Чтение онлайн

Хватаюсь за пояс в поисках пистолета, но предательски пустой ремень говорит о том, что я оставил оружие в машине. Только кулаки меня выручат.

Бью два удара в челюсть, ощущая, как под костяшками пальцев хрустит мерзкая вязкая поверхность его кожи.

Запрокинув назад раскуроченную окровавленную голову, зомби рушится, роняя дубину.

Но просто так из ловушки не выйти.

Словно из земли вырастает второй урод с внешностью человека, попавшего под комбайн, из разрезанного живота вываливаются розовые канаты кишок, левая половина черепа срезана аккурат вдоль, а вторая растягивается в гнилостном подобии улыбки.

Точный боковой удар в целую часть, и ошметок его головы разворачивается по кругу.

Третьего я даже не разглядел, какой-то маленький худющий сгусток кровоподтёков и ссадин.

Сильный удар ноги уносит его прочь, а следом за ним подходят всё новые и новые: они ползут из разрушенных домов, из тумана мрачного леса, хромая на сломанных ногах или выползая на одних руках лишь верхней частью тела. Вместо нижней следом плавно ползёт вереница внутренностей.

Карнавал уродов, карнавал расчленённых и изуродованных лиц, в голодных глазах которых не было ничего. Пустота, засасывающая пустота омута, заполняющая лёгкие водой и разламывающая кости своей силой.

И как же я не сообразил, что здесь засада? Это же очевидно! Гоблины уничтожили город и покалечили жителей, тем самым лишив их возможности предоставлять Извозчикам жильё и досуг в обмен на эмоции. Теперь их единственная возможность получить желанные таблетки – просто отнять их. Зомби и есть свободные мертвецы, которые обитали здесь, а битва искалечила их до неузнаваемости.

Первая партия зомби ползёт с черепашьей скоростью, то и дело спотыкаясь на разломанных до бесформенной субстанции ногах. Собираюсь ринуться к машине за оружием, но вторая партия уже прилипла к ней жадными окровавленными руками и начинает раскачивать.

Я в западне!

Очередная гнилая рука занесена надо мной. Прямым ударом ноги сшибаю нападавшего: он отлетает и, падая, едва не разлетается

на куски.

В следующую секунду перехватываю руку ещё одного, с ножом. Нехитрым приемом выбиваю оружие и швыряю противника в очередного зомби.

Бью ногой с разворота! К сломанной ноге у врага прибавляется ещё и скрученная шея. Ныряю под бьющую руку очередного урода, и с размаху наношу удар кулаком в челюсть. С треском костей, падает на только что нокаутированного товарища.

Едва уклоняюсь от какой-то ржавой шпаги, левой рукой увожу её в сторону, а правой ребром ладони бью в горло. Зомби с выпученными глазами брызгает в меня кровью из своей гнилой пасти. Костюм забрызгал. Толкаю его в другого, а сам серией ударов по корпусу и в голову сшибаю с ног подошедшего крепыша с кровоточащим разрезом от плеча до середины груди. Бросаю взгляд на машину: её уже вовсю раскачивают группы ходячих трупов. Колёса попеременно справа и слева всё выше отрываются от земли.

Вдруг на плечо обрушивается камень. Теряю равновесие, и тут же получаю пудовым кулаком в челюсть. Не успевая оправиться, ввязываюсь в борьбу с зомби-боксёром, хватаю его в районе пояса и втыкаю прогибом в землю. Гнилая голова трескается, мозги заливают землю, липкие брызги остаются у меня на лбу.

Только поднимаюсь, как ещё пара ударов, словно камушки, прилетают в лицо. Снова на мгновение теряю обзор, но успеваю разорвать дистанцию. Чувствую привкус собственной крови. Несвежей, густой и противной. Крови мертвеца. Своей.

Легко кидаю два удара в лицо одноглазого лысого мертвеца

с оторванной до локтя рукой, а затем мощным пинком в бедро сшибаю его с ног.

