Изначальные
Шрифт:
С огромным трудом перевалившись через верх открывшейся капсулы, командор несколько минут переводил дыхание, лежа на голом полу. Гладкое покрытие, неприятно холодило влажную и такую еще нежную кожу. – Словно новорожденный, - невольно подумал он. – Осталось еще зареветь, да мамкину сиську попросить!
Дориан провел рукой по лицу, стирая с него остатки геля. Затем, осторожно открыл глаза и огляделся. Как он и ожидал, стул был пуст, вещи ему пока не принесли, что было очень плохо. Опираясь костяшками пальцев об пол, он встал на колени и, превозмогая головокружение, огляделся.
В некотором роде, ему повезло. В длинной цепочке регенерационных капсул, его была самая крайняя от двери. И находилась ближе всего также и к вешалке, на которой, в настоящий момент, висело лишь одно полотенце. Протянув руку, мужчина сдернул его и, оценив не очень большой размер, ловко обернул вокруг талии. Еще минута отдыха, резкий рывок, и вот он уже стоит, пошатываясь, на ногах.
***
Дверь с тихим шипением отъехала в сторону. В рубке управления, было необычно шумно. Команда, практически в полном составе, стояла, перед экраном обзорника и бурно жестикулируя, что-то обсуждала.
Дориан шагнул вперед и громко спросил:
– Что обсуждаем?
В рубке мгновенно повисла звенящая тишина. Двенадцать голов одновременно обернулись на начальственный голос и застыли, разглядывая полуголого, покрытого подсыхающей слизью и прикрытого лишь повязанным вокруг бедер полотенцем, командора.
Дориан расправил плечи и с независимым видом, словно стоял одетым по всей форме, повторил вопрос:
– Я спрашиваю, что обсуждаем такого важного, что дает вам право покинуть свои места, занимаемые, согласно штатному расписанию?
Молча, словно тени, люди потянулись на выход. Спустя несколько секунд, в рубке остался лишь помощник.
– С пробуждением, вас, командор! – козырнул он начальнику и освободил его кресло.
Дориан коротко кивнул Катрану и прошел к своему месту, мимоходом замечая, что лицо помощника крайне серьезно, что уже напрягало. Тяжело опустившись в кресло, командор с вопросом: «Так что у вас тут», развернул его к визору и замер.
Практически всю ширину экрана, занимала застывшая композиция из двух, сцепившихся кораблей. Вернее, из одной станции и огромного, древнего космического шаттла.
– Великий космос! – командор приподнялся в кресле и снова в него рухнул. – Им что, места было мало, что разойтись не смогли?
– Думаю, командор, что шаттл намеренно пошел на таран.
– Ну, и чем ему станция не угодила? Там все живы?
– Не совсем, командор, - словно от зубной боли, сморщился помощник. – Шаттл не отвечает на вызовы, но, судя по его внешнему виду, это один из первопроходцев. Только их уже давно пустили на переплавку. Этот-то откуда здесь взялся?
Командор подошел к экрану визора и внимательно вгляделся в торчащий из станции, под углом в сорок пять градусов, бок корабля. – Катран! Неужели не узнал!? Это же наш старый добрый ТШПР-004!
– Транспортный шаттл планетарной разведки? – Помощник встал рядом. – Да, модификация и впрямь, его. – Катран улыбнулся и посмотрел на командора. – Помнишь, наш первый рейс?
– Такое не забудешь, - вернул улыбку Дориан. – Только ребят, жалко.
– Да, тогда еще сознание не научились архивировать.
Командор кивнул. На его щеках заходили желваки. Мужчина встряхнул головой, словно отбрасывая от себя несвоевременные воспоминания.
– Так что там с жертвами, я не понял. На станции, они, есть?
– Один человек погиб. В этом захолустье, на окраине судоходных путей, на станции по полгода дежурили парами. В это раз, также было два человека. Один сутки дежурит, второй развлекается в противоположном отсеке «бублика». Так вот тот, который дежурил, погиб.
Дориан приподнял бровь.
– Значит, не стал поворачивать станцию, подставляя товарища, а принял удар на себя? Похвально! Такие смельчаки нам нужны! Где сейчас тело?
– От тела… мало что осталось, лишь фрагменты. Но клонированию они вполне подлежат. Сейчас на станции заканчивают работать спасатели. Второго уже спасли, он сейчас… - Катран бросил взгляд на монитор. – Уже направляется сюда.
Раздался стук в дверь и почти сразу она открылась. Вахтенный козырнул, приветствуя командора, и отступил в сторону, пропуская в рубку управления, молодого парня. Едва тот шагнул вперед, дверь за ним закрылась.
Цепкий взгляд командора, испытывающе впился в спасенного. Парень выглядел крепким, как собственно и все Аннунаки, но его взгляд обеспокоенно метался по сторонам. Дориан был уверен, что спроси у него сейчас, что он видел в рубке? И парень вряд ли сможет ответить на вопрос. Похоже, оставшийся в живых не смелый, не уверенный в себе, но главное, без исследовательской жилки. Не подходит. – Вынес вердикт командор.
Везде, где бы мужчина ни появлялся, он на автомате искал новые кадры. А их всегда не хватало. Космос велик, а неисследованных планет еще великое множество.
С тех пор, как Ануннаки стали практически бессмертны, найдя способ переносить сознание человека в тело клона, постоянно требовались новые планеты для заселения. Колыбель всех Аннунаков, планета Нибиру, атмосфера которой в течение тысячелетий поддерживалась благодаря распылению в ней, золотой пыли, все же погибла. Аннунаки расселились на десятки других планет, но поиски новых, все продолжались.
Командор везде, где только можно, искал смелых и находчивых молодых парней, горящих жаждой приключений, но обладающих отменной реакцией, а также, аналитическим складом ума и некоторой долей хладнокровия. Поистине взаимоисключающее сочетание для молодежи. И все же, такие находились. Сейчас же командор, был разочарован.
Для этого парня со станции, опасность давно миновала, но он чувствовал себя неуютно, о чем говорили, его бегающие глаза и постоянно потеющие ладони, которые он, то и дело вытирал о брюки комбинезона. Командор вздохнул, и задал вопрос:
– Расскажи, что произошло на станции.
Юноша нервно облизнул губы и неожиданно тонким для такой крупной фигуры, голосом, запричитал:
– Я вообще ничего не знаю! Я плавал в бассейне, когда это случилось! Я только плавал. Плавал и больше ничего!
Дориан поморщился. Пожалуй, молчащим, этот парнишка ему больше нравился. Но нужна была информация, чтобы разобраться во всем произошедшем, поэтому он, глубоко вздохнул и начал с другого конца:
– Как тебя зовут?
– Бертран. – Парень заулыбался. – А вас как?