Чтение онлайн

Леонид Васильевич вообще-то не любил копаться в приборах, если есть возможность заменить прибор целиком. А такая возможность была. На ПЛ устанавливалось совершенно всё новое и проверенное на стендах. Снятая же аппаратура, родная, с «К-1» находилась в киповском цехе. Вот на неё-то и был положен глаз шефа. Просто так никто её не отдаст, секретная как никак.. Но и нам она нужна не для личного пользования. Леонид Васильевич подвёл меня к термометру дистанционного измерения температуры. Говорит, вот смотри, крышка на цепочке, на крышке резиновая прокладка, на каждом из трёх проводков кембрик с цифрой, провода свёрнуты в колечко и пропаяны, на каждом контакте по 2 гаечки и обжаты, сальник вводного кабеля уплотнён сырой резиной, оплётка кабеля соединена с корпусом гибким медным проводом с помощью пайки. Надо проверить термометры и термопары по всей лодке и мне на бумажке: тип прибора, где установлен и замечания. Всё было сделано, как учили, и один экземпляр бумажки начал свой путь от Федулова к Колабскому, дальше к Гершонюку, а тот на вечерней планёрке на дебаркадере вручил этот листочек представителю завода, руководившего проведением этой планёрки. На следующий день никакой реакции от строителей. На планёрке опять задаётся вопрос, когда будут устранять замечания по системам управления, сигнализации, блокировки и защиты ядерных реакторов.

Этот список замечаний с самого утра обжёг руки начальнику киповского цеха, он сидит у него в мозгу. Замечания выеденного яйца не стоят, и устранить их плёвое дело, раздули из мухи слона. Конечно, термометры установлены там, куда не каждый доберётся, через эти сплетения трубопроводов надо тянуть переносную лампу, розетку для паяльника, инструмент, и не понятно в какой позе работать. Придется вскрывать парогенераторную выгородку, а это целое дело. Самое неприятное, наряды на установку и подключение уже закрыты и деньги начислены, никто за просто так там лазить не будет. А устранять надо, никакая госкомиссия с такими замечаниями ПЛ не примет. Придется спрашивать киповцев, чего они хотят. А Леонид Васильевич хотел вернуть комплект СУЗ аппаратуры, которую сняли, горсти три гаечек, сырой резины и припоя на всякий случай. Замечания, выданные мной, были у меня на руках, и устранить их не представляло труда. Зато, больше с нами не шутили. Всё остальное устанавливалось, как положено. Замечания устранялись немедленно, мы тащили в цех приборы в сборе, вызывающие подозрение, и нам без лишних слов меняли их на другие, на которых мухи не сидели. Но, видимо, осадок у них от нас остался, а это всё лирика. Этот опыт взаимоотношений с промышленностью и строителями был мной взят на вооружение и не раз был применён в дальнейшем.

Когда ледокол поднял свои компенсирующие решётки и, управляя делением ядер урана, убыл ломать арктические льды, все силы завода были брошены на «К-1». Когда она только встала в плавдок, была задумка сделать из неё матку-носитель свехмалых ПЛ, но что-то ещё не было готово, и эта идея отпала сама собой. Огни сварки на корпусе и в отсеках, пронзительный свист турбинок, шум скребков и металлических щёток. В обязанностях сейчас уже не только дежурно-вахтенной службы, а всего экипажа, было не допустить возгорания в доке и в отсеках ПЛ, не допустить отравления людей парами лаков и красок при покраске цистерн. С лёгкого корпуса было полностью удалено резиновое покрытие. Оно только утяжеляло ПЛ. Лодку готовили к спуску на воду. Все крупные механизмы, вынутые из прочного корпуса, были возвращены на свои места, съёмные листы прочного корпуса установлены на свои места и обварены, стаканы сальников проходящих через прочный корпус кабелей, трубопроводов и приводов управления забортной арматурой уплотнены. Произведена проверка прочного корпуса на герметичность путём создания вакуума дизелями. ПЛ готовили к спуску на воду. В цистернах главного балласта устанавливалась протекторная защита от коррозии прочного и лёгкого корпусов, и производилась покраска этих цистерн.

Готовился к покраске и лёгкий корпус. Резиновым покрытием лёгкий корпус не обклеивали, АПЛ 675 проекта хорошо и далеко было слышно и с резиной. Неожиданно ПЛ превратилась в белого серебристого лебедя, после покраски всего корпуса грунтовкой. Но эта красота была всего несколько дней. Вся эта красота была заменена боевой окраской, верхняя часть до ватерлинии стала чёрной, а нижняя коричневой. От шарового цвета верхней части отказались, ПЛ была видна сверху на чёрном фоне глубины. Можно бесконечно долго перечислять то, что делает АПЛ безопасной для л.с. и превращает её в оружие. Вся ответственность за это лежит на офицерском составе БЧ-5. Всё, от гребного винта до лампочки в каюте, включая покраску, замкнуто на командире БЧ-5.

Кое- кто из командиров БЧ-2 и БЧ-3 пытаются встать на одну ступеньку с ним, а у некоторых офицеров по отношению к нам, л.с. БЧ-5, с кончика языка готово сорваться слово «маслопузые». Вас не допускает промышленность к опломбированным ею стоикам с аппаратурой. За качество готовности ракеты или торпеды отвечает береговая часть. Два офицера из БЧ-5 вы привлекаете для ракетного пуска. Вы не графы и не князья, АПЛ не броненосец на угле и вы уже не белая кость, а пассажиры, и возят вас лишь для того, чтобы вы успели первыми перед гибелью АПЛ выпустить свой боекомплект в указанную цель. АПЛ 675 Проекта, как и надводные корабли,- это корабль одного боя. Сидите и готовьтесь к нему, этому последнему бою. Боеготовность АПЛ в мирных условиях оценивается способностью экипажа обеспечить безаварийность плавания. Для многих из вас открыты двери на самый верх. Офицеры же БЧ-5 на этой ПЛ, как правило, заканчивают службу.