Только мало толку от моих техничных ударов, зомби словно плодятся один за другим, и с каждым мгновением вокруг меня их всё больше. Следующую секунду я только сшибаю летящие в меня гнилые руки и уклоняюсь от дубинок. Покалеченные мертвецы бьют с трудом, но их слишком много. Слишком много воняющих кровоточащих конечностей тянутся убить меня.

После того, как очередной кулак звучно прилетает мне по лицу

и отталкивает на шаг назад, я стучусь каблуком ботинка обо что-то твердое. Самодельная бита, к ней кусками приклеены осколки ангельского клинка. Спасение!

Ногой подбрасываю её вверх, ловлю и с размаху сношу зомбаку голову, словно бейсбольный мяч. Бросаюсь на остальных.

Зубы, кровь, крышки черепов летят во все стороны, я пропускаю мощные удары, но продолжаю биться. Последний, кого я ушатал, прежде чем враги отступили, был довольно подвижный зомби с демоническим мечом.

Он успевает слегка резануть по животу, прежде чем я оттолкнул его и ударом в прыжке обрушил на лысую голову страшный удар. Она трескается пополам, враг падает, а ходячие трупы потихоньку пятятся назад. Кажется, этот тип был их последней надеждой.

Первая партия отступает, остаётся вторая. Те самые отморозки, что почти перевернули мою машину.

Кидаю биту, беру демонический меч, иду к ним тоже походкой зомби. Избитый и окровавленный я уже мало чем отличаюсь от своих оппонентов.

– Ааааааыыыыы! – успевают вскричать зомби, прежде чем превратились в фарш. Куски их тел кровавой кучей укладываются рядом с машиной.

Искалеченные враги уползают. Обессилевший от ран, я начинаю опускать оружие, и тут на меня с шипением выскакивает последний, недобитый труп с ножом в руке. Я уже не успеваю среагировать, мгновение – и нож воткнётся мне в грудь!

Но этого не произошло. Выстрел в шею сбоку остановил его и сбил с ног. Мертвец рухнул наземь: глаза широко распахнуты, изо рта медленно вытекает чёрная вязкая масса, руки с ножом беспомощно дёргаются и замирают.

И тут я впервые поблагодарил себя за то, что забыл закрыть машину с пассажиром. Кирилл стоял рядом с открытой дверью и двумя руками сжимал дымящийся пистолет. В его глазах был ужас вперемешку со звериным азартом. Ему было страшно, но он осознал, что грохнул зомби и успел почувствовать некое ощущение превосходства.

Ранения в Мире Мёртвых почти также ощутимы, как в Мире Живых: болезненны и отнимают силы. Зажимаю их ладонью, чувствую на ощупь вязкую липкую жидкость, как вытекла изо рта мертвеца. Мёртвое подобие крови.

Не без опаски ковыляю до Кирилла, все ещё направляющего пистолет куда-то в пустоту, подхожу вплотную и своей окровавленной ладонью осторожно опускаю его руки.

– Красавчик! – выдавливаю я. – Ты первый на моей памяти пассажир, кто меня спас.

Его напряжённое напуганное лицо искривляется в подобие безумной улыбки.

– Извозчик! – резко вскрикивает он, отдав мне пистолет. – Господи, Извозчик! Как же это круто, мать твою! Вот чего мне не хватало всю жизнь, вот чего я искал. Настоящих приключений! Риска! Битвы! – он почти прослезился от радости и с улыбкой сумасшедшего счастья стал трепать меня за рукав пиджака. – Я словно прозрел! Всю жизнь я просто не вылезал из своего болота, где мне было комфортно: где мне всегда подавали еду в постель, где за меня всегда готовы были заплатить и заступиться! Мне не хватало выйти из своей зоны комфорта, посмотреть, какова она жизнь, там, где не действует кредитка, а значение имеет лишь твоя смелость и решимость! Артур, вот она, жизнь! Здесь и сейчас! – всё ещё вопил он в окружении ползущих и стонущих искалеченных мертвецов.