Чтение онлайн

– Платон Александрович, – пропела она радостным голосом. – Пришла Светлана Геннадьевна…

– Платон, – за ее спиной появилась улыбающаяся женщина, с которой я встретилась на крыльце. Мягко отодвинув загораживающую проход секретаря, Светлана Геннадьевна кивнула:

– Дальше я сама, Алевтина Игоревна.

Увидев ее, мужчина неожиданно широко улыбнулся, сразу помолодев лет на пять, и поднялся с кресла. Небрежно кивнул мне:

– Вы свободны, Павла Сергеевна. Завтра в девять жду вас в своем кабинете – расскажу, чем вы будете заниматься.

Я подскочила с диванчика. Под внимательным взглядом Светланы Геннадьевны скомкано попрощалась и пошла к выходу. И уже закрывая дверь, заметила, как женщина падает в объятия улыбающегося Платона Александровича.

– У вас проблема со вкусом? – раздался над ухом голос Платона Александровича.

От неожиданности я чуть не выпустила из рук чашку с кофе, которую как раз поднесла к губам. Напиток выплеснулся, густо забрызгав мою единственную приличную белую блузку.

Глядя на безобразные коричневые пятна, расползающиеся по ткани, я возмущенно прошипела:

– Платон Александрович, вы всегда так подкрадываетесь? Напугали меня. И блузка теперь испорчена!

– Эта блузка была испорчена задолго до этого. Когда криворукие китайцы пошили ее в своих подвалах, а затем продали вам. Плохо, Павла Сергеевна, что ваша работа начинается с того, что мне придется отправлять вас переодеваться.

– Что вы имеете в виду? – я непонимающе смотрела на стоявшего передо мною начальника. Он тоже смотрел на меня. Вернее, на мою блузку, украшенную на груди кофейными блямбами. Глаза у него потемнели, и в них ясно читалось недовольство.

Повернулся, отрывисто скомандовал:

– Идите за мной, – и первым направился в кабинет.

Отставив злополучный кофе, я посеменила следом, радуясь, что приемная пуста, и не было свидетелей моего позора.

В первый рабочий день в офис я приехала на полчаса пораньше, в надежде спокойно осмотреться. Если повезет, пообщаться с кем-нибудь из коллег, чтобы понять, чем дышит компания.

Прошлась по пустынным коридорам. Поздоровалась с парочкой таких же, как и я, ранних пташек. Затем разжилась чашкой капучино и отправилась в приемную. Планировала предаться кофейному релаксу, пока дожидаюсь появления босса. И вот, не успела даже поднести кофе ко рту, как облилась и, кажется, взбесила начальство.

– Павла Сергеевна, – шеф плюхнул на стол стильный черный портфель, который держал в руке, и развернулся ко мне. – Вы мой личный помощник. Моя правая рука и, в определенной степени, лицо моей компании. Вы это понимаете?

– Да, Платон Александрович, – ответила я, глядя на него честными глазами. На самом деле, я пока ничего не понимала. Но догадывалась, что сейчас услышу что-то малоприятное.

– А раз понимаете, то с какого перепуга явились на работу в этом… наряде? Вы эту блузку позаимствовали в сундуке своей бабушки? – он нахмурился, прожигая меня глазами.

– Как вы угадали, Платон Александрович? – я добавила преданности во взгляд. – Винтаж нынче в моде.

На самом деле, вчера я долго стояла перед старинным дубовым шифоньером в спальне, тоскливо разглядывая малочисленные плечики с вещами.

Почти весь мой гардероб, включая несколько замечательных деловых костюмов, остался в квартире, которую мы снимали с бывшим мужем в лондонском Сохо. Чудесном районе красных фонарей, безумных цен на недвижимость и скопления людей с нестандартным взглядом на взаимоотношения полов. Место, идеально подходящее новоявленному британцу Ковяшкину.

Те вещи, что я успела собрать и отправить посылкой в Москву, благополучно застряли где-то в недрах российской таможни. А потратиться на новый гардероб я сейчас никак не могла. От слова "совсем никак"…

Из того, в чем можно пойти на работу, у меня имелись только черные классические брюки и давно вышедшая из моды белая блузка. Так что, по большому счету, Платон Александрович был прав в своем недовольстве моим внешним видом.

Прав, но… но тыкать меня носом в убогость моего наряда он не имел права!

– Павла Сергеевна, если хотите продолжать работать на меня, то отправляйтесь домой и поменяйте одежду на более подходящую для вашей должности, – не глядя в мою сторону, он отодвинул кресло, сел и потянул к себе портфель. – Но сначала приготовьте мне кофе. И поторопитесь – у нас много работы на сегодня.

– Платон Александрович, – от обиды у меня даже губы задрожали, – прошу прощение, но вынуждена с вами попрощаться, так как выполнить ваше требование не могу.

Я повернулась и на деревянных ногах пошла к двери, кусая губы, чтобы не расплакаться. Уже взялась за ручку, когда в спину прилетело:

– Вернитесь на место, Павла Сергеевна. Садитесь, – кивнул он на кресло перед столом. – Вчера на собеседовании вы были во вполне приличном образе. Что случилось сегодня?

Я тоскливо молчала. Не рассказывать же ему, что вчера была в одежде, которую одолжила у Маши. Вечером я отдала вещи в химчистку, чтобы в ближайшее время вернуть подруге.

– У вас проблемы с деньгами, Павла Сергеевна? – прозвучал вдруг вопрос, заданный мягко и как-то… понимающе, что ли.

Ну, нет, Платон Александрович, вот такого тона мне не надо. Я от него совсем расклеюсь. Еще вдруг расплачусь…

Чувствуя, как его взгляд скользит по моему лицу, с трудом произнесла:

– Почти вся моя одежда осталась в том месте, откуда я приехала. И забрать ее нет возможности. Одежда, это ерунда, я считаю. И куплю ее, как только получу зарплату. Но если для вас это настолько принципиально, то мне, наверное, лучше покинуть вашу компанию.

Он молчал, а я смотрела на свои пальцы и кусала губы, думая о том, что опять проиграла.

– Посмотрите на меня, Павла Сергеевна, – прозвучало негромко. – Неужели я в вас ошибся? Почему вы не послали меня подальше с моими требованиями? Или слова, что вы выглядите не очень хорошо, даже такую решительную женщину делают слабой и не способной бороться?

Я изумленно вскинула на него глаза. Потемневший взгляд мужчины сцепился с моим. Несколько секунд мы молчали, играя в гляделки. Потом он взял из прозрачного бокса квадратик бумаги, быстро написал несколько слов и протянул мне:

– Вызовите моего водителя и поезжайте по этому адресу – там помогут решить проблему. Вам нужно было сказать мне об этом еще вчера.

– И вот еще что, Павла Сергеевна, – продолжил с нажимом, – впредь вы будете без стеснения сообщать мне о любых затруднениях, связанных с вашей работой, если не в состоянии разрешить их самостоятельно. Договорились?