Чтение онлайн

Я уже собираюсь уходить, как вдруг Филипп хватает меня за руку:

– Римм, погоди. Может это… намутим что-нибудь вместе. Какой-нибудь роман, как Анн и Серж Голон, помнишь? Филипп и Римма Белые, по-моему звучит не хуже, а то и лучше! Уверен, книги сметут с полок.

Вытаскиваю свою ладонь из его и незаметно вытираю ее о край пиджака. Пальцы у Белого мокрые и холодные, как жабьи лапки.

– Напиши, пожалуйста, моему ассистенту. Она придумает, что можно сделать.

– Тебе что, дали личного ассистента? – Не сдерживается и кричит Белый.

Он в ярости, потому что все эти годы его кормили песнями о нехватке единиц в штате. И мой тщеславный муж страдал от того, что все приходится делать самому. То есть через меня, а потом и Нюру, но ведь это свои, прикормленные, а не человек на зарплате издателя.

Наверное, мне стоит уйти молча, но что-то гаденькое внутри хочет добить бывшего:

– Да, мне в помощь выделили ассистента, которая занимается всеми текущими вопросами. И представляешь, мне даже не нужно для этого с ней спать, она и так все делает!

О, как красиво пылают глаза Белого ненавистью. Чистой и прозрачной, как горный хрусталь. Я отвечаю ему тем же и искренне считаю – он заслужил. Все это – заслужил! За меня, за мою потраченную молодость, за убитое здоровье, за растерянный талант, за комплексы, которые мне насаживали годами, за то, что я до сих пор не верю людям. За все это и немного за Аню Кузнецову, где бы она сейчас ни была, я искренне желаю ей счастья!

– Извини, Филипп, рада была поболтать, но меня, кажется, зовут!
– Улыбаюсь я и медленно, величественно, как королева, несущая скипетр, удаляюсь в сторону сцены.

Дорогие девочки, завтра, а точнее уже сегодня, вы сможете наконец прочитать финал. Осталась еше глава и кусочек к ней. Там же будут слова благодарности и слезы радости. А пока можно купить другие книги этой серии по хорошей скидке!

Приятного чтения!

Там меня перехватывает Галя, действительно мой ассистент, с этим я не обманула. Она осматривает меня, вешает на лацкан пиджака микрофон, проверят звук, протягивает зеркальце, чтобы я поправила прическу и ведет к подготовленным столам. Сегодня я единственный спикер. Со мной будут представители издательства, но они здесь скорее для подстраховки, я попросила сделать так, чтобы не пришлось сидеть одной напротив целой толпы. Иначе я сойду с ума от волнения. Улыбаюсь знакомым, сажусь под тихие аплодисменты. Ведущий приветствует зрителей, просит выключить телефоны, шутит, чтобы разрядить обстановку и только потом передает мне микрофон.

Я говорю недолго. Заранее отрепетировав свою речь, выверяю каждое слово. Знаю, что на самом деле я не сказала ничего из того, что людям по настоящему интересно.

Читателям: когда выйдет вторая часть саги.

Писателям: сколько я на самом деле на ней заработала.

Издателю: не планирую ли отказаться от мирского и уйти в монастырь, чтобы стать еще продуктивнее.

Моя догадка подтверждается, когда ведущий дает зрителям задать свои вопросы.

– Нет, ну все-таки объясните, как это жить с пера? То есть можно вот так, написать книгу и, пожалуйста, ее сразу опубликовали, а вас позвали выступать, небось, еще и фильм снимут, да?

Снимут. Только не фильм, а сериал, по крайней сейчас ведется речь о коротком восьмисерийнике. Но судя по виду спрашивающего, мой ответ ему не понравится. Серьезный грузный дедушка в очках с бифокальными линзами и старом засаленном берете. Такие обычно увлекаются научной фантастикой про освоение космоса, а мои драконы и принцессы для него не более чем бабские сказки. И вопрос он свой задал, чтобы меня задеть. Мол, с кем, товарищ писатель спите, кто вас танцует?

Поэтому улыбаюсь и шучу:

– С пера жить трудно. Тем более в наше время, когда все дорожает, взять хотя бы ткань. Видите, какие на мне короткие шорты, а в прошлом году я еще могла себе позволить щеголять в брюках.

Все смеются, дедушка недовольно сжимает губы и нехотя передает микрофон другому слушателю. Следующий вопрос проще и скучнее, о моих творческих планах. Потом о том, как устроен мой распорядок. И даже что-то про мой стол. Знали бы люди, что писатели считают столом все то, куда можно поставить ноутбук. Хоть собственные колени, пока я сторожу Любу возле горшка. Об этом я, конечно, не рассказываю, держу образ.

– Скажите, а что будет, когда читатели потеряют интерес к вашим историям, как это случилось с Филиппом Белым, - выкрикивает какая-то девчонка.

Наверное, фанатка Белого, которая не может пережить уход любимой звезды со сцены. Ведущий хочет отвлечь внимание от девушки, ищет, кому бы передать микрофон, но я машу рукой – не надо. Я сама.

– Да, такое может произойти с каждым. Никто, даже гении, а я не гений, а самая обычная посредственность, не может создавать то, что будет интересно всем и всегда. Сейчас мне повезло, но я понимаю, что ажиотаж вокруг моих книг может уменьшится. Что ж, пока у меня есть хотя бы один читатель, я буду писать.

– Но деньги…

– Очень приятное дополнение к моей работе. Но если издатель решит разорвать со мной контракт, я буду публиковать книги на электронных платформах, благо их сейчас куча, можно выбрать что-то для себя.

Да, этим я намекаю и на самого Белого тоже. Он категорически отказывается уходить из бумаги, мол, электронка не его уровень. На самом деле боится провала, так как конкуренция там еще выше, а для молодых и бойких писателей его авторитет ничего не значит. Затопчут, не оказав должного пиетета гению. Девочка кривится, но садится обратно на место. Следующий вопрос:

– Скажите, о чем вы будете писать, когда пройдет мода на драконов?

– Ой, подросток во мне очень ждет, что все снова полюбят вампиров! Помните, как хорошо нам было в сумеречном городе Форкс?

Снова смех, на этот раз громче и дружнее. Конечно, сагу Сумерки помнят все. Чувствую, как с каждым вопросом атмосфера в зале разряжается, а люди проникаются ко мне симпатией. Микрофон опять гуляет по рядам, пока ведущий не останавливается возле самого верхнего:

– Римма, - от звуков знакомого голоса кожа покрывается мурашками, - а правда, что ваши книги такие успешные, потому что вы пишите их кровью?

Замираю. Приподнимаюсь с места, чтобы разглядеть того, кто это сказал, потому что не может, ну не может быть таких совпадений! Но ничего не вижу, слишком плотные ряды, слишком много людей, а тот… тот один где-то далеко, почти за границами моей реальности!

Под робкие смешки, прошу:

– Встаньте, пожалуйста, чтобы я…

И обмираю. Потому что за этот год изменилось все, и ничего одновременно. Передо мной стоит совсем другой Никита. Взрослый, возмужавший, серьезный. А сердце так же, как и раньше пускается в галоп, разгоняя по венам кровь.