Измена. Я (не) прощу
Шрифт:
– Хорошо.
– наконец сдается он- Я сам отвезу тебя. Только скажи мне, ты ...- он делает глубокий вдох, а после на одном дыхании выдает- Могла бы полюбить меня? Пожалуйста, не перебивай, Арина. Мне это очень важно. Я не лгал, я правда люблю тебя. И готов ждать...
Я качаю головой:
– Нет. Раз ты честен- и я тоже. Сейчас мне не до любви, ты ведь сам должен понимать. Но, если бы я и рассматривала что-то подобное, то ...Ты мне не подходишь, прости. И...- мой подбородок дрожит, но я все же продолжаю.- После того, как ты со мной поступил, я вряд ли смогу тебя простить когда-нибудь. Понимаешь, ты лишил меня самоуважения! Лишил возможности ...
– Страдать!- взрывается он неожиданно - Страдать по тому, кому это нахер не нужно! Арина, блядь! Да выйди ты уже из матрицы, твою мать! Ты в каком-то мире живёшь непонятном, по Дамиру убиваться собралась- так вот, ему твои слезы нахер не вперлись, понимаешь?! Пока ты будешь саморазрушением заниматься, самоедством, он будет кайфовать. Так почему ты должна свое время тратить на слезы? Я просто ускорил процесс...
– Я люблю его!- выкрикиваю громче, чем нужно, чтобы заглушить его резонные возражения. Мне больно от того, что Тигран сейчас говорит правду. Правду, на которую я много лет действительно закрывала глаза.
Тигран морщится, но кивает:
– Хорошо. Твои вещи внизу. Спускайся, я через пять минут тоже спущусь и отвезу тебя. Тебе к нему, вещи забрать? Или он жене квартиру оставил?- не удерживается от очередной шпильки Тигран, но я отрицательно качаю головой.
– Мы об этом не говорили, но в любом случае мне ...
– От него ничего не нужно.- заканчивает с усмешкой за меня Тигран.- И где он только такую дуру нашел!- бросает со злостью, а потом кивает на дверь.- Спускайся, или я за себя не отвечаю.- отворачивается от меня, а я, скользнув взглядом по его напрягшейся спине, спешу исполнить его просьбу- приказ.
11
Тигран привозит меня в квартиру, где я не была много лет. Как чувствовала, что ещё пригодится. Дамир много раз говорил мне, чтобы я её продала, но я не хотела. Это- память о тете, которую я очень любила. Родителей я почти не помнила, а вот счастливые дни, проведенные с ней, запомнила навсегда.
Квартира маленькая, однокомнатная, находится в одном из самых дешёвых районов города. У меня даже ключей нет, свои где-то потеряла, а другая пара у соседки. И я очень надеюсь, что она ещё не переехала, или, не приведи Господи, не ушла на облака следом за тетей, ведь соседке было тоже много лет.
Тигран, остановившись у подъезда, поворачивается ко мне.
– Арина, я понимаю, что не имею на такое права. Но все же...- его глаза горят огнем, а рука тянется ко мне, но замирает в воздухе.- Пожалуйста, дай мне шанс. Я готов ждать. Я прекрасно понимаю, что тебе сейчас...
Осмелев рядом с новым домом, я резко обрываю его:
– Нет! Я не буду повторять то, что когда-то сделал мой муж, не буду заставлять человека, которого не люблю, верить в то, что у нас что-то выйдет, что-то получится, пойми...
– Я понял тебя.- его лицо теперь не выражает никаких эмоций, он выходит, открывая дверь. Не глядя на меня, бросает - Я перевел на твой счёт немного подъемных, на первое время. Советую потратить часть на хорошего адвоката. Миннехановы тебе очень задолжали.
Пока я в недоумении пытаюсь сообразить, откуда Тигран знает реквизиты моего счета, тот уже садится в машину и даёт по газам, заставив бабушек у соседнего подъезда громко возмущаться этому.
Захожу в подъезд, и сердце сжимается от нахлынувших воспоминаний, поднимаюсь на четвертый этаж, звоню в квартиру Зинаиды Васильевны. Открывает молодая девушка в белой майке и темных шортах . Рыжие волосы до плеч, зелёные глаза, россыпь веснушек на лице и плечах. Она окидывает меня взглядом, и хмурится:
– Если вы из Дешели и тому подобного, то сразу нет!- воинственно заявляет она, не давая мне даже представиться.
