Чтение онлайн

И тогда зампотех наш золотой, прапорщик Ионов выдал "на гора" ещё одну банку сгущёнки. Вернее не банку, а тюбик. Чешской сгущёнки. Это, конечно, не наша — сине белая чудо — баночка, но тоже вполне себе ничего.

Содержимое тюбика пошло под верхний корж. А сверху торт был украшен кусочками сахара.

А что мы могли ещё?

Праздничная чайная "поляна" была накрыта в кунге КП. Правда, учитывая, личности нашего ротного, в то время уже Арахискин командовал, и его замполита — рьяного борца за мораль и нравственность л-та М-чака, празднование свелось к поздравлениям, разлитию по котелкам чая и разрезанию — распределению кусков торта. После чего все удалились от КП на безопасное расстояние, чтобы всё это съесть.

А новорожденного поздравить по-человечески, как принятого, командование просто забыло. Наверное "в горячке боя".

Случилось так, что решил штаб войск Варшавского Договора провести широкомасштабные учения. Название этим учениям было придумано незамысловатое, но точно что-то типа "ЩИТ", или "ДРУЖБА" … уже и не вспомню сейчас, потому, как проводились подобные мероприятия периодически, и пришлось мне участвовать в нескольких из них. И рассказ этот некоторая сублимация.

На жаргоне, который был для внутреннего употребления, подобного рода "война" частенько называлась "Балетом", "Показухой" и ещё всяко разно.

Любым учениям предшествует подготовка. Для войск Группы ничего необычного или сложного в этом явлении не было. Хлопотно конечно, но, … сколько их: полковых, дивизионных и т. п. мероприятий прошло за мою службу в Группе уже и не вспомнишь сейчас. И большинство из них было с боевой стрельбой. Так что насмотрелся и на стреляющие пушки, танки, зенитные разные установки ствольные и ракетные, даже вертолёты и самолеты, а уж из автомата и сам наловчился так стрелять, что белке не белке, но не промахнусь при случае.

И вот поехали мы обеспечивать эти учения, а вернее задолго до начала учений репетировать и готовиться.

Полигон Доупов или Либава уже не помню, потому что произойти это могло и там и там.

Приехали, встали, как водится, недалеко от КП на пригорочке, развернули станции, оборудовали позицию. Как? Ну, песочком посыпали, где надо, веточек навтыкали, сети маскировочные натянули — не для маскировки, для красоты. Потому как какая маскировка в районе размещения руководства? Тут надо, чтобы было всё ровно, по линеечке и красиво.

Определились с местниками, набрали коды, нарисовали таблицы. Командир составил план, его, как водится, забраковали, но на всякий случай утвердили. Пообещали из штаба руководителя учений выдать свой, но, забегая вперед — скажу, потом, как водится, забыли и действовали мы по своему, т. е. безо всякого плана. Писали сразу всех, кого можно. Подготовили два варианта для разбора. Разгромный и приличный. Отдали шефу оба. Ни один при заслушивании не прозвучал. Наверное, потому что неполитично было на том разборе кого-то ругать. Там же представители приглашённые были, и не только от стран ВД, но и супостатные, а потом — мы всех кто дерзнул, победили, и всё закончилось хорошо.

Я тут про другое хочу рассказать.

В отличие от нашего стандарта организации полевого лагеря… тут два слова будет уместно сказать нашем стандарте. Это палатка на отделение, т. е. такой квадратный шатёр из грубого брезента. Устанавливаются сначала деревянные щиты квадратом, потом сверху натягивается шатрообразная палатка. В зимнее время в ней может присутствовать, а может, и нет — буржуйка. Если лагерь обустраивается на долгое время, то возможна установка коек или дощатых нар внутри. Если нет — рубился лапник и уже на нём … вещмешочек под голову …как у Александра Трифоновича:

…Взял шинель да, по присловью, Смастерил себе постель, Что под низ, и в изголовье, И наверх, — и все — шинельЭх, суконная, казенная, Военная шинель, — У костра в лесу прожженная, Отменная шинель…..А дальше … возможны варианты. Но, как правило, без особых придумок. Всё по уставу. Грибок дневального, ровный ряд палаток. Песчаная дорожка с бордюром из побеленных камушков. Обязательная палатка с вывеской "Ленинская комната". Там дощатый пол, столы и табуретки. Подшивки газет, стенды с портретами членов Политбюро и… короче походная ленкомната… или полевая ленкомната, чего там особо рассказывать. Это у нас. Я наблюдал бытовые полевые условия у чехов и немцев. Отличия только в деталях. В основном было так. Палатки на четыре человека. Лёгкие, нейлоновые. Двойные стенки, а внутри что-то типа синтепона. И летом не жарко, и зимой не холодно. Имелся ещё и наружный дополнительный полог, чтобы палатка стояла как бы в тени. Одним словом нормальная импортная, достаточно дорогая, каркасная туристическая палатка. Правда, защитного цвета. Внутри четыре раскладные кровати типа раскладушек, обязательный надувной матрас и спальник с вкладышем на каждой. Подвесной фонарь, который помимо дежурного режима даёт и вполне нормальный свет, а ещё выполняет функцию отпугивания комаров и прочей летающей нечисти. Палатки устанавливались таким образом, чтобы…. В походы ходили? Вот так братья по оружию и ставили свои палатки. Чтобы не задувало, не заливало и т. д. И никаких дорожек, ранжиров и прочего. И уж не видел я у них никаких походных ленкомнат. Вот регулярно кинофильмы по вечерам они смотрели. Мы нет. Только один раз приехала передвижка из штаба корпуса. Натянули экран, рассадили бойцов на траве, включили движок, который своим тарахтением заглушал хрипящие динамики, и показали две части какого-то революционно-патриотического фильма. Потом в движке кончился бензин, а… вот и всё кино. У братьев было по-другому. Братья рассаживались на табуреточки складные, движка их слышно не было вообще, а звук от их кино долетал и до нас. И была в этом звуке и музыка весёлая и женский смех и даже, страшно подумать, звуки поцелуев и учащённое дыхание. Наши попытки (в общем смысле для советских военнослужащих) посетить их культпросвет мероприятия пресекались жесточайшим образом. Почему? Да всё очень просто. В самом начале этого "Балета" была сформирована, от какого-то нашего полка сводная рота, в которую вошли только комсомольские секретари, агитаторы и прочие активисты. И по приглашению братьев пошли ребята к ним в кино. Туда пошли, а оттуда приползли, несмотря на повышенную партийно — комсомольскую сознательность отправленных по приглашению кинозрителей. Потому что разрешалось братьям нашим по оружию употребление пива по вечерам. Ну а они ребята не жадные — поделились с нашими. Так эти орёлики не только сами нагрузились по самое некуда, да ещё все фляги свои пивом наполнили и друзьям притащили. И никакая сознательность не помогла.

