Чтение онлайн

Решительно сжав зубами опухшие губы, она очень медленно и осторожно потянула на себя стреляющую болью ладонь.

— Крепкие же у тебя зубки, вампиреныш — произнесла Светлана, с испугом оглядывая прокушенный до самой кости палец. Кровь тонкой струйкой потекла по поднятой вверх ладони. Палец значительно увеличился в объеме и побагровел, а ноготь на нем стал почти что черным.

Словно в ответ на ее реплику, Цветогор нервно облизнул испачканные кровью губы.

— О, оно как! — выдал он, вроде бы ни к чему не относящуюся фразу — его ресницы дрогнули, однако глаз он так и не открыл.

Светлана легонько потрясла его за плечо — эльф ни как не прореагировал на ее действия, голова его безвольно болталась из стороны в сторону, словно у марионетки, потерявшей связь со своим кукловодом. Светлана оттянула веко. Зрачков совсем не видно. Плохо.

Что же делать? Остался ли в ее сумочки пузырек с нашатырем, с того случая, когда она приводила в чувство последнего своего пациента? Она очень на это надеялась…

Бац!!! Светло! Однако вновь появившиеся чувства — не сказать, что бы очень приятные. Какой-то резкий запах, от которого мозги кажется вот-вот взорвутся и разнесут голову на мелкие кусочки. А ощущение того, что кто-то совсем недавно от души врезал тебе в глаз? Согласитесь — это не совсем то, чего ожидаешь от приятного пробуждения.

— Ну все, все — Светлана тянется к нему с каким-то подозрительным ватным тампоном.

Цветогор с испугом и обидой во взгляде пытается отползти в сторону, только у него получается плохо — слабоват он еще.

— Да успокойся же ты, все в порядке — ласково увещевает его Светлана — у тебя кровь носом пошла, нужно остановить.

…Зеркало взорвалось тысячами осколков. Куртку с кучей острых кусков стекла со страшной силой отшвырнуло к стене фургона, которая заметно промялась в месте удара.

Максим вздрогнул и вскочил со стула, опрокинув при этом стакан с горячим кофем на пол. Ему подумалось, что это уже стало нехорошей традицией.

Сердце подпрыгнуло к горлу и бешено затрепыхалось, побежав на перегонки с бурным потоком нехороших мыслей. Сиди он перед зеркалом, ему бы скорее всего разворотило все лицо, если бы вовсе напрочь не снесло голову.

Однако гнев и возмущение вдруг сменились осознанием. Ведь удар, скорее всего, шел в обе стороны, а на том конце находится его друг, а не бездушная стекляшка.

— Цветогор — хрипло прошептал Максим побелевшими губами.

Тишина.

— Цветого-о-ор!!! — уже во все горло — навзрыд, на разрыв.

Вновь тишина.

Щиплет в носу, слезы наливаются, готовые сорваться бурным потоком. Неужели он потерял своего единственного друга в этом мире?

— Оглохнуть можно. Ты орешь, как мадам Хлоя, когда с подоконника библиотеки стащили ее любимую мандрагору — раздался вдруг слабый, едва слышный голос из единственного уцелевшего кусочка зеркала, который криво повис на развороченной раме — жив я… почти. Если ты своими воплями меня не доконаешь, то все будет нормально.

— Максим, у нас все в порядке — послышался более бодрый голос Светланы.

— Ага, только попроси ее не совать мне больше под нос эту гадость, до сих пор заикаюсь и глаза слезятся. Вот бы господину Вилькеру, в его нюхательный табак пару капель…

Сжавшееся было сердце понемногу расслабляется.

— Ах да!!! Забыл самое главное!!! — вдруг закричал Цветогор.

— Что случилось? — спросил Максим — сердце бухнуло, вновь собралось в комок и умчалось в район пяток.

— У меня зуб выпал!!! Последний, молочный!!!

— Ну ты придурок — прошептал Максим.

И все же, прикрыв ладонями глаза, он вновь зарыдал — зарыдал неудержимо, взахлеб, однако и с необыкновенным облегчением и с новой надеждой.

Настал черед тяжелой техники. Танки вязли в жидкой грязи, наполняя воздух устрашающим рокотом и солярным выхлопом, стремясь как можно быстрее преодолеть территорию с раскисшей почвой. Комья мягкой земли взлетали высоко вверх из под траков мощных железных машин.

Войска Каргерии так же отступили назад, пропуская вперед свою тяжелую технику — драконьих мамонтов.

Боевые вертолеты прогревали двигатели, готовясь поддержать наземную технику с воздуха.

Танки растянулись широким фронтом, мамонты же, образовав острый клин намеревались прорваться к живой силе противника.

Теперь только грубая сила против грубой силы, ни какого волшебства. Прыжок, еще один — вожак мамонтов рвется в бой.

— Осколочными огонь!!! — командует командир подразделения, когда до противника остается около километра.

Выбранная мамонтами тактика себя не оправдывает, танки бьют точно, разрывы ложатся кучно, прямо посреди разъяренных животных.

Однако ни шрапнель ни ударная волна не причиняют бронированным монстрам ощутимого вреда. Нет они не бессмертны, но их защита вполне сопоставима с броней суперсовременной техники.

— Борт номер шесть, дай-ка бронебойным, прямой наводкой.

— Вас понял, нужно подойти поближе.

— Действуй, борт номер шесть.

Не смотря на внушительные габариты, драконьи мамонты оказались весьма маневренными созданиями. Ведущий экипаж воспользовался эффектом неожиданности и первым же бронебойным снарядом сумел вывел из строя одного из монстров. Снаряд пробил толстую броню толстокожего чудовища и добрался до самого сердца. Уже смертельно раненным мамонт сделал огромный прыжок и рухнул в слякоть, подняв высокий грязевой фонтан. Не смотря на чудовищную рану, драконий полукровка еще с десяток минут боролся за свою жизнь, оглашая окрестности высокими звуками, режущими слух. Крики его агонии разносились далеко вокруг, он тяжело бил ногами и размахивал хоботом.

Имелась информация об их просто феноменальной способности к регенерации, поэтому командование решило не рисковать и послало к нему два вертолета, которые накрыли его реками напалма. Будь он настоящим драконом, человеческий огонь не причинил бы ему ни малейшего вреда, однако животная составляющая сущности не выдержала чудовищных температур. Еще через пять минут от него осталась лишь гора расползающейся плоти, от которой шла волна нестерпимой, едкой вони, словно от взорвавшегося химического завода.

Но на этом дело и застопорилось.

Отчаянно взревев, вожак велел разбить строй и давить железные машины по одной.

Теперь настала очередь мамонтов преподать урок землянам. Двое из них, хитро уворачиваясь от танковой пушки — то взлетая, то приземляясь, настигли на правом фланге отставшую от других железную машину. Перевернув ее, словно черепаху, они просто напросто втоптали ее в землю.

Современные танки и танки магические уже около трех часов соревновались в маневренности и убойности своего оружия. Теперь попасть прямой наводкой стало на порядок сложнее, пришлось задействовать самонаводящиеся ракеты. Железные машины имели преимущество в скорости, однако не могли летать в отличии от мамонтов, которые легко уходили с линии атаки, взмывая в небеса.