Чтение онлайн

— С пробуждением, — приторно сладкий голос мужа доносится сбоку.

Вздрагиваю всем телом, хочется исчезнуть, спрятаться, раствориться.

— Убирайся!

— Видишь, что ты наделала, — подходит ближе, укоризненно качает головой. — Ты нашего ребеночка загубила. И к чему эти истерики? Ты ведь знала, что в положении. От меня скрыла, себя довела, Маша, Маша, — поджимает губы.

— У тебя еще язык поворачивается, — хочется вцепиться в его рожу ногтями и разодрать до мяса. — Из-за тебя я потеряла ребенка!

— Угомонись. Уже сыт по горло твоими спектаклями, — морщит нос. — Я поместил тебя в клинику под вымышленным именем. Я человек известный, мне не надо, чтобы в сеть просочилась информация, что моя жена… сгубила ребенка. Не вздумай, признаваться кто ты!

— Так переживаешь за свою репутацию! — смотрю на него с презрением.

— Машуль, — наклоняется к моему лицу, берет меня за подбородок, сильно сдавливает. — Попробуешь что-то выкинуть — сильно пожалеешь. Не забывай, семья у тебя большая… мало ли что может случиться, — ухмыляется.

Быстро целует меня в губы. Тут же плюю ему в лицо. Глеб начинает приглушенно хохотать.

— Я предупредил, женушка. Выздоравливай, — и покидает палату.

Бессилие наваливается тяжким грузом. Ненавижу! Как же я его ненавижу! Хочу, чтобы за все заплатил!

Ребенок… он жил во мне, маленький крохотный беззащитный… Он стал жертвой жестокости и предательств, еще даже не появившись на свет.

Слезы катятся по щекам. Боль скручивает тело. Хочется орать в голос, выть как побитая собака. Заходит врач с медсестрой. Даже не помню, что они мне говорят. Потом снова темнота.

На следующий день приезжает мать привозит Сережу. Она всхлипывает и причитает.

— Как же можно быть такой неосмотрительной. Эх, доча…

Молчу. Не хочу ни о чем и ни с кем говорить кроме сына. Мой мальчик гладит мою руку.

— Мамочка, я с тобой! Всегда. Помни это! — говорит с запалом.

— Ты как? Тебя никто не обижает?

— Мам, не волнуйся. Со мной все хорошо. Думай, о своем здоровье, — голос серьезный.

Слезы наворачиваются на глаза. У Сережи мог быть братик… мог…

Сложно пережить. Не могу смириться. Кажется, что боль становится только сильнее. Она никогда не уйдет. Сложно даже говорить с кем-то. Хочется закутаться в свое горе и оплакать малыша.

А когда медсестра с милой улыбочкой выдает:

— Вы еще молодая. Еще будут дети. Выкидыши случаются. Там срок маленький, не переживайте вы так.

— Уйдите! Исчезнете с глаз моих. Замолчите!

Всю ночь не смыкаю глаз. Плачу не переставая. Подушка насквозь мокрая, а слезы все льются непрерывным потоком. Хочется выплакать свое горе, чтобы хоть немного стало легче.

Утром мир видится размытым пятном. Выхожу из палаты. Хочу немного пройтись, стены начинают душить.

Около окна стоит незнакомый мне врач и общается с мужчиной. Сердце замирает. Перестает биться. Я еще не понимаю. Не осознаю. А сердце уже узнало, уже заходится в агонии.

Мужчина оборачивается. Золото карих глаз, мгновенно окунает меня в адский котел. Словно и не было стольких лет. Он реальный. Стоит так близко. Не может быть.

Лихорадочно вглядываюсь в его черты лица. Не могу отвести взгляд. Прошлое, которое я так тщательно закапывала все эти годы, оживает. Оно никуда не делось, всегда было… ничего не забыто…

Он смотрит на меня, ошарашено, с долей непонимания, неверия.

Есть только каре-золотые глаза, пронизывающий взгляд, мир замер. Не могу пошевелиться, я падаю с ним в пропасть прошлого. Переживаю все снова.

Он делает шаг ко мне. Протягивает руку. Тихий шепот одними губами:

— Манюня…

Так называл меня только он… Николай…

Когда-то он был смыслом моей жизни.

— Вы ошиблись, — резко отвечаю. Нахожу в себе силы захлопнуть дверь палаты.

Если бы так же можно было выкинуть предателя из своих мыслей.

Почему именно сейчас? За что? Когда душа и так вывернута наизнанку, появляется он и одним взглядом вскрывает старые раны. Мы столько лет жили в одном городе, и никогда не пересекались. Но судьба решила бить меня по всем фронтам сразу.

Падаю на постель лицом в подушку. А так хочется выбежать снова в коридор, подойти к нему и просто вдохнуть запах. Сделать глубокий глоток пропитанного им воздуха. На одну жалкую секунду ощутить облегчение.

Думала, я избавилась от этой губительной потребности. Смогла научиться жить. А один взгляд и все мои барьеры рушатся.

Боль прошлого становится еще сильнее. Его предательство, я так до конца и не смогла оправиться. Теперь еще Глеб. Они все… все до одного продолжают вытирать об меня ноги.

Почему я так остро чувствую его присутствие? О чем я? Всегда так было, я ощущала его всегда. Улавливала энергетику. Слишком остро, дико запредельно, всегда на грани реальности, и дикого беспамятства от оглушающих чувств.

Коля в больнице. Знаю это. И никому неизвестно скольких мне сил стоит оставаться на месте и не побежать на его поиски.

Почему он тут? К кому пришел? К своей жене? Возлюбленной? Любовнице?

Мне не нужно знать ответы на эти вопросы.

Он оставил со мной то, ради чего я живу, ради чего смогла собрать себя по кусочкам. Большего мне жизнь не принесет.

— Что с вами? — в плату входит медсестра. Пугается моего вида. А я даже ничего не могу ей ответить.

Меня бросает то в жар, то в холод, тело сотрясается от болезненных конвульсий. Далее снова укол. Забытье. Но и оно не приносит облегчения. Там я вижу его… человека, которому я верила безоговорочно. Снова падаю в яму прошлого, во сне переживаю все заново, снова и снова. Адский нескончаемый круг.

Открываю глаза, и почему-то хочется назад в сон. Ведь там, мой мучитель, мой предатель…

Надо отвлечься. Прийти в себя. Выхожу в коридор. Уже ночь. Брожу по больнице. Пытаюсь в который раз собрать остатки себя.

Подхожу к окну, у которого он стоял. Повожу пальцами по подоконнику. Стыдно себе признаться, но я ищу остатки его запаха. Не нахожу, стискиваю зубы.

Может быть, он еще появится? Я так хочу увидеть его снова. Нет. Я не должна даже думать о подобном. Он для меня опасен, Коля — это яд.