбудить его в школу, то увидела, что он уже не спал, выглядел бледным и вялым.

Градусник подтвердил мои предположения, и я, вызвав врача на дом, оставила сына дома. Написала сообщение тренеру, а потом встала как вкопанная, задумавшись, кому теперь писать по школьным вопросам.

В голову пришла мысль, что, наверное, мне всё же придётся перевести сына в другую школу, потому что я не могла больше нормально относиться ни к кому, кто работал в этом заведении. Был конец мая, Слава заканчивал седьмой класс, и я не думала, что могли возникнуть какие-то проблемы с переводом.

Отложив все свои проблемы на потом, я усиленно занялась лечением сына. За тринадцать лет стоило привыкнуть, что дети имеют свойство болеть, но каждый раз, как это случалось, моё сердце обливалось кровью. Я готова была заболеть вместо него, лишь бы мой ребёнок чувствовал себя нормально.

Наверное, стоило летом свозить сына куда-нибудь к морю, потому что он стал болеть как-то слишком часто, я такого раньше за ним не наблюдала. Возможно, сказывались стресс и переутомление.

Остановившись в коридоре, перед дверью в комнату Славы, я неожиданно вспомнила тот странный разговор, который состоялся между мной и Егором, когда Слава заболел в прошлый раз, примерно месяц назад, прямо перед майскими праздниками.

– Слушай, напишешь классному руководителю Славы, что он заболел, и его не будет в ближайшие дни? Я побуду с ним, пока его врач осматривает, – я застала Егора, сидящего с телефоном в руках на диване.

– Как раз написал – покрутил он в воздухе телефоном, как бы показывая, что только что этим и занимался.

Что-то меня смутило в выражении его лица.

– Всё нормально?

– Да, почему ты спрашиваешь?

– Выглядишь встревоженным, – я пошла к нему навстречу, а он, заблокировав телефон и откинув его, встал с дивана и сделал шаг навстречу ко мне.

– У меня, вообще-то, сын заболел. Конечно, я встревожен, – Егор обнял меня за талию, подойдя ещё ближе, и поцеловал в лоб. – Слушай, у тебя у самой лоб горячий.

– Да? – я дотронулась ладонью до лба и действительно ощутила, что он горячее, чем обычно. – Ерунда, наверное, просто переволновалась.