Чтение онлайн

– Так! В избе оставаться опасно! – шептала я, понимая, что во время грозы от бесов толку никакого. – Надо куда-то переезжать… А куда?

– Бух-бух-бух! – послышалось в дверь, а я сделала несколько неуверенных шагов вперед. Я точно хочу знать, кто там за дверью или нет?

– Бух-бух! – послышалось снова, когда я осторожно пробиралась к двери. – Бух!

Я отпрянула от дверной щели, как только в дверь снова ударили. Я так и не успела рассмотреть, кто там пришел.

– Кто там?
– прошептала я, прильнув к двери, как вдруг дверь дернулась, словно ее пытаются выбить.

– Бух! – послышался громкий стук в дверь. Казалось, дверь сейчас вылетит с петель. Я на всякий случай попятилась!

– Иии! – выдохнули бесы, приподнимая крышки и переглядываясь. – Это кого это на ночь гадя принесло? Ииии!

– Ба-а-а-атюшки! – заорал домовой. И я была с ними, в принципе, согласна.

– Ииии, батюшки! – выдала я, решив не открывать дверь ни при каких обстоятельствах. Под ногой скрипнула половица, а дверь снова заходила ходуном. От грозового раската, прокатившегося прямо над избой, послышались перепуганные голоса бесов что-то вроде: «Задраить шлюзы!» и хлопки крышками.

– Так, бери Миленку, прячьтесь в баню! – прошептала я, чувствуя, что этот бух-бух добром не кончится!
– Только смотри за ней в оба! Понял! Чтобы никакая нечисть ее не унесла!

– Бубух! – послышался звук, а дверь чуть не вылетела. Домовой исчез, а я схватила ухват и выставила его рогаткой вперед. Пока я пятилась к печке, в поисках еще чего-нибудь для самообороны, дверь вылетела и с грохотом упала на пол. На пороге стояла подозрительно знакомая коза с веревкой на шее. Вот почему я ее не увидела! На упавшей двери виднелись следы рогов. Я ж думала там что-то покрупнее маленькой козочки!

– Это что за новости? Белка, ты что ли? – спросила я, прищуриваясь на козу. Это она что? Рогами дверь вынесла?

Я отложила ухват и выдохнула. Ха! Вот это я дала! Испугалась козы!

– Белка, а ты че здесь делаешь? – спросила я, вспоминая скандальную бабку. – Может, она потерялась?

– Да найдет дорогу как - нибудь! Не маленькая! –проблеяла Белка.

– Белка? – опешила я, доселе не слыша от козы ни слова.

– Не Белка! А Белка - Сатана! Итак, я готова тебе служить за Бали, и за баян! – произнесла внезапно коза. Мне еще дверь поднимать и челюсть.

– А зачем тебе баян? – спросила я, поднимая дверь и ставя ее на место.

– Вот все знать надо! – огрызнулась коза. – Колдуны проклятые! Тьфу на вас!

Так, получается, она - тоже бес? Не может быть! Кто бы мог подумать.

– Ладно, - согласилась я. И решила на всякий случай уточнить. – Если баяна не будет, аккордеон подойдет?

– Нет, только баян! – потребовала коза. – Я на другом играть не умею!

– Знает мы эту козу! Она раньше в бане уроки давала! Как придет мужик в баню ночью, как попросит научить играть, как начнет она его учить. Варежки наденет, и сама его руками водит. К утру все – виртуозы!
– оживились бесы.

– Я самого Паганини учила! – гордо произнесла коза, пока я пыталась приладить дверь на место.

– Паганини? – спросила я, не представляя, кто бы это мог быть.

– Ну есть такой гармонист! Он для всякой погани, вроде водяных и банников играет! – закивали черти.

Так! Банник! Я же домового с дочкой к банникам отправила.

Я выбежала на улицу. Дождь уже стих. Редкие капельки срывались сверху, а я предусмотрительно перепрыгивала лужи. На высоких травах, словно бриллианты повисли сверкающие в лунном свете капельки. Быстро –то прекратился дождик.

– Эй, банники! Открывайте! – колотила я в дверь. – Пусти банник – хозяин и банница – хозяйка, тра-та-та и все такое…

Я открыла двери в мрачную сырость.

– Эй! Домовой! Опасность миновала! Можете возвращаться! – позвала я, глядя на темноту полок и маленькое оконце на уровне интимных мест. Видимо, баня просела так, что подглядывать в нее теперь отдельное удовольствие.

– Что? Где? Кто посреди ночи в баньке шастает? А? – спросил голос банницы, а я увидела глаза под полоком.

– Мой домовой с дитем у вас? Зовите его сюда! – потребовала я.

– Нет его! И не было! – послышался голос и зловещий шорох. – Погодь! Сейчас у банника спрошу, а то вдруг совсем запарилась! Эй! Что значит в смысле? В коромысле! Домового не видал? С дитем? Нет? Эм… Насть, домового здесь не было!

Я вышла, направляясь в амбар.

– Эй, говинник! – позвала я, видя, как сверху на меня шипит огромный котяра. – Домового с ребенком не видел?

– Как ты думаешь, я много вижу, если ты мне глаза чуть не выцарапала? – послышался крайне недовольный голос сверху. На меня пошипели, пока я глазками пробегала овин. – Нет. Не было их!

Я бросилась к корове. Но корова жевала сено и смотрела на меня грустными глазами.

– Домовой? – встревоженно позвала я, осматриваясь. И здесь нет!

Я растерянно потопталась возле мельницы, подоставала Хобяку, а потом вернулась в избу.

– Ты куда?
– спросили бесы, а я уже поняла. Алексашка! Это все он! Не иначе, как его рук дело! Видимо, не захотел в открытую идти! Чует, что бесов я поднасобирала!

– Насть! Ты куда собралась? – заволновались бесы.

– До поместья и обратно! – выдохнула я, сузив глаза. Ну я и зла! Второй раз утащить малышку у меня из - под носа! Ничего, я его голыми руками задушу! И бесы не пригодятся!

– Куда она собралась? – послышался голос банников. Они робко заглянули в избу.

– На Алексашку! – отчитались мои бесы, словно я открыла сезон охоты.

– Ой! – покачали головами банники. – Ты главное не парься! Если че бей тазиком!

– А когда он пощады просить будет, помни, что у тебя задница в мою печку не пролезает! – послышался голос овинника, а я с удивлением обнаружила его в избе.

– Короче, я бы тоже пошел, но некогда! – заметил Хобяка, а я подняла бровь, с удивлением глядя на собравшихся.

Ну держись, Алексашка! Держись!

– Бесы! – скомандовала я. – Все за мной!

Я вышла из дома, видя, как бесы робко выбираются из сундука и погреба. Они выставляют ладошки и проверяют, не капает ли дождик.

Коза шла рядом, а я чувствовала, что своими руками задушу Алексашку, как только я его встречу.

– И помни! Задница у тебя шире моей печки! – послышался подначивающий голос, а я с удивлением обнаружила рядом овинника. – Не забывай об этом!

– Ушатаем ушатом! – слышались голос банников, а я понимала, что не одна.