Чтение онлайн

– Так что там с таверной-то в итоге? – перебила ее я, – не закрыли хоть? А то обидно было бы так ни разу и не попробовать, что там готовят.

– Диана, знаешь, иногда ты меня просто пугаешь, твоя практичность даже для темной как-то чересчур, – в притворном ужасе посмотрела на меня Памела, – я думала, ты спросишь, как там Винсент Чант, ну или хотя бы Оливер Эванс?

– И как? – без особого интереса отозвалась я,не то, чтобы мне не было жалко этого несчастного некроманта, самого явно ставшего жертвой, но всерьез переживать из-за незнакомого мне человека, из-за которого я к тому же сама провалялась в лазарете два месяца, я считала нецелесообразным. Судьба Оливера меня волновала чуточку больше, но Памеле об этом знать было не обязательно.

– Короче, таверна на месте и работает, – успокоила меня Памела, Оливер Эванс жив, здоров и безмерно тебе благодарен, а вот Винсенту повезло гораздо меньше, он хоть выжил, но полностью выгорел, так что академию ему пришлось покинуть. Расследование инцидента с настойкой продолжается, но подробностей я не смогла даже с Михаля стрясти.

– Ясненько, – я задумчиво сцепила руки в замок, – а насчет меня Михаль ничего не говорил? Как бы меня тоже с академии не выперли, а то ведь я два месяца учебы пропустила.

– Михаль не говорил, но декан Дарро разрешил дать тебе небольшую отсрочку к экзаменам. Он, кстати, так и предсказывал, что ты через два месяца очнешься, и даже на Изумрудный бал сможешь попасть.

– Вот уж бал-то как раз можно было и пропустить, – фыркнула я, – а отсрочка большая?

– Две недели, – радостно закивала Памела и, заметив мой скептический взгляд, добавила, – это максимальная отсрочка на нашем факультете, могли бы вообще на второй год оставить. Это Михаль добился, декан Дарро вообще считал, что раз ты сама полезла в заварушку, то тебе и ответственность нести, это же одно из правил темных магов.

– Ну так-то они правы, – не смогла не признать я, – никто меня не просил никого спасать, тело само дернулось с какого-то перепугу. А вот подозрительная доброта Михаля меня уже напрягает, надо бы с ним поговорить, чтобы парень себе напрасных иллюзий не строил.

– А он тебе совсем-совсем не нравится? – осторожно спросила Памела.

– Да не то чтобы не нравится, – я неопределенно пожала плечами, – он и внешне довольно привлекателен, и характер его мне импонирует, несмотря на его репутацию ловеласа, но знаешь, бывает смотришь на что-то и отчетливо понимаешь, что это не твое. Без причины, чисто интуитивно.

– Иногда, чтобы окончательно решить, что твое, а что нет, нужно все-таки хотя бы попробовать, – раздался вдруг сбоку мужской голос, и я чуть не подпрыгнула в кровати.

– Михаль, ты чего пугаешь? – взвизгнула Памела, – разве можно так подкрадываться?

– Простите, не удержался, – Михаль весело улыбнулся, но в глазах его мне почудилась легкая грустинка, – хотел вот навестить нашу героиню, знаю, что есть тебе пока нельзя, поэтому ничего сладенького не захватил, зато принес, что почитать, – и он протянул мне связку тетрадей.

Я машинально взяла связку в руки, отметив про себя, что это, похоже, очередная подборка конспектов для подготовки к экзамену, и тут, другой рукой, которую до этого Михаль прятал за спиной, он протянул мне букетик маленьких черных цветов, явно полевых, но довольно красивых.

– Спасибо, – почему-то смущаясь, произнесла я, понимая, что отказываться сейчас от цветов как-то неловко, тем более, что конспекты я уже взяла.

– Да не за что, – усмехнулся Михаль, – готовься, отдыхай, а мы с Памелой пойдем, а то уже поздно.

– Хорошо, – кивнула я, положив на колени тетради и цветы.

– Да, Диана, до завтра, – Памела помахала мне и подхватила под руку Михаля, – постараюсь к тебе перед занятиями заскочить, не скучай!

– До завтра, – вздохнула я, чуть ли не впервые почувствовав, что мне не хочется оставаться одной.

– Да, – вдруг обернулся в дверях Михаль, – забыл сказать, что очень рад, что ты наконец-то очнулась, – и, не дожидаясь ответа, вышел под руку с Памелой.

Я на несколько секунд зависла, задумчиво глядя на закрывшуюся за ними дверь, потом пожала плечами и принялась разбирать конспекты. На второй год оставаться не хотелось совершенно.

Я входила в празднично украшенный зал с чувством легкого раздражения. Последнюю неделю я очень мало спала, отдавая все время и силы учебе, и все великолепие декораций, все эти гирлянды, цветы, фонарики, сверкающие люстры, горящие свечи не то что не радовали, а откровенно бесили. Не говоря уже о толпе наряженных, надушенных, галдящих людей. И это я не только девушек имела в виду, некоторые парни в стремлении украсить себя любимых превосходили иных модниц.

С другой стороны, я понимала, что это другой мир, другие правила и нравы, в которые мне не стоило вмешиваться, поскольку смысла в этом не было никакого. Я зевнула, еще раз оглядела зал в поисках тихого уголочка, где можно спокойно пересидеть творящееся вокруг веселье, но тут мой взгляд упал на накрытые различными яствами столы, и жизнь сразу заиграла новыми красками. Я с удовольствием перепробовала кучу аппетитных закусок, запивая их шипучим ягодным напитком и почувствовала, что Изумрудный бал – это не такое уж плохое мероприятие.

Я как раз прицеливалась попробовать запеченную в пряных травах рыбу, как меня обнаружила Памела. Я-то думала, что ей будет не до меня, поскольку на бал она пошла со спутником, каким-то некромантом с третьего курса, но не тут то было.

– Диана, – возмущенно зашипела она, предварительно отправив своего кавалера за напитками с другого стола, – ты все-таки пошла в ученической мантии?

– Ну да, а что такого? – я все-таки подцепила вилкой кусочек рыбки, положила в рот и блаженно зажмурилась.

– Что такого? Да это же твой первый бал в академии! – Памела продолжала грозно сверкать глазами, – ну ладно ты не захотела спутника себе выбрать, но как можно не надеть платье?

– Ты так возмущаешься, как будто я голышом сюда пришла, – я усмехнулась и съела еще кусочек рыбки, – попробуй, вкуснотища.

– Не хочу, – обиженно насупилась Памела.

– Да не расстраивайся ты так, – примирительно произнесла я, – ну не люблю я все эти платья, а уж бальные меня особенно вымораживают. Как подумаю, сколько люди готовы денег отвалить за какую-то тряпку, чтобы один раз в ней выйти в свет, прям плакать хочется.