Чтение онлайн

— Что такое, Света? — спрашивает папа напряжённо. По голосу я понимаю, что что-то происходит. И это что-то никак не связано с тем, что вокруг меня.

— Пап, у нас полицейские в офисе с ордером на обыск, — как можно спокойнее стараюсь объяснить я. — До Виктора я не смогла дозвониться.

— Виктор сейчас в больнице, Свет, — отвечает папа с сожалением.

— Боже… Что произошло? — мгновенно мои собственные проблемы отходят на второй план.

— На него напали… грабители, якобы, — отец тяжело вздыхает. — Состояние стабильное, жить будет. Я пришлю тебе кого-то из его коллег. Главное, не волнуйся и ничего не подписывай до того момента, как прибудет адвокат. Поняла?

— Поняла, пап, — отвечаю я, крепче сжимая телефон.

— Умница, дочка. Не переживай, всё будет хорошо.

Вместе с главным бухгалтером Еленой Николаевной нас забирают в отдел. В отличие от меня она словно бы совсем на грани отчаяния. Теребит несчастную сумку бледными пальцами. Время от времени всхлипывает.

— Не волнуйтесь так, — касаюсь успокаивающе её плеча. — Я уверена, мы сможем разрешить ситуацию вскоре.

— Ой, Светлана Михайловна! — она снова ударяется в слёзы. — Это я во всём виновата. И зачем я только пошла к Олегу Константиновичу? Надо было вам звонить сразу. Вы бы с Михаилом Ильичом нашли способ урегулировать вопрос.

Она закрывает лицо руками. Достаю из сумки упаковку бумажных платков и протягиваю ей. Хотя я и сказала, что всё будет хорошо, у меня самой нет уверенности в этом. У Олега было такое выражение лица, словно он провернул величайшую аферу века. Я должна быть осторожной. Ради дочки и родителей. Теперь, после нападения на Виктора, я это чётко понимаю. Мне кажется, что Филиппов сошёл с ума, не получив пост генерального. Я бы никогда не подумала, что он способен подослать кого-то к моим близким. А у меня нет сомнений — это сделал именно Олег. И эта попытка подставить меня... Похоже, что он решил, что или всё, или ничего. И я совру, если скажу, что мне совсем не страшно. Однако я не намерена уступать ему. Это уже не вопрос между бывшими супругами. Он намеренно совершил зло, а значит, должен понести за это наказание.

Проходит приблизительно час, прежде чем адвокату, нанятому папой, удаётся доказать, что я ни коим образом не причастна к растрате целевого финансирования. За это время я, наконец, вникаю в суть дела и удивляюсь, на что вообще рассчитывал Олег, когда задумал подставить меня таким образом. Нет, разумеется, дело действительно серьёзное. Вот только я не могу нести ответственность за то, что происходило, когда я ещё не была руководителем. Он скорее подставил своего экс-руководителя.

— Ну что, как тебе дышится вольным воздухом? — усмехается папа, когда я сажусь в авто. Я только качаю головой и вздыхаю тяжело. Мне сейчас совсем не до шуток.

— Это всё Филиппов, пап, — говорю, сжимая ладони в кулаки.

— Знаю, — отвечает он мрачнея. — Мои ребята нашли хозяина авто, что дежурили у нас под окнами. Он содержит этот самый… каршеринг. В общем, не сразу, но он сознался, кто арендовал эти авто.

— Полагаю, отморозки какие-то, которых Филиппов нанял? — я хмурюсь ещё больше.

— Ты удивишься, но напротив, — сотрудники нашей доблестной, — говорит папа, как будто даже с усмешкой.

— Ничего не понимаю. Так значит, это всё-таки не Олег?

— Не спеши с выводами. Я тоже сначала решил, что это по мою душу. Но потом заметил, что все сотрудники, что пользовались этим каршерингом, из одного отдела, а руководит им некто по фамилии Сурсин. Ничего тебе не напоминает?

