Чтение онлайн

— Луковые колечки? — альфа удивленно приоткрыл пакет, из которого пахло овощами. — Не припомню, чтобы я их любил.

— О, ну конечно же, ты их любишь, дорогой, — отозвался его супруг, небрежно помахивая разделочным ножом.

— Ну, раз ты так говоришь, — согласился мистер Коулман. — Пусть будут колечки. Так что ты хотел мне рассказать?

Тобиас неспешно порезал лук, разложил его на сковороде и только после этого, вытирая проступившие слезы салфеткой, ответил:

— Сегодня в клинике я сделал УЗИ, и врач сказал, что у нас с вероятностью в девяносто процентов родится омега. По-моему, это очень даже неплохо.

— Еще бы! — просиял Лео. — Закари будет защищать младшего братишку и отгонит от него всех неподходящих женихов в будущем.

— Если этот крепыш станет еще больше, ему достаточно будет грозно посмотреть — и я сам убегу, — пошутил омега. Он охотно принял объятия мужа и прикрыл глаза, прижавшись к его плечу лбом. Лео почувствовал, как на рубашку капают слезы.

— Эй, что с тобой? — встревожился он. Тобиас пожал плечами:

— Да я так… Это все лук.

Альфа сделал вид, что поверил.

Вечером, когда на светлом весеннем небе зажглись первые звезды, Лео отправился в душ. Он уже чувствовал приятное возбуждение и понимал, что этой ночью они с Тобиасом попробуют очень тихо и осторожно заняться сексом.

В спальном уголке квартиры его поджидал приятный сюрприз. Тобиас стоял перед зеркалом, придирчиво рассматривая себя с ног до головы. На нем был только легкий халат, сейчас распахнутый, и круглый живот можно было рассмотреть во всех подробностях.

— Люблю вечера, — произнес Тобиас, увидев через зеркало, что муж рядом. — В это время я могу забыть о боли в спине, тошноте и странных желаниях отведать то, что несъедобно. Как будто наш ребенок тоже ложится спать.

Лео подошел к нему и обнял за плечи, разглядывая через плечо омеги его живот.

Беременность удивительно красила Тобиаса, в нем появилось что-то умиротворяющее — то, что принято называть «внутренним светом». А его живот и вовсе вызывал у Леонарда чувство, близкое к священному трепету. Нет, действительно, только подумать, там рос сейчас его ребенок! Желанный обоими родителями, славный маленький омега. Может быть, он будет маленьким и милым, а может, рослым и сильным, как его отец — но главное, что этот омега станет счастливым ребенком в кругу семьи.

Сейчас Лео любил весь мир. Будь он в суде, наверняка отпустил бы какого-нибудь воришку, просто по случаю своего невероятного счастья. Альфа вздохнул и положил ладони на живот мужа.

— Зачем тебе этот халат? — пробормотал он. — Только мешает. Дай-ка мне посмотреть поближе на моего будущего сына и поздороваться с ним!

Омега иронично покосился на супруга, отлично зная, чем обычно кончались такие просьбы. Но пока что у него еще не наступил предельный срок, после которого заниматься любовью было нельзя, так что он охотно поддался на провокацию. Только до кровати дошел сам — Тобиас не любил, когда его таскали на руках, предпочитал самостоятельность.

Лео радостно забрался под одеяло и потянулся к любимому. Лампу у кровати они погасили, и некоторое время темноту наполняли только тихие-тихие звуки поцелуев. Тобиас сунул руку под одеяло и нетерпеливо погладил член мужа, оголяя горячую головку. Беременность почему-то усилила в нем половое влечение, особенно в ночные часы и по утрам, и омега буквально требовал своего.

— Сейчас, сейчас, родной, — успокоил его Лео. Приподняв ноги супруга, он помог Тобиасу устроиться у себя на бедре и, прижав член к пульсирующему отверстию ануса супруга, медленно толкнулся внутрь. Тобиас тихо застонал, прикрывая рот рукой. Чувствительность заднего прохода увеличилась, он всем телом ощущал, как глубоко и часто ходит в нем пенис любимого. Альфа обнимал его, удерживая одной рукой за плечи, а второй поглаживая живот.

— Мой прекрасный, драгоценный, близкий, — прерывисто шептал Тобиас при каждом толчке. — Как же хорошо, Лео… Как замечательно!

Альфа с восторгом касался пальцами его живота, гладил теплую ямку пупка, поддерживал живот у паха, чтобы омеге было полегче. Тобиас благодарно стонал и обеими руками ласкал свой собственный член, увеличивая удовольствие.

Он вздрогнул, принимая в себя семя супруга, и еще несколько раз с трудом насадился на его член, кончая. Лео отпустил дрожащего омегу, и тот расслабленно устроился рядом, переводя дыхание.

— С каждым разом это все лучше, — признался Тобиас. — Спасибо, что не считаешь меня больным или немощным. А то слышал я рассказы кое-кого из знакомых, как некоторые альфы своим мужьям вообще запрещают двигаться. А это ведь вредно!

— Ну что ты, — успокоил его прокурор, — я не ограничиваю тебя, ты здоров и силен, ты родишь мне славного малыша. Только будь поаккуратнее, не носи пакеты, как сегодня. Если надо, лучше позвони мне, я подъеду.

Он поправил светлую прядь, упавшую на щеку мужа, и улыбнулся.

— Ты прелесть, знаешь это? Чем больше твой живот, тем ты красивее. А когда родишь, станешь совсем прекрасен.

— Тогда ты будешь меня недостоин, — подмигнул Тобиас, — и я посвящу свою жизнь воспитанию детей. Кстати, об этом. Я хочу вернуться к работе, когда оправлюсь после родов и наши детишки подрастут, так что, пожалуйста, давай пока обойдемся одним младенцем, ладно?

Лео кивнул. Он знал, что должен бы бояться, что Тобиас сосредоточится на работе, как Марко, но… Черт возьми, если уж быть до конца честным, он давно перестал сравнивать бывшего мужа и нынешнего. Молодой гувернер не раз давал понять, что не бросит ни детей, ни его — значит, не о чем волноваться.

Доверие. Это было новым чувством для Леонарда в отношениях с омегой, прежде он доверял только коллегам и Джереми. Между ним и Тобиасом не было той безумной, всепоглощающей страсти, которая в первое время существовала между Лео и Марко, но зато теперь альфа понимал, что нашел лучшего мужа для себя.

Незадолго до родов Тобиас возжелал выбраться погулять. В тот вечер Леонард как раз вернулся с доброй вестью: он закончил дело, над которым работал целых три месяца, и выиграл еще один процесс.

— Это надо отпраздновать, и не спорь со мной! — непререкаемым тоном заявил Тобиас. — Я позвоню папе и отцу, они будут рады провести вечер не за сериалом, а с приемным внуком. Отец давно мечтает, что когда Зак подрастет, он сам научит его играть в футбол. Вот пусть пока тренируется на настольных играх. Благо, Закари уже уяснил, что фигурки есть не полагается.

— А знаешь, это неплохая идея, — признал Леонард. — Тогда собирайся, а я уговорю твоих родителей.

Деятельный папа Тобиаса и его полный, громогласный супруг заявились спустя час. Что Лео неизменно удивляло, так это крепость семейных уз по линии его нового мужа. Должно быть, после того, как их сын пытался покончить с собой, супруги Мур осознали, что для них ценно на самом деле, и прекратили ссориться. Уникальный случай, что и говорить.