Изменчивые Дороги. Хортон многогранный
Шрифт:
— Как я понимаю, следующую операцию я пропустила… Давай ты не будешь изображать из себя маму?
— Если я даже намекну ей, что именно я увидел сейчас перед собой, то ты сможешь её лицезреть лично… — серьёзная задумчивость брата заставляла беспокоиться.
— Эр… — она всё же села, — Давай ты не будешь ей пересказывать чужие семейные ссоры. Боюсь, ты её ничем не удивишь уже. А отвлекать её от работы чревато. Кстати, у самого тебя что, внезапно со свадьбой дочери закончились все дела, господин Посол?
— Уж из-за ваших ссор она точно не сорвётся. А вот из-за такой аномалии… Мне надо посоветоваться.
— Какой аномалии, Эр? — Сира напряглась. В через чур серьёзном голосе брата она чувствовала отголоски страха и напряжения, — Что происходит?
— Если я не разучился сканировать, то… — он задумался как сообщить при этом не перепугав сестру, — Вас можно будет поздравить с пополнением…
— Каким? — в голове сестры даже идеи не возникло о том, что это за пополнение могло бы быть.
— Обычным. Я сам сначала не поверил…
До мозга стало доходить, она нахмурилась и сама полезла со сканом… Сначала немного глупо улыбнулась, а потом со страхом посмотрела на брата.
— Но ведь… — в глазах помимо страха бился другой огонёк, нарастающий. Она ни за что не позволит причинить вред своему ребёнку… Она замотала головой резко, пытаясь взять под контроль эмоции, — Не говори никому, пожалуйста…
— И что ты предлагаешь? Сира, это может стать вопросом жизни! И не только твоей.
Он почувствовал, что внутренне она готова защищать до последнего своего ребёнка… До последнего собственного вздоха. И не позволит никому причинить ему вред.
— Просто не говори… Справимся. Как-нибудь. Вон Лари вообще, можно сказать, под пулями родилась и ничего…
— Ты не восстановилась ещё, понимаешь? Это будет сложно. Не невозможно, но тяжко…
— Не важно… Эр… Они же не поймут… Пожалуйста…
— Поймут… Думаешь мать допустит чтобы не поняли?
Она перехватила его руку, впившись до боли.
— Ты обещал…
— Я обещал спасать жизни… И я их спасаю, как могу спасаю, понимаешь?
— Эр… Ты же знаешь, что я не… позволю. Пожалуйста, услышь меня.
— Знаю. И ты услышь меня. Если ты сейчас себя доведешь или накрутишь, то это может привести к более худшим вещам и без стороннего вмешательства…
Она кивнула и постаралась выровнять дыхание.
— Я постараюсь… Правда… — слёзы катились по щекам и сестра пыталась их стереть, но вместо этого лишь размазывала.
— Тебе отдохнуть надо и успокоиться. В любом случае. А я что-нибудь придумаю, хотя посоветоваться придётся. И одного крылатого придётся пустить на опыты, — он попытался придать ей уверенности.
— Сёме не говори… Он же перепугается, перенервничает, ещё устроит истерику, что это он виноват…
— И будет внимательнее заботиться о тебе. Да и может вспомнит и поймёт с чего ты вдруг стала обижаться на всё.
— Не надо… Он и так нервный… А тут ещё накрутит себя. Потом поймёт… — она посмотрела куда-то в сторону, смаргивая слёзы. — А о Лари нужно хоть кому-то позаботится…
— Хочешь, я верну к ней Талли? А про нервный, ты думаешь он будет менее нервный если не будет понимать что происходит?
— Может соврёшь что? Иногда так легче… — Сира сглотнула, — Здесь и так достаточно… Наверное, лучше, если ты её заберешь… Я же даже не знаю, можно ли мне кормить… Эр… — она снова вцепилась в руку брата, — Мне страшно…
— Не бойся. Ты же знаешь, что тебя никто не бросит и мы всегда поможем. Правда, возможно, придётся некоторое время провести тут в качестве пациента, но ведь ты же согласишься?
Она кивнула, прикрыв глаза.
— Извинись за меня перед Сёмой… Я сорвалась на него из-за этих чёртовых платьев… Но я же старалась! И для него тоже…
— Я знаю. Да и он тоже… Просто всё совпало как-то и так получилось.
— Но трансформом, если честно он меня немного напугал… — она сглотнула, отвернувшись, чтобы не смотреть брату в глаза.
— Верю. Он просто за дочь перепугался… А теперь я даже не представляю себе как он будет радоваться и бояться одновременно, — он приобнял сестру, всё ещё пытаясь успокоить. Она выдохнула.
— Ну… как я понимаю, мне теперь переводится в нормальную палату… — она осмотрела детское отделение и задержалась на спящей дочери, протянув к ней руку.
— В твоём случае так было бы лучше. Придётся побыть под присмотром, понимаешь? За Лари мы присмотрим, если не возражаешь…
— Как скажешь, — она всё ещё смотрела на дочь, — Поможешь встать?
— Конечно… — брат поддержал её за руку, позволив опереться.
Она поднялась аккуратно, стараясь не растрясти себя и никоим образом не навредить ребёнку.
— И проследи, чтобы Сёма поел нормально… И не один раз в день… А то ведь сам забудет!
— Сама скажешь когда прибежит… А он прибежит быстрее бешённой гончей, уж поверь!
— Может не стоит? — она поднялась и уже вполне себе уверено пошла, хоть и крайне осторожно.
— Знаешь, несмотря на всю его неловкость, иногда взбалмошность и даже грубость… Отрицать, что он тебя любит было бы глупо. Да, выбирая между тобой и Лари он выбрал её только как более беззащитного… И ты думаешь, что он не почувствует, что что-то не так, а почуяв не начнёт пытаться всё узнать?
— Сейчас я себя чувствую вполне нормально, только чуть кружится голова, но это нормально от скачка давления. Не думаю, что сейчас всё так страшно ощущается. А может вообще всё обойдётся, а ты просто перестраховываешься.
— В некоторых случаях я предпочту перестраховаться чем пропустить что-то и не заметить, котёнок.
— Я понимаю, но и давай не будем дёргаться и дёргать других. План обследований я помню. Сделаем всё, что можно сделать, — она прикрыла глаза, пытаясь за рутиной и чёткостью процедур похоронить собственную нервозность и страх. Сейчас перед ним была не нервозная сестра, а профессиональный целитель.
— Всех на уши ставить я не буду, но некоторых поставить в известность придётся. Ситуация немного нестандартная, приходится и действовать нестандартно.