— Фамилия секретарши Олега — Сурсина, — отвечаю я растерянно.

— Точно, — кивает папа и прикрывает глаза. — Подполковник Сурсин этой девице дядькой приходится. Полагаю, на Виктора напали его же ребята. Во всяком случае, если судить по записи с видеорегистратора.

Пытаюсь уложить всё в голове. Но это всё слишком для меня. Борьба за власть, слежка, нападения и подставы, продажные полицейские… Я словно бы действительно оказалась в фильме про мафию. Хочется, как в меме, закричать: «Страшно! Вырубай!» Вот только это не кино.

— Мы можем доказать причастность Олега и его любовницы к нападению? — я смотрю на папу с надеждой.

— Скажем так, официальному следствию трудно будет быстро получить некоторые доказательства, что у нас есть, — говорит папа со вздохом. — Но следователь уже работает над этим. Нормальный следователь.

У меня внутри всё закипает, когда я представляю себе довольные выражения лиц бывшего мужа и любовницы. Нет, я не могу допустить, чтобы они победили. Зло должно быть наказано.

— Я не намерена сидеть сложа руки, — произношу сурово. — Пусть мы не можем отправить их за решётку прямо сейчас, но я всё ещё в состоянии уволить их обоих. И на сей раз совет акционеров не станет возражать.

Стук каблуков эхом разносится по больничному коридору. Я спешу к палате Виктора. Уже знаю, что он жив, а полученные травмы не представляют угрозы. Но всё равно жутко волнуюсь и хочу увидеть его. Сердце колотится, будто сумасшедшее. Мне так жаль, что это случилось с ним. Он не должен был пострадать! Нельзя передать словами, как я зла на Олега. Но с ним я разберусь позже. А пока…

Резко тяну на себя дверь палаты и влетаю внутрь. Встречаюсь взглядом с незнакомцем, примерно вдвое старше меня. Его черты лица, глаза и даже голос очень сильно напоминают Виктора. Медленно до меня доходит, что это его отец.

— Простите, — вырывается невольно. — Я к Виктору.

— В таком случае можете выдохнуть, — отвечает он. — Этот парень в порядке.

Я заглядываю мужчине за спину и вижу Виктора на больничной кровати. На голове его повязка, на лице явные следы драки. Внутри всё сжимается. И это называется «в порядке»?!

— Пап, это Светлана, — представляет меня он, пытаясь подняться. Держится бодро, даже улыбается.

— Мартынов Валерий Михайлович, — серьёзно произносит отец Виктора и протягивает мне руку. Жму её крепко и хмурюсь. Понимаю, что надо хотя бы извиниться.

— Прошу прощения за то, что Виктор пострадал. Пусть я не могла предвидеть, что мой бывший муж настолько отчается, но всё же частично ответственность лежит и на мне.

— Да ладно вам, — отвечает отец Виктора в смятении. — Он ведь не ребёнок, знал изначально, какие несёт риски. Однако теперь, встретившись с вами лично, я понимаю, почему мой сын отказался от политической карьеры и выбрал стать помощником вашего отца.

— Пап, перестань! — говорит Виктор с досадой. Я же не сразу понимаю смысл слов Мартынова. А когда до меня всё же доходит, лицо вспыхивает. Я кошусь на Виктора робко. Тот кусает губы, глядя на меня исподлобья.

— Ладно, пойду я. А то, кажется, я тут лишний, — усмехается мужчина и толкает дверь палаты. Мы остаёмся с Виктором наедине в неловком молчании.

— Михаил Ильич рассказал мне, что произошло, — наконец произносит Виктор. — Олег — настоящий подонок…

— Пожалуйста, не волнуйся насчёт Олега! — обрываю я его. Мне так неловко, что даже после нападения всё, о чём думает Виктор, — это работа. — Я сама решу вопрос с Филипповым.