Измена. Я от тебя ухожу
Шрифт:
— И она тебе не жена, если ты знал, вас вчера развели,— напомнил я.
Он опустил голову. Надо же, серьезно? Не знал?
— Что тебе от меня нужно?
Пошли правильные вопросы.
— Ну для начала, чтобы ты страдал и рассказал мне немного про Лиду.
— Откуда ты знаешь Лиду? Ты с ней тоже спишь?
Какой он тупой, подарите мне терпения, желательно большую коробку.
— Я ее воспитал и сейчас хочу узнать все о ее грязных схемах, как она симулирует под тобой оргамы можешь не рассказывать, а вот что она просит тебя сделать, дерзай.
Этот лох рассказывал мне все часа два, часто наливал воду, как Лида наняла других лохов, чтобы его избить и как он, бедный, несчастный и вообще брошенный всеми мужчина, страдает.
Его разбитое сердце меня не интересовало, только его избитая бывшая жена и пташка. Пташка, которой скоро станет плохой.
— Ну пойми меня, как мужик, мужика,— заканчивал он.
— Мужики в поле работают, знаешь? Я мужчина, таких как ты, животных не понимаю,— я закрыл дверь.
Он отправиться далеко и надолго. Туда, откуда никогда больше не сможет приехать обратно в столи и вообще приблизиться в Оле.
А вот с Лидой надо вопросик решить.
Я подошел к другу.
— Че там, не заебался его слушать?— спросил Петр, удерживая на коленях брюнетку.
Девушка сидела полуголая, почти в белье, но меня это не заботило. Друг развлекаться. Он частенько устраивает крупные приемы, приглашает, но я не приезжаю. Не по мне.
Я больше в тени. Не люблю светиться ни на людях, не в прессе. Спокойно и хорошо.
— Не, набери своим, выясни все о пташке, куда собирается, где сейчас гаситься. Хочу с утра показать ей ее любовничка.
— Все настолько серьезно? — Петя посадил девушку на кресло и поднялся.
— Хватит с ней нянчиться, надо ее отправить в какой-нибудь дом престарелых, пусть там ухаживает за стариками, в такой, где все охраняется и она не сможет просто взять и уехать, или в какое-нибудь подобное заведение, может закрытая школа. Пусть трудиться там. Физического вреда то я ей не причиню, у меня принцип, сам знаешь, но вот наказать ее надо. Пусть пару лет где нибудь посидит, нормальным делом займется. Совсем без отца распоясалась.
Друг нахмурился, наклонился, налил в два стакана виски и подал один бокал мне.
— Придумаю что-нибудь. Понял тебя. С этим что?
— А этого закрыть надо или тоже куда-то припахать, наподальше и наподольше, решим?
— Решим,— друг ударил стаканом о мой.
— Что, к моей девчонке сейчас подружка приедет, останешься? — Петр махнул головой в сторону полуголой дамы.
Спасибо конечно, но нет. Меня Оля там наверное уже заждалась. Переживаю, как она там.
Этот жук точно знает толк в развлечениях. После того, как он вернулся со службы и узнал, что его объявили мертвым, совсем с ума сошел. За его якобы смерть даже посадили человека.
Я его и до этого знал, но сейчас он стал другим человеком. Жесткий, беспринципный, с дырой в сердце.
Его девушка, которая обещала его ждать уехала. Это наверное единственный человек, которого он не может найти.
Мне было грустно, когда я узнал это все. Реально грустно, у них был такая любовь… Я надеялся еще погулять на их свадьбе.
А вот оно как в жизни случается, не предугадаешь. Поэтому, я времени терять не хочу. На вес золота.
— Нет, меня ждут. Поеду. Обещал ночью вернуться. Завтра увидимся,— я опрокинл стакан. Холодный и бодрящий напиток пролился по моему горлу. Обжег его.
На секунду я сморщился,затем поставил бокал на место и протянул другу руку.
Крепкое мужское рукопожатие и вот я уже направляюсь в сторону машины.
Ночка выдалась нервной. Пора бы и отдохнуть.
Глава 43
Ольга
Лев приехал уже ночью. Разбудил нас с Ксюхой, а мы спали в обнимку, свернувшись, как два котенка.
Я привстала, но Ксюша меня опередила и пошла смотреть в глазок. Открыла дверь, прикрылась.
— Добрая ночь, девочки,— он показался в дверях и захлопнул дверь.
Я потерла сонные, уже слипшиеся глаза.
— Добрая...— пробубнили мы с подругой, почти синхронно.
Лев прошел, снял пальто, закинул на стул, принялся закатывать рукава рубашки.
Ксюша пошла в ванную.
— Я домой поеду,— крикнула она хриплым голосом.
— Я могу тебя отвезти,— Лев обернулся в ее сторону.
— не надо, спасибо.
— Тогда вызову тебе такси, нечего по ночам шастать одной по улице,— Лев присел ко мне на край кровати и подмигнув, разблокировал телефон.
Я слушала шум воды в ванной и смотрела на своего босса.
— Адрес скажи.
Я быстро продиктовала и он встал, взял пальто обратно и повел на руку.
— Где ключи? Я выйду Ксюшу провожу до машины, закрою тебя, потом вернусь.
Ему топать на пятый этаж... Снова. Но мне была приятна его забота о моей подруге.
— На крючке справа,— я показала рукой на стену.
Ксюша показалась в коридоре с красным и мокрым лицом.
— Ну что,— она подошла ко мне ближе и поцеловала в щеку,— давай, зайду завтра.
Она мотнула головой, посмотрела в сторону окна и добавила :
— Точнее, уже сегодня.
Я улыбнулась, она тоже.
Когда Лев ушел провожать подругу, я развернулась и прилегла на правый бок. Все тело ныло. Тянущая и неприятная боль, почти не позволяла ни о чем, кроме нее и думать.
Но я старалась, о нем... О том, что он сейчас придет и снова ляжет спать со мной.
Где он был? Что он делал? Очень интересно. А если я спрошу, он расскажет? Скорее всего нет.
Эх. Я тяжело и протяжно выдохнула, подмяла подушку под головой, прилегла поудобнее и вот он уже вернулся.
Звук замочной скважины. Он в коридоре. Слегка запыханный. Еще бы. Пятый этаж. Снова.
Теперь, совершенно без стеснения, он решил раздеться видимо полностью.
Расстегнул пуговицы рубашки, сложил ее на стул, следом пошли брюки, носки.
Он остался в одних трусах...
Никак не смущаясь, он лег ко мне на кровать. Тихий скрип от его веса разрезала секундную тишину.
— Как ты себя чувствуешь, может тебе в больницу?
При упоминании слова больница стало не по себе и я лишь отрицательно покачала головой.