Чтение онлайн

Он достаточно жестко общался с окружающими, и можно было подумать, что и со мной будет вести себя так.

Только позже я узнала, что Захар — это сталь и бархат.

Сталь — с внешним миром, а бархат — со мной и дочерью.

Прошлый опыт снижает градус волнения, потому я размышляю, что ответить мужу. Или вообще проигнорировать?

Ну-ка, Лилит, есть ли у тебя светлые идеи?

Ничего не отвечать кажется скучным, а потому решаю подшутить над мужем:

«Неудивительно, что понравилась. Ведь меня трудно найти, легко потерять и невозможно забыть. Так же?»

«Так».

Интересно, какое лицо было у Захара, когда он читал это? Наверное, нахмурился. И пусть. Даже если он начинает все заново, это не означает, что я буду вести себя, как в прошлом.

***

На следующий день.

— Не забудь вытащить из кружки ложку, а то женихов не будет, — шикает Эльвира Леопольдовна, когда я размешиваю сахар в чае. — Ты теперь женщина свободная, можно и к парням приглядеться.

— Ой, не до женихов мне сейчас, — с улыбкой отвечаю начальнице.

Кириянова, цыкнув, сама двумя пальцами подцепляет ложку. Выудив ее, кладет на стойку.

Синхронно вздрагиваем, когда в ту же секунду парадная дверь Модного дома хлопает. От удивления приоткрываю рот. Бывает же!

А Кириянова широко улыбается и, подперев рукой бок, делано восклицает:

— И каким это ветром такого красивого дяденьку к нам занесло? Северным или западным? В белой рубашке, с цветочками. Прямо жених на выданье!

Мне кажется, мои глаза меня обманывают. В последний раз я видела Суворова в рубашке и брюках в день развода. Захар сподобился так одеться в суд, а в обычной жизни постоянно ходил в спортивном стиле.

Но в классике Суворов неотразим.

Если бы наш Модный дом специализировался и на мужских образах, то Захара в таком обличие можно было взять моделью.

— Добрый день, королева моды и стиля, — сдержанно отвечает ей Суворов. — Твое феноменальное обаяние и тонкий ум освещает здесь все вокруг.

— Ох-хо-хо! — дразнится Эльвира. — Умеешь ты все-таки сладкие речи в женские ушки заливать!

А потом Кириянова уходит, оставляя меня с Захаром наедине.

— Белые розы не сравнятся с твоей красотой, Лиль, — протягивает мне цветы.

— Спасибо… — принимаю букет.

— И еще, — ставит на стойку бумажный пакет, от которого ярко пахнет шоколадом.

— Только не говори, что там трюфели.

— Они самые, Лиль…

Раньше, когда еще не работала у Кирияновой и могла так щепетильно не следить за фигурой, я их обожала. Суворов, ухаживая за мной, постоянно их покупал.

— Ты согласишься пойти со мной на свидание сегодня? — спрашивает Захар и выжидающе замирает у стойки. — Я хочу отвезти тебя в место…

— Которое тебя не только порадует, но и будет полезным, — отвечаю почти его же словами, как было в прошлом. — Если все так, то я уже знаю, куда ты меня повезешь.

На его лице появляется тень улыбки.

— Так что?

Я хитро прищуриваюсь.

После той встречи Захар сорвал с моих губ первый поцелуй. Воспоминания настолько яркие и реалистичные, как будто это было вчера. Мы очень долго целовались в машине у меня около подъезда.

Когда я об этом думаю, мои губы начинают покалывать и приятно гореть. И сейчас по глазам Суворова я понимаю, что он снова хочет целоваться со мной.

— Хорошо. Заберешь меня после работы.

— Как скажешь.

Торговый центр, куда мы приехали с Захаром, переливается яркими вывесками на фоне вечернего города. Проходимся вдоль отделов.

— Я знаю, о чем ты сейчас думаешь, — поворачиваю лицо к мужу. — Ты хочешь одеть меня в новые вещи, чтобы потом снимать их с меня.

— Разве плохо, что мужчина хочет наряжать женщину, которая ему нравится? — он даже бровью не ведет.

— Нет, но… это твой выбор. И я предупреждаю, что после покупок я тебе остаюсь ничего не должна.

— Само собой, — он жестом приглашает войти в магазин с дизайнерскими платьями.

Маленькая Лиля внутри меня восторженно хлопает в ладошки.

Я обожаю шопинг!

Внешне не показываю переизбыток эмоций, держусь спокойно, будто мне это не надо. Лениво прогуливаюсь мимо штанг с нарядами, а у самой сердце бьется чаще от того, как здесь все красиво.

В отделе мехов даже консультант бутика поглядывает на меня завистливо, когда Суворов просит достать самую дорогую шубу из соболя. Когда я примеряю ее, чувствую себя едва ли не голливудской звездой. Смотрюсь в зеркальное отражение, а у меня глаза сияют от удовольствия. И Захар это тоже замечает, отчего я моментально опускаю взгляд, снова вспоминая о самоконтроле.

— Тебе нравится шуба? — спрашивает муж.

— Красивая. Да.

— Тогда берем! — он говорит это уже консультанту.

Постепенно в руках Суворова скапливается приличная гора пакетов с моими обновками.

— Ты столько денег на меня сегодня спустил, — вздыхаю, выйдя из очередного магазина. — Как бы потом не разорился.

— Мои деньги не должны тебя волновать.

Узнаю прежнего Захара.

— Может, уже пора остановиться? Пошли уже.

Я специально плавно подвожу его к выходу из торгового центра, однако Суворов задерживается напротив отдела с нижним бельем.

— Сюда еще зайдем.

— Мм… зачем?

— Обновим тебе то, что будет под одеждой.

— Ты правда думаешь, что у тебя будет возможность хоть когда-нибудь посмотреть на мне это белье?

Он не отвечает. Жестом приглашает меня войти. Пусть будет так.

Помню, когда Захар в первый раз привел меня в бутик нижнего белья, я раскраснелась. Наспех выбрала пуританский бежевый комплект с милым бантиком на трусиках.

Но сегодня не испытываю стыда и страха, что Суворов может подумать, что я какая-нибудь проститутка.

Останавливаюсь напротив алого комплекта. С ажурным бюстгальтером без поролона и изящными трусиками. Они почти прозрачные, невесомые. Зная мужа, уверена, что он бы очень хотел ночью увидеть меня в этом белье, стянуть с меня трусики зубами. К комплекту прилагает кружевной пояс и чулки. Ох, я сама завожусь, только представив себя в нем.

— Вот этот, пожалуйста, — говорю консультанту и специально повышаю голос. — А съедобных трусиков у вас случайно нет?

— К сожалению, нет.

— Жаль.