– Ваши уже бабушку до инфаркта едва не довели, чуть кредит не навязали!
Улыбаюсь, ведь она походит на маленького взъерошенного воробушка. Весьма воинственного воробушка.
– Нет, я к Зинаиде Васильевне по другому вопросу. Меня зовут Арина Теплова, - специально называю свою девичью фамилию-Я за...
– Яна, ну впусти ты гостью, чего на пороге держишь? Это Ариночка Танина, она за ключами, верно, пришла.- раздается позади голос Зинаида Васильевна. За прошедшие годы она почти не изменилась, только ходить стала тяжелее, медленнее.
Яна, отступив, все же окидывает меня подозрительным взглядом, но пропускает в квартиру.
– Здравствуйте, Зинаида Васильевна, да, я за ключами зашла. Жить буду ...вот....здесь.- неуклюже начинаю объясняться, но Зинаида Васильевна, понимая, что ничего хорошего в моей жизни не произошло, раз я теперь стану жить тут, спешит мне на помощь.
– Ну и чудно. Давай, заходи к нам, чаю попьем, Татьяну помянем, царствие ей небесное. С Яной моей познакомишься заодно. Она как раз мне плакалась давеча, что молодежи в районе мало, а в доме вообще никого почти. Будете дружить.
Судя по взглядам, которые на меня бросает Яна - не будем. Но я улыбаюсь и следую на кухню.
После примерно полчаса мы вспоминаем и мою тетю, и молодость Зинаиды Васильевны, поддакиваем в два голоса ей в том, что " раньше было лучше", пересмеиваясь между собой, если она говорит что-то из ряда вон, как например то, что советские учёные бы вот- вот расшифровали код бессмертия, но проклятый Запад не желал, чтобы люди жили вечно. Вот и развалили СССР. С Яной мы уже общаемся как хорошие приятели, и мне так хорошо. Так свободно. Здесь, на этой маленькой бедной кухоньке, с двумя посторонними людьми. Точно глоток свежего воздуха после душной и полностью лицемерной атмосферы богатого дома Минеханновых.
Напоследок, вместе с ключами, мне вручают половину ещё теплого пирога с тушёной капустой, и банку с медом. Зинаида Васильевна и слушать не желает возражений, потому что "пока я буду убираться в квартире - успею сто раз проголодаться". Яна же в который раз предлагает свою помощь с уборкой, я киваю, смахивая непрощённые слезы. Настолько я отвыкла от проявления простой человеческой заботы, в доме Миннехановых мне приходилось все заслуживать, годами беспрекословного подчинения.
Квартира встречает меня ароматами затхлости, пыли и ... детства. Что-то такое, что въелось под кожу, запомнившись навсегда. Еле сдерживаю слезы, вспоминая, как вот за этим ветхим столом на кухне мы с тетей мастерили разные поделки из бумаги в технике Оригами, тогда было модным это увлечение. А вот на этом диване, поверх которого наброшен большой плед, смотрели мультфильмы. Вот старая, ещё советская, стенка с множеством книг- любовь к чтению мне тоже привила тетя, показав, в какие чудесные миры можно попасть с помощью книг.
Усаживаюсь на диван, отчего в воздух взмывают облачка пыли, и растерянно озираюсь по сторонам. Вот и подошёл к концу очередной виток моей жизни, неудачный. И снова я возвращаюсь к тому, с чего начала. Как компьютерная игра. Проиграла на уровне " семья"- вернулась к началу, чтобы заново попытаться пройти уровень. Вот только в моём случае второй попытки не будет. И не потому, что я не смогу простить. Как бы нелепо это не звучало, но у горя есть оттенки. И жена, которой изменяли, но после молят понять и простить, не разводиться, выглядит достойнее меня. Той, которую выбросили как ненужную игрушку. Игрушку, что изначально не нравилась, и была приобретена лишь под гнётом родительского желания. Вот так....Снова дома, снова одна. На этот раз даже тети Тани рядом не будет.