Т.е. помогла, но обратилась, практически, в полную бессознательность. А про кино замечу слегка. Братья потом стали натягивать экран так, чтобы обратной стороной он в нашу сторону был обращён. И пока полит наши труженики этого не заметили, то и нам ихнего кина немного досталось.

Стоит также остановиться на описании приёма пищи. Помните наши котелки? Во-во. Большая крашеная алюминиевая ёмкость с невысокой крышкой. Если обед — то, первое наливалось в большую, второе накладывали в эту крышку. Пайка хлеба в зубы. За чаем там, или компотом потом подходили. Затем боец усаживался на травку и кушал. Первое ложкой было, извините, выхлебать сложно, второе проще. Пока кушали первое, второе стояло радом и остывало себе потихоньку… ну во-первых трудности уже упоминаемые, а во-вторых … чё там — не баре, и в поле — в-третьих. У братьев было опять же по-другому. Их котелок состоял из трёх частей. Одна ёмкость повыше, вторая пониже и крышка. Всё это скреплялось боковыми пружинами и имело ручку-дужку. Т. е. кастрюльки, после наполнения составлялись и накрывались крышкой. Расставлялись легкие сборные высокие столы, Ребята вставали за эти столы, на которых уже был разложен хлеб, и стояли даже солонки всякие. Люди спокойно кушали и уходили отдыхать. Мелочь, но приятно. Я уже не буду говорить о полевых душевых, которые по вечерам работали каждый день, а не раз в десять дней и далеко не для всех. Бельё братья могли менять хоть ежедневно. Помылся, переоделся. Почему у нас не было так же? Не знаю, но подозреваю, делалось это для повышения моральной стойкости и укрепления духа. Что впрочем, имело место быть. Я уж не буду рассказывать об оборудовании полевых отхожих мест и прочей экзотики типа полевых прачечных и т. п. Это уже неинтересно, а потом найдутся ведь люди — скажут — неправду говорю.

Вот тут братья были слабее в коленках. В полном смысле этого слова. Вялые они, какие-то были и невразумительные. Но пара интересных моментов была отмечена. Стрельбы. Скажем упражнение, которое выполняет любой боец. Три мишени: ростовая, поясная, пулемёт. У нас — по три патрона, итого девять на упражнение. Вышли на рубеж, отстрелялись. Попал — положительная оценка. Не попал — всё равно положительная, ибо обеспечивающие тоже люди и понимают, что оценка у подразделения должна быть положительной. Одним словом попал — не попал, а упражнение выполнил.

Другая картина была у братьев. Получил солдатик патроны. Глядим — расписываются. Отстрелялись. Те, кто попал, валят в сторонку. Тем, кто не попал снова на рубеж. Опять получают патроны, но как-то с кислыми выражениями на лицах. Оказывается повторная стрельба у братьев уже за свой счёт. И стреляли они, пока все не выполнили упражнение. Говорили, что так же было и у танкистов, только те ещё и за горючку платили. Не знаю — правда, или нет, но даже в случае потери или порчи какого-то имущества им без вопросов выдавалось новое, но опять же за счёт потерявшего. Всё просто, но осмысленно и без скандалов.

У нас бойцов выводили на огневой рубеж офицеры. Подводят, проверяют, наблюдают, после стрельбы проверяют оружие и выводят с рубежа на исходную. У братьев офицер сидит себе за столом на стульчике и контролирует выдачу патронов, ну и результаты в журнале отмечает, а работают на рубеже сержанты. Доверие младшим командирам, понимаешь.

Вождение. Устроили соревнование между экипажами. Причём категории соревнующихся были определены, прежде всего, по срокам службы. Наш ротный выбрал три чешских экипажа, их ротный выбрал наших. У нас механиками водителями служили в большинстве своём выходцы из азиатских республик, так что команду отобрал чешский ротный такую — два азиата и один славянин. Среди их водителей тоже был один чернявый. Цыган, наверное. Внешний вид был тот ещё. Наши ребята в танковых комбезах, достаточно … ну скажем так, не первой свежести. Их комбезы были разве что не очень хорошо наглажены. И все такие в пряжечках каких-то, карманах, шевронах. Но от позора их это не спасло. Наши ребята не отъездили, а просто… танки летали, маневрировали так, что земля летела веером во все стороны. Звери, одним словом. Они, ну скажу просто. Не один не уложился в норматив. Один позорно заглох и не смог больше тронуться. Ездили они по директрисе, как по проспекту, поворотники только не включали.