Чтение онлайн

– Ален, да что случилось?
– настаивает Настя.

Слышу смех Тимура и Макса, которые только что вышли на улицу, и шепчу подруге:

– Потом. Потом скажу.

Нужно сделать так, чтобы ни Максим, ни Тимур не поняли того, что я никуда не полечу. Довериться могу только Насте, а Тим сразу все доложит своему другу, и тогда плакало разоблачение.

– Вот, нашел, - улыбается Максим и протягивает сумку.

А мне тошно становится от его улыбки. Хочется ткнуть ему в лицо этим сообщением, а потом расцарапать его лживую физиономию! Но изо всех сил сдерживаюсь, чтобы все не испортить.

– Ага, спасибо, - киваю ему и прячу взгляд, стараясь не расплакаться.

– Ты чего так трясешься?
– изумляется Макс и обнимает меня за плечи.

– Да замерзла что-то, - дрожащим голосом выдавливаю из себя и терплю его объятия.

Через минуту подъезжает машина. Пока водитель погружает наши чемоданы в багажник, Максим разворачивает меня к себе и замечает мой болезненный взгляд:

– Ален, ну ты чего?
– протягивает он.
– Расстроилась, что я сейчас не полечу с тобой?

Просто киваю, ничего не хочу говорить.

– Сладкая, ну, пожалуйста, не грусти, - проводит пальцем по щеке.
– Я очень-очень скоро приеду к тебе.

Снова киваю, как болванчик. Это помогает сдерживать слезы.

– Ну все, садить в машину, пока на самолет не опоздали. Хорошего полета, малинка. Люблю тебя, - произносит он два слова, которые теперь совершенно не укладываются в голове, и жадно впивается в мои губы.

Отчаянно хочу оттолкнуть его и влепить пощечину, но продолжаю играть роль неосведомленной. В конце концов, вдруг это сообщение все же не ему предназначалось?

– До скорого, - выдавливаю из себя улыбку, отдаю пиджак Максиму и быстро сажусь в авто.

Смотрю на довольного Максима, который машет мне рукой, и сжимаю челюсти. Отворачиваюсь, потому что не в силах больше видеть его лицо, и устало прикрываю глаза.

– Ален, - произносит Настя, и я тут же останавливаю ее жестом руки.

Не время сейчас все объяснять, иначе Тимур услышит.

Всю дорогу до аэропорта прокручиваю в голове то злосчастное сообщение, которое отчетливо врезалось в память.

Когда мы оказываемся в аэропорту, на подходе к стойке регистрации я обращаюсь к Тимуру:

– Подождешь нас тут? Мы с Настей в туалет сбегаем, - не дожидаясь его ответа, ставлю чемодан возле него и подхватываю подругу под руку.

Торопливо веду ее за собой, завожу в женский туалет, где Тимур уж точно меня не услышит и не сразу заметит мое исчезновение. Собираюсь с силами и произношу:

– Максим мне изменяет.

На глаза тут же наворачиваются слезы.

– Ален, ты чего?
– бормочет Настя и заключает меня в объятия.
– Да у тебя температура!

– От нервов, наверное, - прерывисто отвечаю ей и поджимаю губы.

Настя отстраняется от меня, придерживая за плечи, и спрашивает:

– Ты уверена в этом? С чего ты вообще такое взяла?

– Телефон Максима, - сглотнув, произношу я.
– Там такое сообщение было… Ни с чем не перепутать.

– Что там было?

Цитирую ей текст сообщения… И вот тут мои силы держаться кончаются, а из глаз вырывается поток слез.

– Боже мой, Алена, - в ужасе произносит Настя и снова обнимает меня.

Понимаю, что ее объятия никак мне сейчас не помогают, и я лишь еще больше раскисаю. А мне еще нужны силы, чтобы действовать.

– Так, - я собираю все оставшиеся силы в кулак, утираю слезы, и твердо произношу: - Ты возвращайся к Тимуру и скажи, что я задержусь в туалете и приду к вам позже, чтобы он, не дай бог, ничего не заподозрил и не подумал звонить Максиму. А я поеду домой.

– Ален, ты уверена, что тебе стоит это видеть? Поехали с нами! Я не хочу сейчас оставлять тебя одну.

– Нет, я должна убедиться, - мотаю головой.

– Тогда мы тоже не поедем! Я не могу бросить тебя в таком состоянии!
– уверенно отвечает она.

– Не смей! Не порть себе отдых с мужем! А со мной все будет в порядке, не переживай.

– Ален…

– Все, Насть, успокойся, все хорошо, - стараюсь выглядеть уверенной, чтобы Настя всерьез не решила остаться здесь из-за меня.
– Не думай обо мне и не беспокойся. Я решу свои проблемы сама. Единственное, чем ты мне можешь помочь, так это не дать Тимуру позвонить Максу.

– Думаешь, он знает?
– в ужасе спрашивает она.

– Не думаю, - отвечаю ей.
– В такое вряд ли кого-то посвящают. А позвонить он может просто от беспокойства. Они все-таки друзья.

– Хорошо, я все сделаю. А потом ты приедешь?

– Приеду. Точно приеду, - нагло вру подруге.
– Чемодан не стану забирать сейчас. Отправишь его в камеру хранения, пожалуйста?

– Я лучше его с собой заберу, чтобы ты уж точно прилетела, - улыбается она и гладит меня по руке.

Крепко обнимаю подругу на прощание и в спешке ухожу. Молюсь, чтобы все оказалось неправдой, но понимаю, насколько это маловероятно…

– Вы же не против, что я сел с вами?
– интересуется Дмитрий, не переставая гипнотизировать меня взглядом.

Очень своевременный вопрос, ничего не скажешь!

– Не против, - почти безэмоционально отвечаю ему и пожимаю плечами.

– Доброй ночи, уважаемые пассажиры, - раздается голос пилота.
– Мы приветствуем вас на борту нашего лайнера…

После его приветственной речи происходит стандартная процедура разъяснений стюардессы, как нужно вести себя в самолете, что делать, если мы попадем в турбулентность… И так далее и тому подобное. После мы пристегиваемся, двигатели начинают громко шуметь, и самолет разгоняется, набирая высоту. Жуткое ощущение, честное слово! В страхе цепляюсь за подлокотники и не сразу осознаю, что правой ладонью вцепилась в руку Дмитрия.

– Ой, извините, - спешно одергиваю руку и поджимаю губы от неловкости.

– Ничего, я тоже не очень люблю взлеты и всегда немного на взводе в такие моменты, - мягко отвечает он, и я немного расслабляюсь.

Когда самолет набирает высоту, над нашими головами загораются лампочки, оповещающие о том, что быть пристегнутым уже необязательно. Освобождаюсь от неудобных ремней и, раз уж мы сидим рядом, решаю поинтересоваться у Дмитрия:

– Вы, и правда, читали ту книгу?

– Понятия не имею, о чем она, - шепчет, наклонившись ко мне, и усмехается.