Чтение онлайн

Да, забили. Так же как и он что-то забил в свою любовницу.

Он нажал на кнопку, и все затихло.

— Я тебе так скажу: ты дура, которой надо держаться за такого, как я, а не пропадать на своей работе, под предлогом того, что у нас не хватает денег, хватало бы, если бы ты экономила, — он облокотился о тумбочку, поправляйся свисающие растянутые семенники.

Он провел руками по волосам и опустил голову вниз.

— Экономила, Вася? — я была потрясена услышанным и возмущенная до посинения, — экономила? А ничего, что у нас и так все не по высшему разряду. У нас обычный хлеб, обычные макароны, мясо с места на рынке, где продают подешевле? Экономила? Да я наматывала пешком по несколько километров, чтобы купить все продукты по нормальным ценам, чтобы ты мог поесть нормально, чтобы не сидел голодный, я несла тяжелые пакеты, заносила их на пятый этаж, а ты ни разу даже не помог мне. Экономила? Может, это ты бы экономил на своем пиве и машине, которая разваливается? Может, там надо было экономить.

— То есть ты меня сейчас делаешь виноватым, да? — он поднял на меня голову и посмотрел так, словно я это только что придумала.

А что мне ему ответить? Я не хочу его видеть больше в своем доме. Я хочу, чтобы он ушел. Ушел и никогда не возвращался.

Мне будет без него очень тяжело, и даже если не финансово, то морально уж точно.

Кому я и правда нужна? Кроме него. Он ведь еще мой муж.

Я вышла за него по молодости и надеялась, что мы будем жить долго и счастливо. Что мы будем растить детей, не ссориться.

Какая же я была дура. Правда, дура, наивная.

— Я не делаю никого виноватым, мы виноваты оба. Я хочу, чтобы ты ушел, — выдавила из себя я, смотря на своего мужа.

Когда вижу его, перед глазами, тот момент, тот самый момент, когда он берет эту брюнетку за бедра, стонет, пыхтит над ней. Он ко мне так не прикасался очень и очень давно.

Он не целовал меня так страстно уже совсем скоро после свадьбы. У него было ко мне ничего... Ни влечения, ни любви, ни даже элементарного уважения.

— Мы оба? Мы оба!? — Закричал Вася и вскочил с тумбочки, — Мы оба?! Да ты знаешь, что вообще пожалеешь о том, что закатила мне этот скандал. Кто ты без меня? Ты подумала? Выгоняешь?! — он сделал еще несколько шагов в мою сторону, — размахивая руками, — Да я тебя любил, я тебя почти на руках носил!

— Ты за последние мне пять лет, даже цветочка не подарил, просто так, только на 8 Марта и иногда на день рождения. Если помнил о нем, а не пил с друзьями в гараже, — тут же перебила его я.

Обида копилась эти дни. Я устала молчать. Я ведь тоже не железная.

Я хотела быть любимой, ведь дарила свою любовь и заботу. Почему он так ко мне несправедлив?

— Ты даже не приехал ко мне в больницу, когда меня увезли в реанимацию в прошлом году, ты не сделал ничего и сейчас говоришь, что я пожалею? Это у тебя ничего нет! Ничего кроме раздолбанной машины и друзей алкашей, которые продадут тебя за пару бутылок водки! Нету ничего! — злость внутри меня кипела.

Где эта справедливость? Где тут работает то, что мне говорила все де мама? Люби мужа, заботься, и все у вас будет хорошо.

Почему так? Почему в ответ на меня только плевок. Большой плевок прямо мне в душу. От самого родного мне человека. От моей семьи. От моего мужа. Огромный, чертов жирный плевок.

Вася покраснел. Это точно не от стыда. Он сам в ярости.

— Только скажи мне, что я не права, — я забыла о страхе и решила решить все здесь и сейчас.

Пусть что хочет со мной сделает, но вытирать об меня ноги я не позволю. Больше не позволю.

Мой муж снова подтянул спадающие трусы и сложил руки на груди.

— Ну я посмотрю, кому нужна будешь такая тупая, целлюлитная, да еще и бездетная!?

Эти словно ножом по сердцу. Я очень хотела родить ребенка, но у нас не выходило. Долго не выходило. А потом он и вовсе перестал выполнять супружеский долг и даже пытаться мы перестали.

Это была больная для меня тема, разрывающая мое сердце вдребезги, больше, чем его хамское поведение.

— Уходи, — прошептала я, из последних сил сдерживая слезы.

Меня сейчас разорвет от обиды... Как он может? Зачем он тогда со мной жил, раз я такая плохая?

— Никуда я не пойду, это мой дом тоже. Никуда ты меня отсюда не выгонишь. Лучше вместо истерик, трусы мои найди, идиотка, — он прошел прямо, оттолкнул меня подальше от дивана и плюхнулся на подушки.

Ольга

Муж посмотрел на меня исподлобья и махнул рукой в сторону двери:

— Хоть разденься иди, упаришься в куртке.

— Какой ты заботливый, — процедила я, стиснув зубы.

Обидно. Больно. Тяжело.

Я чувствую этот камень на сердце, тот самый камень, который я все эти 8 лет несла в гору и называла счастливый брак.

А теперь новая женщина у него. Якобы молодая и красивая.

— Как ее зовут то хоть? — я обернулась на него уже в проеме.

— Лида,— холодно ответил он, пытаясь что-то найти в своем пупке.

Я прошла в коридор совершенно опустошенная.

Обернулась на свою квартиру. Что у моей бабушки тут не было счастья, что у меня.

Дедушка бил ее и изменял, очень много пил. Вот и у меня муж... Одно название, если смотреть правде в глаза.

А где та страсть, которая была в самом начале? Где тот огонь в глазах? Где уважение, в конце концов, мы ведь семья... Были.

Я посмотрела на старый паркет, который он два года назад отреставрировал, отшлифовал. На душе кошки скребли.

Слез, кажется, уже не осталось.

Что мне делать? Выгонять его? Он не хочет уходить и что мне полицию вызывать? А что они не там скажут? Сами разбирайтесь?

Да и какой позор, перед соседями, будут потом трещать, что я на родного мужа вызываю.

Я осталась стоять в коридоре. В теплой куртке и сапогах.

— Оля, трусы! — напомнил он, — я в душ пойду!

Внутри меня снова начало что-то вскипать.

В душ он собрался. Ему не отмыться от его поступка. Не смыть с себя эту грязь.

А почему, кстати, я так легко сдалась? Я ведь могу еще побороться за себя. Я должна. У меня, как оказалось, кроме себя, мамы и подруги, нет никого.

Кстати, о подруге, зазвонил телефон. Она как раз таки приехала из той командировки, где ей пришлось меня заменить.