ЖАНРЫ

Изменчивые Дороги. Хортон многогранный
Шрифт:

— Надо перед дорожкой… — он постарался улыбнуться, обнимая свою приёмную мать.

— И куда ты снова собрался? Хотя… — она отстранилась. — Понятно… По делу… — она положила ему в миску похлёбки.

— За слёзами, как всегда… Потом могу засесть подольше. Даже остаться с ночёвкой. Правда не надолго. Кстати, Эр спрашивал про расчёты…

— А что без жены? Стыдишься нас или боишься, что испугается?

— Нет, что ты! Она же была тут! Просто родила недавно, и я побоялся дочь таскать по переходам. Немного подрастёт и обязательно приведу. Ну или если хочешь, приходи в гости! Уж кому-кому, а тебе я всегда рад, — покраснев, он скинул рюкзак и начал развязывать тесёмки, доставая несколько объемных свёртков, — Вот, ты всегда просила их найти хоть сколько… Я нашёл. Могу и больше, если нужно…

Риги для вида фыркнула и демонстративно отвернулась, но он заметил огонёк в глазах.

— Дорого ж…

— Для своих не жалко, а тебе они точно хотя бы для дела, а не баловства ради — он пожал плечами, — Надо будет и ещё принесу. Я ж непутёвый… Вот терпи.

Она взяла пакеты.

— Мог и раньше зайти… Мы переживали.

Он тяжело выдохнул и сел есть.

— Не мог… Сначала с раной провалялся, потом война и лазарет. Я ж как только врачи отпустили и прибежал.

— А мне казалось, что после войны ты не в лазарете был… — заметила Риги, отходя к хранилищу, где держала всегда самое вкусное… На праздники.

— Ну как не в лазарете… Мне только пару дней как шкурку перестали колоть. А из палаты меня быстро выгнали. Ты же знаешь, я в застенках долго не могу. Ну и ещё пару раз вытащили словно куст ряженый на мероприятия постоять… — быстро доев, он отставил тарелку и подойдя к целительнице крепко её обнял, — Ну не ругайся, Риги, пожалуйста… Я же не просто так фигнёй маялся. И всегда помнил о вас…

— Память у тебя до или после переезда на Хортон отшибло? — ехидство тона никак не совмещалось с потянувшимся по кухне запахом чая.

— Ничего не отшибло… А жаль. — он как-то сжался и немного отступил — Я бы предпочёл уйму всего забыть…

— Выпороть бы тебя! Да больно уже большая детина. Расстояние между мозгом и задницей слишком большое. Не дойдёт!

Какой уж есть… — ему стало обидно, что она словно не желала его слышать и не понимала как он рвался домой — Ну раз не нравлюсь, то извини… Если что-то нужно будет, найдёшь.

— Куда собрался? — она поставила перед ним чай и самодельные конфеты. — Ох ты ж горе моё. — она подошла, обнимая его. — Я же переживала, как ты сбежал… А потом Боуг сказал, что тебя через месяц на тракте нашли… Тоже мне… Молчун!

— Ну… Мааам… Ты мне так рёбра все сомнешь… Надо было тогда в зеркальный одного типа отвести, а я не рассчитал на обратку силы. Прости… — он снова ткнулся ей в плечо, но уже без обиды. Он был дома, — Я ж, так получилось, теперь на службе у Дома… Зато смогу тебе помочь со снабжением не только ногами…

— Тебе не только рёбра нужно смять, — она сжала его чуть крепче, прижимая к себе, — Да ничего мне не надо! Главное, чтобы ты, мелкочешуйчатое несчастье, был жив… А под лабиринт я и сама могу сбегать… Не развалюсь. Хоть лучше сейчас?

— Ты же знаешь, я без этого не могу. — он грелся в её объятьях и улыбался — Мне и охрану пытались приставить и объяснить что я де не могу шастать где мне вздумается…

— Кто такой безмозглый? Тот эльф, что приходил на такого не похож… — она отпустила его, присаживаясь рядом. — И… Нашла я для него место.

Она улыбалась, смотря как он ест.

— В пещерах? Что в скале за таверной? — он радовался ей и тому что смог вернуться.

— Вообще, это второе место. Ещё одно тут недалеко, там тоже устойчиво. Но если поможешь, буду благодарна.

— Сначала я за Слёзами схожу? Кстати, у тебя часто оставались солевые корни, как отходы… Можно я заберу?

— Зачем тебе они?

— Ну, ты же помнишь, у меня же есть одна совсем дикая семейка… Там котята должны быть скоро, а им эти бесполезные корешки в такое время очень на пользу — он улыбнулся детской бесхитростной улыбкой.

— Ты когда-нибудь с ними вляпаешься… Бери уж.

— Уже… Мне тут идею предложили их в заповедник переселить. И их охранять будет проще и мне за Слёзами ходить ближе. Как думаешь?

— Кому же они, внезапно понадобились, кроме тебя? Ты так и не рассказал, что за Дом взял тебя на службу…

Он тяжело вздохнул и развёл в стороны полы плаща, отводя за спину, оголяя новенькую форму с полевым шевроном.

— Ну как-то так получилось… — он смущённо опустил глаза.

Риги закашлялась, пытаясь понять — это у неё глаза подводят или мозг:

— Так это ты служишь Дому? А тут написано, что наоборот…

— У их артефакта было… Оригинальное чувство юмора. — пояснил блудный сын — сошлись на том что они служат мне, а я им. Взаимовыгодное сотрудничество, назовём это так. Иначе я не согласен был, ты же знаешь… Да и они меня учить пытаются. Сама знаешь насколько это гиблое дело.

— Ну, смотрю, вести себя ты явно лучше начал… Значит, не совсем гибельное. Или это влияние твоей Леди?

— А по мне всё так же. Ну может с таблеточек, что Эр выдавал, поспокойнее стал...

Риги усмехнулась.

— Что?! — немного непривычная сдержанность и напускное спокойствие отшелушивались, оставляя перед знахаркой лишь хорошо известного ей парнишку — Тебе лишь бы ухмыляться… Я тут стараюсь, пришёл к ней, а она ухмыляется и вкусняшками кормит…

— Могу не вкусняшками кормить, а нагоняями…

Вперёд! Я может по ним тоже соскучился!

Риги рассмеялась.

— Жена не пилит, сразу видно. Раз за нагоняями аж на Тракт рвёшься.

— Не успевает… Я стараюсь. Да и твои нагоняи особенные, любимые, можно сказать…

— Бестолочь.

— Учусь у лучших… Правда худшему — он рассмеялся и снова запахнулся в плащ — Давай сюда корешки, пойду к котятам подмазываться. Мальчишку у вас оставлю, а то учудит чего по дороге…

— Это тот, что с тобой пришёл? Помню, латали его… Чем-то на тебя бедовостью похож.

— Тем что выжил? — он забрал небольшой пакет с корешками и упаковал в рюкзак — А пещеры… Я надеялся хотя бы часть сохранить. Красиво там. Вернусь и заберу расчёты Эру, хорошо? А то боюсь меня встречающие вылижут так что вся бумага промокнет…

— Нет, какой-то безбашенностью.

— Ну… Как я понял и мне рассказали, у меня папка их кровей. Видать досталось самое… Нужное.

— Ну, про него ничего не знаю, — Риги развела руками. — Если отец и знал, то ничего не сказал.

— Они все безбашенные. Предложи им идею и искрами в глазах можно осветить всю таверну, а если идея ещё и сработает… Весь Хортон запитать можно!

Поделиться с друзьями: