Чтение онлайн

Тигран ещё с некоторое время молча смотрит на меня, как будто ожидает, что я не выдержу и в слезах брошусь ему в ноги, попутно размазывая слёзы по лицу и рассказывая всю правду. Вернее, то, что он обо мне надумал. Нет уж! Теперь, когда я знаю цену его ' любви ', меня просто так не возьмёшь. Он мог лгать ради цели? Ну так и я это умею. Более того, моя цель в разы благороднее той, что была у него.

– Сегодня у Ратмира занятия в два, а потом детский сад на три часа.
– напоминает мне Тигран. Убрав с колен ноутбук, он улыбается сыну - и Ратмир тут же спешит к нему, заставляя моё сердце сжиматься от умиления, граничащего со страхом. Я в растерянности. Не знаю, что делать. Довериться тому, что увидела? Что услышала? Или же действовать так, как велит разум?

– Да, я помню.
– глядя на то, как его суровый профиль смягчается, стоит лишь сыну подойти, решаюсь спросить.- Скажи, ты правда встречался с Аидой?

Тигран оборачивается ко мне, хмуро сводя брови к переносице:

– И откуда у тебя такая информация?

Он даёт Ратмиру фломастеры и несколько листов бумаги, усаживая за детский столик рядом с диваном, где сидит сам.

– Мне ... Звонила Гульназ Ибрагимовна.- нахожусь с ответом, тем более, при их взаимной неприязни вряд ли Тигран наберёт ей и уточнит, так ли это, и о чем мы с ней говорили.- Она ...Ну, она извинялась, хотела наладить отношения.
– на лице Тиграна четко написано все, что он думает по поводу. Но он молчит.- И мы ... Немного поговорили, она сказала, что я не должна винить Дамира. Что это Аида старалась влезть в семью Миннехановых. Встречалась с тобой, после ушла к нему.

Не знаю, что я ожидала услышать или увидеть в этот момент, но реакция Тиграна заставила мое сердце упасть вниз, точно с высокой скалы в пропасть. Дамир не солгал. Тигран действительно встречался с Аидой.

– Это было так давно, что я уже и не помню.
– наконец, отозвался он.-В моем случае связь с Аидой была просто убийством времени. А вот твой муженёк - он выплёвывает это слово - Увлёкся ею всерьёз. Хоть там всё ясно было с первой встречи - какая она.

– И какая же?- не удержавшись, задаю вопрос, ответ на который слышать не желаю. Я только избавилась от незримого присутствия этой женщины в своей жизни. Но, будто в насмешку, даже после того, как ее нет на этом свете, после того, как я развелась с мужем, Аида продолжает быть рядом, не отпуская, демонстрируя своё превосходство над никчёмной мной. Я знаю, что подобные мысли- абсурд, безумие. И ничего не могу с собой поделать.

– Скажем так, не для семьи.- подавая сыну фломастер нужного цвета, кратко характеризует Аиду Тигран. Во мне тут же просыпается женская солидарность- можно подумать, Тигран или Дамир - чудесные мужчины, мужья мечты?! А обвиняют всегда только слабую женщину! Но тут же вспоминаю, как Аида поступила с ребенком, да и вообще, как планировала поступить- и возмущение уступает место осознанию. Нет, возможно, Тигран в чем-то и прав.
– Поэтому, если Дамир говорил тебе иное, не стоит ему верить.

Его взгляд буквально пригвоздил меня к креслу, и я попадаюсь на эту уловку:

– Он не говорил другого, он просто сказал, что ты мстил ему за то, что считал- он увёл у тебя Аиду.

Выпалив это, тут же соображаю, что сдала себя с потрохами. Тигран встаёт с дивана, направляясь ко мне, его руки сжаты в кулаки.

– Арина, я ведь просил ...

Но тут с меня слетает и тот единственный защитный барьер, что я с таким трудом кропотливо выстраивала между собой и окружающим миром всё это время. Я больше не могу так! Думала, что все во взрослой жизни просто, легко! Ни разу это не так! Слезы сами текут из глаз, я лишь крепко прикусываю губу, отворачиваясь, чтобы не увидел Ратмир. Когда плачет он, мама всегда спешит его успокоить, утешить. Как бы и мне хотелось выплакаться, рассказать хоть кому-то о страхах и сомнениях, что терзают день изо дня. Некому ... Просто некому. В эту самую минуту я понимаю, как устала быть сильной. Одной тянуть на себе всё. Как же хочется расслабиться, довериться, позволить кому-то решать всё за себя, занимаясь лишь сыном и радующими сердце мелочами. Всхлипывая, стараюсь успокоиться, но только ещё больше плачу.

