Извините, но я люблю злодея!
Шрифт:
Я знаю, так было и в оригинальной книге.
Я знаю, что это в норме, ведь я работаю.
Но… ладно если бы чай наливала только Фредерику, он всё же считается моим господином. Однако, что тут забыла Аннабель? Если честно, я уже от неё устала. Ясное дело, что я лишь причина для её появления. Нет, сама девушка искренне хочет увидеть свою сестрёнку. Она добра, мила, хочет быть полезной, но мне она уже надоела.
Возможно, если бы эта девчонка не пичкала меня сладостями, словно куропатку на убой, я бы также была рада её видеть, но… это в прямом и переносном смысле вредит моему здоровью.
Однако должна отметить, что сейчас у меня есть уникальная возможность лицезреть книгу собственными глазами. Романтическая атмосфера, легкий флирт между героями, попытки Фредерика обратить на себя внимание милой Аннабель и её беспечное игнорирование. Она словно не замечала того, с каким щенячьим восторгом он на неё смотрит. Как лелеет их общение. Как жаждет ещё больше внимания. И одним только телом пытается сказать, что он сделает для неё всё. Всё, чего бы она не попросила.
Но Аннабель типичный подросток и девушка своего времени. Ранее я этого не замечала, а если и замечала, то пролистывала все самые скучные моменты. Но вот живя в книге понимаешь, перелистнуть пару страниц не получится.
Беда…
— Но раньше Дурнушке нравились сладости и всё то, что я приносила, — продолжала грустить Аннабель. — Что же изменилось?
Ну, например, появилась я, у которой имеется знание о здоровой пище и осознание того, что с таким багажом мне долго не жить. Хотя я так или иначе скоро вновь умру, если немедленно что-нибудь не придумаю с ванной. К моему удивлению, это оказалось ещё той проблемой. Отдельные туалеты были, а вот отдельных ванн — нет. Вернее, ванные комнаты были, но у каждого господина своя в своей личной комнате. Так просто, без лишних свидетелей, туда не пройти.
Ой, чего она вновь тычет мне в лицо пирожным? Разве не ясно с первого раза, что я не хочу?! Даже главный герой всё понял! Что не так?
А ну-ка, сделаем небольшую корректировку. Взяла из корзинки сладостей, которую притащила Аннабель, кусок торта в форте треугольника, после чего поднесла его девушке ко рту, точно так же, как она это делала только что мне.
— Ой! — ахнула Аннабель, после чего отошла и мило улыбнулась. — Дурнушка, ты чего? Это не мне, а тебе. Я не могу такое есть.
Э? То есть я могу, а ты нет? С чего бы это? Но ответ не заставил себя долго ждать.
— Я девушка и наследница семьи Девон, я не могу позволить себе есть нечто подобное, — отозвалась она, ласково улыбаясь, после чего подошла к столику, взяла салфетку и изящно убрала следы сладостей со своего лица.
Что я только что услышала? Ты девушка? А я тогда кто? Поросёнок, который всё съест? Ну, если смотреть на результат, то так оно и есть. Вот же… Она реально напоминает мне мою сестру из прошлой жизни. Вот кого я точно терпеть не могла, за такое поведение.
— Если ты боишься поправиться, то не стоит. Ты будешь прекрасна в любом весе, — отозвался Фредерик, привлекая внимание девушки.
Эй, я вообще-то её родная сестра. У нас одни и те же волосы, цвет глаз, положение и родители, но вот чего-то мне в ножки ты не кланяешься. Если врёшь, то ври хотя бы правдоподобнее, влюблённый Ромео.
Однако похоже слова Фредерика понравились Аннабель, и она наконец-то смущённо улыбнулась ему, выражая свою благодарность. Мне бы, конечно, в идеале уйти, но раз она прекратила пичкать в меня свои пирожные я и этому рада.
Самое удивительное то, что в прошлом я не любила сладости, хотя это тело явно их любит. Я чувствую желание. Но это не удивительно. Наверное, сладкое — это единственное, что доставляло Дурнушке радость. И раз ты получаешь сладости, то подсознательно чувствуешь, что тебя любят. Но это ведь чушь.
Я бы и дальше стояла рядом с этой парочкой, если бы в один момент в нашу сторону из здания не направились пятеро. Две женщины, два мужчины и один ребёнок, который был молодым маркизом.
О! Так он успел наябедничать на меня. Его окружала супружеская пара маркизов и герцогов. Все встревоженно посмотрели в мою сторону.
— Это она! — кричал мальчишка. — Это она, я точно говорю!
— Что происходит? — спросил Фредерик поднимаясь со своего места. — Отец, матушка, прошу вас объяснитесь.
— Эта дурында сказала, что сядет на меня и раздавит мне все рёбра! А после расчленит и раскидает мои останки по вашим владениям! — со слезами на глазах кричал мальчик. — Она хочет убить меня!
— Боже! — ахнула Аннабель, прижав ладони ко рту. — Ваше Сиятельство, — обратилась к молодому маркизу. — Вы должно быть ошиблись. Моя сестра… Она… Она бы никогда…
— Это она! — не сдавался сопляк и я едва сдерживалась, чтобы не засмеяться в голос. Ох, это оказалось труднее всего. — Она! Вы должны мне верить! Должны!
— Дурнушка, — обратился ко мне пожилой герцог, уставшим взглядом. Светлые волосы коротко подстрижены и зачёсаны назад, но в голубых глазах ещё имелся огонёк.
— Дыа… — протянула я, тут же меняя голос на тягучий и гнусавый.
— Ты… эх… это правда сделала? — спросил мужчина чисто из-за обязанностей владельца дома, хотя сам похоже не верил ни единому слову ребёнка.
Да я это сделала. И сделаю ещё не раз, если этот сопляк возомнит невесть что. Его родителям явно плевать, что из собственного отпрыска вырастает эгоистичный и высокомерный засранец. Тогда придётся постигать жизнь мальцу иными путями.
Я не ответила, а вместо этого глупо улыбнулась и захлопала в ладоши, словно тюлень, который выпрашивал рыбку. На это даже супруги маркизы испытали неловкость.
— Правда, простите, нам так неловко, — произнёс мужчина, обращаясь к владельцам особняка. — Должно быть ему скучно, и он выдумал эту историю, чтобы привлечь внимания.
— Это не ложь! — кричал сопляк, переходя уже на истерику.
— Уильям де ла Марш! — звонко произнесла маркиза, заставляя сына замолчать. — Своими детскими выходками ты ставишь нас с отцом в неловкое положение. Немедленно попроси прощения и возвращайся в здание. Нам ещё предстоит серьезный разговор.