Чтение онлайн

Как же не вовремя ушла Дженна… Но хватит уже полагаться на кого-то! Я должна сама отстоять своего сына. Даже перед его родным отцом!

– Отвечай! – его терпение на исходе.

Вдох. Выдох.

– О том, что я – Драконорождённый, - выпаливает Рэймс прежде, чем я успеваю его перебить.

Сердце замирает. Это конец! Лицо Рэна расслабляется. Конечно… Теперь ему всё понятно.

Что же ты наделал, сыночек…

Мой бывший супруг пружинисто подходит ближе, и присаживается рядом на корточки. Его лицо вровень с личиком Рэймса.

Я просто не дышу.

– И чей же ты? – спокойно спрашивает Рэн, - дар Лилигрина? Мариониса? Или Боллинджера?

Судорожно выдыхаю! Что?!

– Я не знаю, - шепчет сын, а потом испуганно смотрит на меня.

Мол, спасай, мам! Разгреби то, что я наделал!

Дирэн медленно поднимает лицо чуть вверх, и впивается взглядом в мои глаза. Не помню уже, когда в последний раз он смотрел на меня с таким выражением… Словно сейчас укусит.

– Ты хоть сама знаешь, от кого родила?

Чувствую, как щёки заливает краской. Конечно, я знаю! Только сейчас меня это не спасёт. Судорожно прижимаю к себе сына, и отрицательно качаю головой.

Не догадался! У него нет воспоминаний о нас… Потому нет даже предположения, что Рэймс может оказаться его сыном.

– Допустим, - голос Рэна так низок и груб, что походит на рычание, а тёмные глаза опасно сощуриваются, - только юному дракону опасно расти вдалеке от взрослого Драконорождённого. Сила может заставить его творить необъяснимые вещи. Ты об этом знала?

– Нет… - отвечаю встревоженным шепотом, - но если бы знала – что я смогла бы сделать? Я не драконица.

– Ты была обязана прийти к кому-то из Драконорождённых! – сурово чеканит Дирэн, - мощь древнего дракона, запертого внутри тела ребёнка, может уничтожить его за считанные мгновения! Скажи, малыш, ты слышишь голос своего дракона?

Сын мотает головой в стороны. А меня съедает чувство вины. Ведь вряд ли Рэн обманывает меня сейчас. Это значит, что я могла в любой момент потерять Рэймса… И даже не знала бы, из-за чего!

– Прошу, помоги, - мой голос дрожит, когда я осмеливаюсь снова посмотреть на Дирэна, - сын – всё, что у меня есть. Если ты можешь помочь ему обуздать свою силу – я вовек буду у тебя в долгу.

Разгадать его выражение лица невозможно. Что в нём – презрение, снисхождение, насмешка? Нашёл, мол, проблем на свою голову… Но вдруг уголки его губ расползаются, являя подобие ироничной улыбки.

– Дракон никогда не бросит малыша в беде. Об этом и просить не надо. Но ты уже попросила, и я эту просьбу принимаю. И спрошу за неё с тебя сполна.

Сглатываю. Теперь мне кажется, что он нарочно вынудил меня просить его о помощи. Только на руках съёживается сын, и я вдруг ощущаю гнев.

– Неважно, - встаю с кресла, держа Рэймса. Он обнимает меня руками за шею, а я изо всех сил напрягаю руки, чтобы его удержать, - благодарю, что согласился помочь. Большего я и просить не могла. Помоги мне уберечь сына. Остальное я стерплю.

Впервые за всё время мне чудится, что Рэн похож на себя прежнего. В его глазах играют блики, а скулы выделяются на фоне и без того широкой челюсти.

– Терпеть не придётся, - обещает он.

Он оставляет меня в смятении. Когда Рэймс начинает клевать носом, я отношу его в кровать, но сама не могу избавиться от навязчивых мыслей.

Что делать?! Я даже не подозревала, что сыну Драконорождённого так опасно находиться вдали от отца! Все эти годы особого выбора у меня не было, но он есть сейчас.

Я так хотела сбежать отсюда… Но как бежать теперь, когда я знаю, насколько это будет опасно для сына?!

Уф… Сажусь на кровати и упираюсь локтями в колени, сжав голову ладонями. Что делать?! Остаться здесь? Чтобы смотреть, как Дирэн милуется со своей женой?! Как растит их общего ребёнка?! В то время как наш с ним сын не имеет права назвать папой его, собственного отца…

Возвращается Дженна. Она всегда сразу понимает, что произошло неладное.

– Дирэн?

– Угу…

– Обидел тебя?

Вопреки происходящему и общей усталости, у меня пробивается смешок. Если настоящей ведьме что-то не нравится – тюлей получит даже Драконорождённый, каким бы могущественным не был.

– Нет, - отвечаю со вздохом, - просто у меня взрывается мозг…

Рассказываю ей обо всём, о чём мы с Рэном разговаривали. Умалчиваю лишь о его недвусмысленных намёках…

Ведь Дженна всё ещё моя мать.

– Он прав, - задумчиво отвечает она, - дракон не оставит драконёнка без помощи. А Рэймс, признай, уже делал вещи, которые могли закончиться весьма плачевно.

По коже сыплет морозом. Вспоминаю о выходке сына, когда он полез в озеро. Он ведь практически так и сказал, что сделал это, чтобы проверить свои силы.

Почти точь-в-точь, как говорил Дирэн. Сила может заставить его творить необъяснимые вещи.

– Выхода нет, - поднимаю на Дженну обессиленный взгляд, - придётся остаться… О чём ты говорила с Киллианом?

– Я не столько разговаривала с ним, сколько наблюдала, - не своим голосом отвечает она, - и почти уверена, что он погиб в тот день, когда Дирэн сжёг мой дом.

– Тогда как…?!

– Мне кажется, что он оживленец.

Молчу, поражённая. Судя по названию и контексту ситуации, оживленцы – это кто-то, кто был мёртвым. Был.

– Ладно. Что мы можем с этим сделать? – спрашиваю тихо.

– Без понятия, - сокрушённо выдыхает мать, - если оживленец беспрепятственно разгуливает под носом у Драконорождённого, вывод напрашивается один.

– Вряд ли он мне понравится…

– Да уж… Это означает, что Тёмный Драконорождённый рядом. Мы сбежали из его поместья, но не из-под его надзора.

Смотрю в пол, уже не испытывая ни малейшей надежды.

Как же мне сберечь наши жизни?!

Вскоре нам приносят обед. Рэймс просыпается чисто ради еды, и вскоре опять засыпает. Мы с Дженной следуем его примеру, задремав по обе стороны от скрутившегося в калачик мальчишки. Какой-то время я смотрю на его гладкую щёчку и надутые во сне губки, размышляя, когда только он успел вырасти… И быстро засыпаю.

Вечером служанки будят нас к ужину. Сонные, мы переодеваемся в принесённую одежду, а затем наспех ужинаем прямо в комнате.