Лето 1970года. «К-1» выводят из плавдока и ставят к причальной стенке. Прочный корпус герметичен, замечаний нет. Произведён физический пуск ядерных реакторов. Трудно было представить, когда я впервые спустился в ПЛ, что всё внутри будет восстановлено. И вот она уже на воде, уже реакторы дыхнули в прибор, подтвердив свою готовность. Я давно уже закрыл зачётный лист на допуск к самостоятельному управлению группой. Могу на память нарисовать электронные схемы усилителей управления стержнями и пусковой аппаратуры, знаю принцип работы электронного прибора и местонахождение датчиков. Можно ли назвать меня специалистом? Любой специалист, прежде чем стать таковым, должен пойти 3 стадии: обучение, умение, навык. Через 6 лет, как я решил стать подводником, нахожусь между 1 и 2 стадией, хотя что-то уже умею.

Швартовые испытания. Если конкретно, то это проверка всех систем и механизмов БЧ-5 по прямому назначению, когда ПЛ надёжно закреплена к стенке. Вот он, первый в моей жизни ревун по всем отсекам продолжительностью 30 секунд, давящий на барабанные перепонки, и команда из ЦП: «Боевая тревога для боевой части 5 и химической службы. По местам стоять, к вводу ГЭУ». На ПУ ГЭУ самые подготовленные управленцы Юра Смирнов и Гриша Анохин. Только эти двое из 6 командиров групп дистанционного управления ядерным реактором, не являются командирами отсеков. Они несут вахту на ПУ ГЭУ по готовности №1 или при объявлении боевой тревоги. С ними на ПУ ГЭУ комдив раз Колабский Виктор Павлович, оба киповца Федулов и Адаменко. Леонид Васильевич и Виталий Николаевич фиксируют все замечания по системам автоматики своего борта. Руководит всеми из ЦП Михаил Демидович Гершонюк.

Мой боевой пост по боевой тревоге в реакторном отсеке. Мои обязанности очень просты. При появлении неисправности с реакторами, или аварией ГЭУ, или всей АПЛ по команде с ПУ ГЭУ опустить компенсирующие решётки обоих реакторов на нижние концевики (НК), чего бы это для меня не стоило. Только после этого я могу думать, сколько мне осталось жить, и что делать дальше. Здесь в реакторном отсеке штатное место для моего лучшего друга ИДА-59. Кроме меня в отсеке л.с. команды спецтрюмных во главе со старшиной команды и командир отсека управленец капитан-лейтенант Бочаров Виктор Семёнович.

Наблюдаю в иллюминатор за всем, что находится в реакторной выгородке. Она уже под небольшим вакуумом, чтобы воздух через возможные неплотности, которые могут появиться, проходил в неё, но ни коем случае, не наоборот. А вот и поползли стержни АЗ, сжимая тугие пружины, и замерли в верхнем положении. В иллюминаторы аппаратных смотреть больше нет смысла, ничего интересного там не увидишь. Все остальные стержни в чехлах. Я нахожу себе место около кормовой переборочной двери, убеждаюсь, что никому не мешаю. Как чекист в ресторане, меня не замечает никто, я вижу всех.

В отсеках тихо и спокойно, как будто никакой тревоги и не было. С моего места, когда открывается переборочная дверь, видна часть турбинного отсека. Там тоже спокойно, Коля Пыпа сидит на правой турбине, что-то пишет. Всё это спокойствие обманчиво. Я уже знаю, что с ПУ маленькими шажками в 3,75 мм с выдержкой по времени после каждого, компенсирующие решётки поднимаются вверх, высвобождая всё больше и больше горючего, приближаясь к критической массе. Главное, не пропустить ту границу, за которой начнётся цепная реакция, т.е. ядерный взрыв. Главной на ПУ сейчас стрелка прибора, измеряющая ток пусковой ионизационной камеры. А вот и сигнал с ПУ о том, что реактор левого борта выведен на минимально-контролируемый уровень мощности. Начался разогрев. Спустя минуты, объявили, что и реактор другого борта на МКУМ.

Что идёт разогрев реакторов, первым на себе ощущает л.с. реакторного отсека. Поднимается температура в отсеке, в нос ударяет какой-то запах озона, как после грозы, с кисловатым привкусом. Пока вентиляторы реакторного отсека и общесудовые справляются с температурой в отсеках, которая все равно растёт. Просыпается «Каштан» ПУ, проверить то-то, открыть это, закрыть то. Пока без матерщины. А вот и началось движение в 7 отсеке, значит, начался разогрев турбины. Вместе с ростом температуры в отсеках растет частота поступающих команд в реакторный и турбинный отсеки. Турбинисты уже по пояс раздетые не ходят, а бегают по отсеку. Наконец-то поднят вакуум в главном конденсаторе, а значит в холодильных машинах тоже. Турбине разрешают сделать пробные обороты вперёд и назад, и вот она засвистела. Наконец-то запускаются кондиционеры, сбивая температуру в отсеках. Электрики возбуждают турбогенератор, принимают всю нагрузку на него, отключаются от берега. Вторая турбина и турбогенератор подключатся чуть позднее. Произойдёт полное разъединение бортов, и они будут автономными. На ввод ГЭУ по нормативу отводится 2,5 часа. Когда всё исправно, и л.с. отработан, в это время укладываются.