Чтение онлайн

Она все еще думала, что это связано с убийством Феликса.

Алессандро сел на кресло рядом со мной. Я привела его как своего гостя. Он был в полном своем обличье графа Сагредо — красивый костюм, красивые волосы, красивая улыбка. Вы ни за что не поймете, что менее двадцати четырех часов назад он убил шестнадцать профессиональных солдат Аркана. Я до сих пор помню его измазанным сажей и кровью. Я также помнила, как проснулась рядом с ним этим утром. Покрытый сажей и кровью или чистый и в моей постели, мне было все равно. Я буду с ним, что бы он не делал.

Алессандро заметил мой взгляд, взял мою руку и сжал.

Массивный зал вокруг нас медленно заполнялся Превосходными в черных, как смоль, мантиях, и на плечах каждого был накинут зеленый палантин. Мы были в верхней палате, где могли голосовать только главы различных техасских Домов. Шерил требовала, чтобы судили ее равные ей, и только главы Домов имели на это право.

В пяти рядах впереди, в кресле-каталке, сидел Ландер Мортон. Справа от него сидел темноволосый подросток, а слева две девочки помладше, обе с одинаковыми шоколадно-каштановыми волосами. Ландер привел детей Феликса к убийце их отца.

Я сделала доклад Ландеру. Он был тщательно откорректирован Линусом, но излагал версию событий с достаточной точностью. Шерил спустила в Дыру незаконный конструктор. Когда Феликс решил обратиться за помощью извне, она запаниковала, заманила его в Дыру и убила. Затем конструктор взбесился, и когда Шерил поняла, что правда скоро всплывет, она привела промышленную армию своего Дома, чтобы убить всех свидетелей.

Линус совершил налет на мастерскую Шерил. Он нашел пузырек со следами сыворотки Осириса. Вот что осталось от образца Шерил. Она использовала все это, чтобы подтолкнуть разум безымянного телепата к превращению в Бездну. Она не знала, как воспроизвести сыворотку, и, вероятно, решила, что привлекать кого-то еще для ее воспроизведения слишком рискованно.

Как по команде, Шерил вошла в дверь, окруженная Превосходными. Я узнала несколько лиц, все старые Дома, все уважаемые. Она увидела Ландера и продолжила идти, глядя прямо перед собой. Ее отделение защищало ее от пристального взгляда Ландера, но не от его голоса.

— Смотрите, дети, — прохрипел он. — Посмотрите на женщину, которая убила вашего отца.

Шерил пересекла зал и села в первом ряду с другой стороны.

Алессандро поморщился.

— Что?

— Мне следовало ее убить.

— Ты не можешь просто так убить святую Хьюстона, без всякой помпезности и обстоятельств.

— Я это понимаю. Я просто не люблю оставлять дело незаконченным. Это была моя последняя работа. Жаль оставлять все так.

Верно. Ландер нанял его, чтобы убить убийцу своего сына. Стойте…

— Последняя работа?

Он повернулся ко мне.

— Я же сказал тебе. Я не уйду.

Он останется. Он действительно сделает это.

У меня зазвонил телефон. Берн звонил… странно. Он почти всегда писал. Я приложила телефон к уху.

— Да?

— Наконец-то я получил запись с бензоколонки возле загородного клуба Кристиана Рейвенскрофта. Ты говорила, что телекинетик Превосходный. Ты уверена?

— Да. А что?

Темноволосый мужчина сел в ряд позади нас. Алессандро замер.

Я повернула голову и посмотрела на мужчину. Меня поразило узнавание.

— Я тебе перезвоню. — Я повесила трубку.

Продолжать было незачем. Я знала, кого Берн увидел на этой записи.

Я вгляделась в его разум.

В этом не было никакого смысла. Этот человек был едва заметен, когда мы виделись в последний раз. Теперь он был Превосходным, сверкающим, полным силы Превосходным. Это была сила, которую я чувствовала в Дыре.

— Давно не виделись. — Мужчина ухмыльнулся мне, его красивое лицо стало резким.

Я старалась говорить нейтрально.

— Превосходный Сагредо, позвольте представить вам Ксавьера Рамиреса Секада. Когда-то он приходился двоюродным братом Рогана.

— Мы встречались, — сказал Алессандро.

Телекинетик, солодовый завод, полуприцеп. Ксавьер был тем, кто сбросил Алессандро с той башни, чуть не убив его.

— Теперь Превосходный Секада. Вам, наверное, интересно, как, — сказал Ксавьер с легким испанским акцентом. — Сыворотка Осириса замечательная штука.

Когда мы напали на «Диатек», любимый ученый Аркана пытался найти способ усилить магию с помощью сыворотки. Она искажала своих подопытных. Очевидно, не всех.

Ксавьер оперся локтями о спинки наших кресел и кивнул в сторону Ландера и детей.

— Давайте договоримся, если вы пошевелитесь, они умрут.

Алессандро оглядел зал.

— Если бы это зависело от меня, — продолжил Ксавьер, — я бы убил вас обоих. — Он посмотрел на Алессандро. — Тебя по очевидным причинам. — Он посмотрел на меня. — А тебя, потому что ты разрушила мою семью.

— Ты разрушила его семью, а меня не пригласила? — спросил Алессандро с легкостью в голосе.

— Я ничего не разрушала. У Ксавьера сложилось впечатление, что он родственник Рогана. Я просто узнала, что его мать решила изменить своему мужу. — Я посмотрела на Ксавьера. — Я не виновата, что ты бастард.

Ксавьер оскалился.

— Когда придет время… а оно придет, я заставлю тебя страдать. Я научился множеству чудесных способов заставить боль длиться долго-предолго.

— Ты был маленьким садистом, когда был подростком, — сказала я ему. — Вижу, ничего не изменилось.

— Это же так весело, — сказал Ксавьер. — Но, к сожалению, мне нужно уладить кое-какие дела.

— Валяй, — попросил Алессандро. — А то мне становится скучно.

— Ну, этого мы не можем допустить. Старик чувствует себя обязанным тебе за то, что убил твоего отца у тебя на глазах. Он не узнал тебя в Монреале, но понял, когда ты вернулся к жизни, как Лазарь. Он склонен позволить тебе уйти. Он считает, что это справедливо. Он убил твоего отца, ты убил троих его лучших друзей, и давай не будем забывать о Шерил.

— Я потрясен его великодушием. — Голос Алессандро звучал легко и непринужденно.

— И должен быть. Как я уже сказал, я этого не понимаю, но он босс. Отойди, перестань пытаться убить его, перестань портить его планы, и он забудет о прошлом. Однако этот динамичный дуэт, что возник у вас, раздражает, поэтому я получил приказ разлучить вас двоих.

Ксавьер улыбнулся мне.

— Все, что ты о нем знаешь — ложь. У его семьи нет ни гроша и они по уши в долгах уже не одно поколение. Они начали брать взаймы в восемнадцатом веке и с тех пор не останавливались. Теперь они так глубоко в долговой яме, что никогда оттуда не выберутся. Его машины? Взяты напрокат. Его одежда? Куплена в секонд-хенде. Его фото? Постановочные. Магия фотошопа.