– Арина, извини...- Тигран растерянно топчется посреди комнаты, бросая на меня странные взгляды. Ратмир увлеченно рисует, не обращая внимания на своих глупых родителей. Беру себя в руки, поднимаясь с кресла.

– Все хорошо. Просто давай придерживаться изначального плана, ладно?- через силу улыбаюсь ему- У тебя своя жизнь, у меня- своя, хорошо? Я ведь не пытаю тебя, с кем ты виделся, с кем встречаешься, с кем спишь.

Тигран, на взводе, тут же выпаливает:

– Я не сплю ни с кем, если тебе это так интересно! С того момента, как ты приехала, я думаю только о тебе.
– он подходит ко мне, так близко, что я невольно вслушиваюсь в отчаянное биение его сердца. Аромат мужчины обволакивает, поглощает без остатка. Хочется прижаться к его большому телу, утонуть в объятиях, скрыться в их защитном кольце от всего мира.

– Арина- выдыхает он, прожигая меня темными глазами- Мы ведь могли бы... Попробовать стать семьёй по-настоящему. Ты до сих пор мне нравишься.
– его глаза горят нездоровым блеском, как у человека, что едва сдерживает себя.- Очень нравишься, и я ...

– Нет.
– запрещаю себе даже думать о подобном. Уж слишком все хорошо звучит, слишком прилизанно, слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Пожалуйста, - отступая чуть назад, улыбаюсь Ратмиру, с интересом поглядывающему на нас.
– Давай не будем об этом.

В голове набатом стучит " он лжёт!". Человек, который собирается сдать тебя в психушку, смотрит в глаза и говорит о симпатии, о любви?! Сволочь! Лжец!

– А как ты хочешь жить? Скажи, каким ты видишь наше будущее?
– неожиданно интересуется он, я лишь горько усмехаюсь, качая головой. Актерище! Это ж надо- не знай я правды, поверила бы в то, что не безразлична ему.

– Вспомни, что говорила Элеонора.- специально вспоминаю о ней и с издёвкой гляжу на Тиграна, надеясь разглядеть хоть какую-то реакцию в подтверждение слов Дамира- Никаких далеко идущих планов.

– Дело во мне? Это я не нравлюсь тебе? Или ты решила снова за ним побегать?- намеренно грубо возвращает издёвку Тигран . Ему даже не нужно уточнять, о ком речь. Конечно, о Дамире.

– Нет. Всё это в прошлом.- вздохнув, устало иду к дивану.

– Мама, смотри.- радостно поднимает в руках лист бумаги с рисунком Ратмир. На нем изображены...три человечка. Два больших и один маленький. Мама, папа и сын. Несложно понять, что Ратмир нарисовал нас. Семью, о которой мечтает каждый ребенок. Стараясь, чтобы ладонь не дрожала, легко касаюсь его волос в лёгком поглаживании.

– Умничка. Очень красиво. Ты молодец.

Бедный мой мальчик. Он и не знает, что его глупые родители намерены лишить его или матери, или отца. Я в тупике, не знаю, что делать. Иногда кажется, что я сдалась, поверила бы Тиграну. Но как можно доверять тому, кто без сожаления готов своими руками сломать тебе жизнь, лишив самого ценного, ребенка.

Чистый бесхитростный детский взгляд рвет душу, задевая за живое. " Вот такая у тебя мама, Ратмир. Прости меня, сынок. "- с горечью понимаю, что иного выхода попросту нет. Чем дольше мы будем оставаться у Тиграна, тем больше сын привыкнет к нему. А дальше меня попросту выкинут на улицу. Или в психбольнице запрут. Такое только в сериалах бывает, никогда бы не подумала, что в жизни может произойти подобное. Невольно скольжу быстрым взглядом по Тиграну- он хмурится, глядя на то, как сын тянется ко мне. Мужчины! Неужели он не понимает, что потворствуя своему эго, своему желанию отомстить мне, он навредит родному сыну! И, все же, разве я не планирую сделать то же самое? Боже, как всё сложно!

– Я там поесть заказал.
– басит вдруг Тигран с какими-то примирительными нотками в голосе. Но и тут я сперва говорю, а лишь потом думаю:

– Спасибо. Я уже поела на встрече.

Его лицо становится мрачно- непроницаемым, а руки сжимаются в кулаки, словно хочет броситься на меня, ударить.

– Понятно.

Он выходит из комнаты, но затем оборачивается, не в силах сдержать злости:

– Запомни, Арина. Я не прощаю предательства.

И уходит, не давая мне возможности ответить на этот неожиданный выпад. Надо же, какой ранимый! А я, значит, должна простить и то, что он сделал со мной, и то, в каком ужасающем душевном раздрае я была, когда узнала о беременности! О том, что ребенок будет расти без отца.